Панк-рок. Предыстория. Прогулки по дикой стороне: от Боба Дилана до Капитана Бифхарта - Кузищев Михаил Юрьевич - Страница 102

Чтобы скрасить послевоенную рутину, у жителей Фримонта были ярмарки, собачьи выставки, катание на санях, конкурсные диктанты и танцы в таун-холле – точнее говоря, в молельне, построенной аж в 1800 году и переоборудованной легкомысленными потомками в сельский клуб с громадной сценой. Впрочем, не спасали даже танцы – по воспоминаниям одного из жителей, быть подростком во Фримонте 1960-х было на редкость скучным занятием. Короче говоря, жизнь в городке текла размеренно и благообразно. Тот факт, что непримечательному и законопослушному фримонтцу, скромному труженику Остину Уиггину-младшему однажды пришла в голову идея собрать из своих дочерей рок-группу, потряс до глубины души, кажется, даже местных коров.

Строго говоря, в появлении на свет группы The Shaggs стоит винить не Остина Уиггина, а его маму. Или, может быть, судьбу. Рассказывают, что ма Уиггин прекрасно умела гадать по руке. Когда ее сын был молод, она сделала ему три предсказания:

1. Он женится на рыжеватой блондинке.

2. У него родится два сына, которые не застанут свою бабушку.

3. Его дочери будут играть в успешном ансамбле.

Далее мамины предсказания начали сбываться с поразительной точностью. Сначала Остин женился на рыжеватой блондинке. Вслед за этим у них родились три дочери: Хелен, Дороти (или Дот) и Бетти. Затем, после того как мама Остина умерла, на свет появилось двое сыновей (Роберт и Остин III) и еще одна дочь, Рэйчел. Теперь стало совершенно ясно, что и третье пророчество неотвратимо нависает над кланом Уиггинов. Остин мудро заключил, что от судьбы не уйдешь – и основательно взялся за дело. В 1967 году он перевел своих старших дочерей на дистанционное обучение, купил им музыкальные инструменты и оплатил уроки вокала. Дот и Бетти получили по гитаре, а Хелен – барабанную установку. Для отца семейства, которому приходилось вкалывать на хлопкопрядильной фабрике, чтобы содержать жену и шестерых детей, это был неслыханный расход, но Остин Уиггин-младший не боялся трудностей. Он назвал группу The Shaggs («Лохматки») – в честь лохматых собак, а также популярной в то время прически[153].

Много лет спустя Дороти вспоминала, что их отец был «человеком дисциплины. Он был упорным, и он бывал вспыльчивым. Он указывал, мы слушались. Или старались слушаться»[9]. Остин сам распланировал режим своих дочерей – график дня включал репетиции, работу над песнями, а также обязательные гимнастические упражнения. Уиггин внимательно слушал, как звучат песни. Если что-то не получалось, девушки прогоняли сложную песню до тех пор, пока их требовательный директор не оставался доволен. По воспоминаниям Дороти, больше всего трудностей возникало с песней "Philosophy Of The World" – отец считал, что сестры никак не могут сыграть ее как следует.

Нельзя сказать, чтобы семья Уиггин была музыкальной – единственным музыкальным инструментом, которым в совершенстве владел Остин, был варган. Но он верил, что его дети смогут пойти дальше. По словам Дороти, отец мечтал, «чтобы мы записывали пластинки, стали звездами и в конце концов поехали на гастроли». И здесь стоит отметить, что ни девушки, ни их отец никогда не были на настоящем концерте. «Наш отец не верил в них, – объясняла Дороти. – Или, по крайней мере, в то, что мы можем на них попасть»[10]. Из маленького Фримонта весь остальной мир казался бесконечно далеким: сестры даже ни разу не бывали в Бостоне, находящемся всего лишь в часе езды от их родного города. Они сидели дома, слушались папу и слушали по радио своих любимых Herman’s Hermits, Рики Нельсона, а также совершенно забытый ныне бойзбэнд Dino, Desi & Billy. Более того, суровый домашний режим, который назначил девушкам отец, практически лишил их возможности общаться со сверстниками из родного городка.

Прошло больше года кропотливых репетиций, уроков музыки и гимнастики, прежде чем Остин Уиггин решил, что его ансамбль готов к выступлению на публике. В 1968 году The Shaggs дебютировали на конкурсе художественной самодеятельности в соседнем городе Эксетере. Дот, Бетти и Хелен полагали, что их группа еще не готова к таким ответственным мероприятиям, но Остин Уиггин имел на этот счет свое мнение. The Shaggs вышли на сцену и исполнили, как умели, собственную версию старого серф-инструментала «Wheels». В ответ зрители начали улюлюкать и швырять на сцену жестяные банки. Юные исполнительницы пришли в ужас и хотели тут же уйти из рок-н-ролла. Однако Остин был не из тех, кто отступает: он отправил девушек домой, чтобы те продолжали репетировать и тренироваться. The Shaggs репетировали, тренировались, а затем снова репетировали и снова тренировались. И еще писали песни. Дороти сочиняла тексты и мелодии, затем дорабатывала аккорды вместе с Бетти, а в это время Хелен сама придумывала партии ударных. «Песни просто приходили мне в голову, – рассказывала главная сочинительница The Shaggs. – Когда я сочиняла текст, то уже знала, как будет звучать песня, ее мелодия. Так что потом я составляла мелодию со словами, а затем – аккорды с мелодией»[11].

Дороти писала невинные тексты, в которых истории из ее жизни переплетались с фантазиями – совершенно невинными. Песня "My Pal Foot Foot" была посвящена сбежавшему, а затем нашедшемуся коту («Я вижу, ты за тем деревом, / Пожалуйста, вернись домой»), а "Sweet Thing" – юному племяннику девушек. Песня "My Companion" повествовала о загадочном компаньоне, который сопровождает героиню повсюду – когда она сидит за рулем своей машины, когда загорает на пляже и когда выгуливает своего питомца. В финале загадка раскрывалась: самый верный спутник девушки – ее радиоприемник. Машина, о которой так мечтала Дороти, присутствовала и в номере "That Little Sports Car" – песня рассказывала о героине, которая, втопив газ в пол, решила погнаться за спортивным авто («скользким, как устрица»). Не преуспев в погоне, героиня возвращалась домой, «уяснив урок – никогда не уезжать из дома».

Здесь стоит отметить, что некоторые песни The Shaggs выглядели как настоящий протест против новомодных идей хиппи. В то время как по всей Америке длинноволосые молодые люди бунтовали против «взрослых» ценностей, Дороти Уиггин пела нравоучительные строчки о том, что «некоторые дети считают родителей жестокими, / Потому что те требуют от них послушания. / Они отклоняются от тех, кому не все равно, / Отворачиваются от тех, кто всегда готов быть рядом. / Кто такие родители? / Это те, кому не все равно… / Это те, кто всегда готов быть рядом». Были и по-настоящему глубокомысленные песни – например, та самая, очень сложная для исполнения песня под названием «Философия мира». История, из которая родилась эта композиция, заключалась в том, что у Дороти были прямые волосы, хотя она хотела вьющиеся, а у Бетти – наоборот. Размышляя над этой несправедливостью, Дороти приходила к выводу, что «Богатые люди хотят то, что есть у бедных людей, / Бедные люди хотят то, что есть у богатых людей, / Худые люди хотят то, что есть у толстых людей, / А толстые люди хотят то, что есть у худых людей. / Нельзя угодить каждому в мире… / Как ни старайся, / Всегда найдутся те, кто недоволен»[154]. Номер "Things I Wonder" содержал не менее серьезные строчки: «Мне интересны многие вопросы, / А многие – совсем неинтересны. / Похоже, что самые интересные вопросы / Это те, ответы на которые я никогда не найду».

На Хэллоуин The Shaggs дебютировали в местном доме престарелых с авторской композицией "It’s Halloween" – и заслужили благосклонную реакцию аудитории. Это было началом успеха. Вскоре группа начала выступать субботними вечерами в таун-холле Фримонта. Девушки исполняли как собственные номера, так и кавер-версии популярных песен вроде "House Of The Rising Sun". Концерты были по-настоящему семейным мероприятием: младшие братья подыгрывали на маракасах и бубне, мама сидела на билетной кассе, готовила и продавала закуски, а Остин Уиггин следил за порядком. История сохранила правила, составленные им для тех, кто пришел на концерт The Shaggs[155]: