Что скрывается за чертополохом (ЛП) - Янг Саманта - Страница 66

Уокер любил меня.

Я подняла руки вверх, чтобы помочь ему снять с меня свитер.

Моя грудь вздымалась от затрудненного возбужденного дыхания, когда Уокер бросил свитер на пол и опустил ладони мне на плечи. Его глаза проследили за кончиками пальцев, которые сначала переместились к шраму. Он нежно поцеловал зажившее пулевое ранение, закрыв глаза, словно от боли. И в тот момент я знала, что он чувствовал, потому что испытывала то же самое всякий раз, когда касалась его шрамов.

Страх, потому что эта метка напоминала о том, что я могла умереть, и облегчение, потому что я выжила.

Он открыл глаза, снова следя за своими руками, которые с мучительной медлительностью двигались по моей ключице и спускались к груди.

Уокер нежно обхватил мое лицо ладонями и поцеловал так глубоко, что я почувствовала собственный вкус. Но эти поцелуи были не такими, как раньше. В них не ощущалась тоска по потерянному времени. Они были медленными, сексуальными и наполнены нежным благоговением, от которого на глазах выступали слезы. Уокер любил меня. Я чувствовала это в его поцелуе. Сжав руками его бицепсы, ощущая его силу, его любовь, я не знала, чего хочу больше: чтобы он оказался внутри меня или рухнуть в его объятия и заплакать от абсолютного счастья.

Не прерывая поцелуя, Уокер ласкал меня легкими поглаживаниями. Заново изучал каждый мой дюйм — мои ребра, мою талию, мой живот — будто мы провели в разлуке годы, а не несколько дней. Его ладони скользнули к моей заднице, поцелуй стал более глубоким и жадным, и он привлек меня к своей эрекции. Я чувствовала в нем внутреннюю борьбу, когда его язык ласкал мой глубокими влажными движениями. Он был полон решимости не торопиться, но другая его часть хотела трахать меня, пока я не закричу.

Когда я провела ладонями по его предплечьям, это прикосновение, казалось, успокоило его и сделало поцелуй нежнее. Он прикусил мою нижнюю губу, а затем отстранился, но только для того, чтобы посмотреть мне в глаза. Его руки скользнули вверх по моей спине к застежке лифчика. Он расстегнул ее, затем спустил бретельки по рукам, и он упал на пол. Его взгляд медленно оторвался от моих глаз, и я вздрогнула от аквамаринового блеска из-под его полуопущенных век. Хватка на моих предплечьях усилилась, пока Уокер наслаждался видом моей обнаженной груди. Под его взглядом соски затвердели, нуждаясь в прикосновении его рта.

— По ним я тоже скучал, — пробормотал он, накрывая груди ладонями.

Я застонала и выгнулась к его прикосновению. Низ живота охватили волны желания, когда он играл с моими грудями, мял и массировал их, поглаживал и щипал соски. Все это время его взгляд метался между моим лицом и моей грудью. Я толкнулась в его прикосновение, бормоча признание в любви.

Едва слова сорвались с моего языка, как его рот обрушился на мои губы. Этот поцелуй был грубым, жестким, отчаянным, наполнившим меня его стоном, когда Уокер сжал мои соски между указательными и большими пальцами. Я ахнула, и его довольный рык заставил меня вспыхнуть от удовольствия. Я была готова. Почувствовав под руками ткань его рубашки, сжала ее в кулаки и прервала поцелуй.

— Раздевайся. Немедленно.

Губы Уокера дернулись, но он выполнил мою просьбу. Быстро расстегнул рубашку и швырнул ее за спину, а затем занялся брюками и ботинками. Мышцы его груди, рук и пресса были такими мощными и красивыми. Шрамы несли в себе постоянное напоминание не только о его уязвимости, но и о необычности. Мой взгляд опустился ниже. Я много раз видела его обнаженным, но теперь, зная, что он меня любит и доверяет свои секреты, все изменилось.

Теперь, он действительно был моим.

Его мощные бедра и мускулистые икры вызвали очередной сильный спазм внизу живота. Я застонала, когда он стянул боксеры, освобождая эрекцию, такую твердую, что упиралась ему в живот. Весь этот красивый мужчина принадлежал мне.

Я млела перед Уокером, пока он позволял мне разглядывать его. Думаю, он увидел мой собственнический взгляд, потому что его глаза светились взаимным чувством.

Он потянулся ко мне, обхватив за талию, и сел на край кровати. Затем потянул на себя, побуждая оседлать его. При соприкосновении с его эрекцией мой живот опалило огнем.

Мы смотрели друг другу в глаза, и от выражения его лица я впилась пальцами ему в плечи. Я увидела столько любви. Отчаянной любви.

Мои глаза наполнились слезами, и это видимое волнение заставило его свирепое выражение лица смягчиться нежностью. Он скользнул рукой по моей шее к затылку, запутываясь в волосах и сжимая их в кулак. Уокер осторожно потянул мою голову назад, выдвигая вперед мою грудь, и накрыл ртом правый сосок.

Я охнула от пронзительного ощущения, мои бедра инстинктивно качнулись к нему, пока он сосал, лизал и покусывал. Между ногами собралось напряжение, сжимаясь все сильнее из-за того, что вытворяли его горячий рот и язык с моими грудями…

— Уокер! — Я собиралась снова кончить только от этого.

Он остановился, и я подняла голову, умоляя его продолжить прикасаться ко мне, но слова замерли на моих губах, когда он схватил меня за бедра. Направляя, он приподнял меня, и я уставилась на него сверху вниз, ожидая, когда он возьмет член в руку и овладеет мной.

Поняв его намерения, я опустилась, чувствуя горячий кончик у своего скользкого входа. По позвоночнику и глубоко внизу живота прокатились электрические разряды.

Никогда в жизни я не возбуждалась так чертовски сильно. Одной рукой Уокер сжимал мое бедро, а другой обхватил мою правую грудь, и я задохнулась от подавляющего ощущения, когда опускалась на него.

— Я чертовски сильно тебя люблю, Слоан Харроу, — хрипло прорычал он мне в губы.

К моему шоку, его слова, их эмоциональность, так распалили, что я взорвалась с одним лишь его кончиком внутри меня.

Оргазм пронзил меня и я, вскрикнув, вцепилась ему в плечи, мои внутренние мышцы пульсировали и затягивали Уокера глубже. Вздрагивая всем телом, двигая бедрами и сжимая пресс, я обвила руками его шею, чтобы удержаться во время бури. И прислонилась лбом к его лбу.

Когда последняя волна дрожи стихла, я ощутила на бедрах сильную хватку Уокера и ошеломляющую полноту его внутри меня.

Подняв голову, я увидела, что он смотрит на меня с благоговением. Я прикусила губу, чтобы не улыбнуться, и пробормотала:

— Кажется, мы нашли мой новый триггер.

Он ухмыльнулся, сексуально и… свободно, таким я его еще никогда раньше не видела. Все его лицо светилось.

— Тогда, наверное, мне придется говорить это чаще.

— Если это тебя не затруднит.

— Это уже легко, — хрипло пообещал он, прежде чем подняться на ноги, развернуть нас и бросить на кровать, укладывая меня на спину. От этого движения он настолько глубоко проник в меня, что я ошеломленно вскрикнула.

Уокер хрипло выругался, а затем обхватил мои запястья и прижал их к матрасу по обе стороны от моей головы. Как ему нравилось.

Как нравилось мне.

Он двигался мощными толчками, пристально глядя мне в глаза.

Я хотела его коснуться, сжать его задницу и почувствовать сокращение мышц от каждого движения, но он не отпускал.

Как всегда, это заводило до предела.

С каждым мощным толчком напряжение во мне снова нарастало. Лицо Уокера напряглось от страсти, и после еще одного скольжения внутрь я кончила снова, это длилось недолго, но ощущалось интенсивнее. Казалось, от моей кульминации член Уокера стал еще больше. Он сильно прижал мои руки к кровати и напрягся всем телом.

— Я тебя люблю! — Его бедра дернулись и задрожали. Он громко и удовлетворенно застонал, изливаясь в меня, его член не переставал пульсировать.

Уокер отпустил мои запястья и вышел, а затем обнял меня и уткнулся лицом мне в шею.

Освободившись, я обхватила его руками и ногами, притягивая ближе и успокаивающе водя ладонями по его влажной, теплой спине.

— Не думала, что наш секс может стать лучше… но ты только что доказал, что я ошибалась.

Уокер поднял голову и нежно меня поцеловал. Когда он отстранился, то посмотрел на меня из-под полуприкрытых век.