Мертвые дети идут в атаку - Рокс Лили - Страница 1

Лили Рокс

Мертвые дети идут в атаку

Жизнь на кладбище

Прошло две недели стих пор, как я вылезла. Память возвращается, хоть и довольно медленно. Мне удалось вспомнить очень многое. Достаточно, чтобы понять, как меня убили и кто за этим стоит.

Я и другие вынуждены прятаться на старом заброшенном кладбище, которое стало для всех нас прибежищем.

За это время мы успели навести порядок в нашем разрушенном храме и создать уютное жилище для вновь прибывших. Мы знали, что будут и другие.

У нас дружная семья. Моя маленькая Сонечка, которая уже успела пережить слишком многое за свою недолгую жизнь. Ей всего семь, но она уже рассуждает почти как взрослая.

Два брата близнеца Ванька и Егор. Им обоим по одиннадцать. Ванька взбалмошный, по характеру бунтарь. Быстро вспыхивающий, но так же быстро отходящий. А Егор спокойный и сосредоточенный, глядя на них, сложно поверить, что два брата, похожих друг на друга как две капли воды, могут быть настолько разными!

Также в нашей команде Эрик. Он не из наших. Но за эти две недели он стал нам как член семьи. Раньше я не доверяла ему, потому что наше знакомство произошло при довольно неприятных обстоятельствах. Он со своими дружками пришел в наш храм, чтобы сжечь его и убить всех, кто прячется внутри.

Обстоятельства сложились так, что теперь он нам помогает. Он живет с нами, помогает следить за детьми, а также ходит на разведку в город, чтобы добыть информацию. Иногда ему удается достать новую одежду для ребят и тогда на их лицах я вижу такую радость, что на миг забываю, кто мы и где мы живем.

Сегодня проснулся еще один. Парень лет пятнадцати. Я пыталась поговорить с ним, но он был так напуган, что сразу же побежал куда-то за территорию кладбища. Я не стала среди ночи догонять его, Эрик сказал, что утром пойдет по его следу и постарается найти, чтобы вернуть.

– Не надо его возвращать! Почему дядя Эрик пошел за ним? – Недовольно ворчал Ванька, когда мы на рассвете все вместе осторожно закапывали могилу этого неизвестного. – И почему я должен закапывать за него могилу? Почему я вообще должен это делать? Пусть он сам это делает!

– Ванечка, мы же договаривались, мы должны маскироваться, плохие дяди хотят нас убить, они не должны догадаться, что мы тут живем. Что будет, если они придут и увидят раскопанные могилы?

– Это очень плохие дяди, поверь мне. – Подала голос Соня, которая старательно помогала мне во всем. Она помнила все, и свою прошлую жизнь, и то, как ее убивали потом.

Егор почти никогда ни на что не жаловался, он всегда словно о чем-то усилено думал, механически выполняя работу. Иногда мне казалось, что он старше своего брата лет на пять, настолько у него был серьезный взгляд.

– Да пофиг, я видел как этот идиот бегал тут по кладбищу, он полный придурок! – обижено проворчал Ванька. – Я не хочу, чтобы он с нами жил.

– Ваня! – Повысила я голос. – Прекрати! Он – наша семья!

– Ага, что-то он от тебя драпанул так, прямо как не родной! – Ванька со злости бросил в сторону комок земли.

– Ванюша, он просто ничего не помнит, но когда он вспомнит, он станет другим, вот увидишь. – Я подошла и обняла мальчишку. – Вот дядя Эрик найдет его, приведет обратно, и ты вскоре увидишь, что этот парень один из нас. А раз он один из нас, значит он – наша семья.

– Надеюсь, дядя Эрик его никогда не найдет! – Пробурчал Ванька и, демонстративно встав, развернулся и направился в наше убежище. Да уж, вот это характер… Сложно с ним будет…

За эти две недели мы всеобщими усилиями вычистили и вымыли нашу новую обитель. Эрик принес из города одеяла, матрасы, подушки. Особенно он баловал нашу Сонечку, у девочки было столько игрушек, и мне даже страшно представить, где он их доставал… Я была почти уверена, что он их где-то воровал. Впрочем, я никогда его не спрашивала, я была благодарна ему за все, что он для нас делал.

Сейчас, оглядываясь назад, я даже не представляю, как бы я смогла эти две недели тянуть лямку с тремя детьми, особенно первое время, когда они ничего не могли вспомнить.

Соня называла Эрика не дядя Эрик, как мальчишки, а папа Эрик, чем каждый раз умудрилась растрогать сердобольного мужчину.

С Эриком было все не так просто, чувство вины порой грызло его до такой степени, что он пару раз напивался до беспамятства, чем очень сильно заставил меня понервничать.

Утром я отчитывала его на чем свет стоит. Хватает мне заботы о трех детях, еще не хватало посадить на шею страдающего от раскаяния алкоголика.

Я же за это время так ни разу и не выходила в город. Планировала много раз, но каждый раз Эрик уговаривал меня подождать еще чуть-чуть.

Я страшно нервничала, потому что каждую минуту могла думать только о Максе. Как он там? Что с ним делают? Зачем его держат? Я знала, где примерно его держат, Эрик нарисовал мне карту, и я ее вызубрила. Только пробраться туда не было никакой возможности.

Эрик сказал, что там живет очень влиятельный человек, Сергей Акимов, у которого во всех соседних городах огромные сети ресторанов. А еще говорят, что у него в Москве крупный банк. К его дому не пробраться просто так, ведь в этом городке у богатых жителей не просто обычные дома, а целые поместья. А у этого настоящая крепость, защищенная со всех сторон. И этот мужчина является родственником Царькова, местного негласного владельца города Гимов.

Акимов увлекается охотой, в том числе и на людей. Именно его собак я видела в лесу, когда за нами организовали погоню. И это была не просто погоня, это была настоящая травля, на нас реально охотились с бойцовскими собаками, как на зверей.

Мы бежали в ужасе по ночному лесу, не разбирая дороги. Макс тогда предложил разделиться и бежать всем в разные стороны, и тогда он взял удар на себя, он специально привлекал внимание к себе, надеясь, что все побегут за ним.

Но нам с Сонечкой не повезло, нас тоже поймали, Соню повесили на дереве, а мне пытались воткнуть осиновый кол в сердце, а потом еще и сжечь. Даже не знаю, каким чудом мне удалось тогда спастись. Мне фортануло, что больше половины схвативших меня мужчин – были суеверные и были уверены, что если я их укушу, то они как в современных фильмах ужасов начнут превращаться в мертвецов или зомбаков.

Пришлось некоторых и правда покусать, чтобы отстали и только так мне удалось удрать.

Теперь передо мной стоит задача пробраться в крепость, которая окружена высоким забором с колючей проволокой, где по периметру множество охраны и куча собак. И я даже не представляю, где на территории находится псарня, в которой держат нашего Макса. Его держат как зверя в клетке…

Помимо всех этих проблем, Ванька мне постоянно мотает нервы. Они с братом еще ни разу не сталкивались с опасностью и даже не представляют, что их может ждать за пределами кладбища.

Ванька то и дело норовит сбежать в город, чтобы искать своих родителей. Егор вроде бы соглашается со мной, что там может быть очень опасно, однако я слышала их разговор, он совершенно не против сбежать, как только будет возможность.

Наши жуткие рассказы о том, как нас пытались убить для них словно сказки страшилки на ночь. И уж тем более они не верят, что их родители мертвы. Эти дети из той серии: “пока не увижу своими глазами – не поверю”.

Угроза остается реальной

Я живу в состоянии постоянного стресса. Угроза, что на нас снова нападут, остается реальной. Я часто думаю о том, что однажды ночью вся эта толпа придет сюда…

– Аня, не переживай, все, кто видел тебя тогда и выжил, они так напуганы, такого порассказывали, что из городка никто не сунется на это кладбище, его уже обозвали проклятым. – сказал Эрик, когда вернулся назад и нашел меня возле входа в храм.

Поиски нового члена нашей семьи в городе остались без результата. Эрик не смог найти беглеца. Мы решили, что он завтра снова пойдет его искать, а сегодня мужчина должен отлежаться. В последнее время он начал сдавать.