Страна Советов. Забытые вожди - Степанов Виктор - Страница 59

Максим Литвинов был смещен с поста наркома и отправлен в отставку. Главой советского внешнеполитического ведомства стал ближайший сталинский соратник Вячеслав Молотов. На смену дипломатам старой школы приходили свежие кадры, часто совсем неопытные, но готовые без колебаний следовать новому курсу.

Одним из них стал Андрей Громыко. Ему удалось убедить высокую комиссию в своей верности партийной линии и, что немаловажно, произвести впечатление неплохим знанием английского языка. Вскоре Громыко поступил на работу в Наркомат иностранных дел, где занял должность заведующего отделом американских стран и быстро завоевал доверие Молотова.

Осенью 1939 года Громыко впервые встретился со Сталиным. Тот делал ставку на укрепление связей с Америкой, рассчитывая в будущем на ее помощь в войне с Гитлером, и хотел усилить советское посольство в Вашингтоне надежными людьми. Сам Громыко вспоминал, что во время той беседы чувствовал себя довольно скованно. Однако Сталину он показался подходящей кандидатурой.

Вместе с Андреем Андреевичем за океан отправилась вся его семья: жена Лидия Дмитриевна, дети Анатолий и Эмилия. Сотрудники посольства холодно встретили нового советника. В кругу дипломатов – интеллектуалов и эрудитов – Громыко казался неотесанным провинциалом. Ему еще предстояло показать, чего он стоит на самом деле. Впервые это произойдет во время Второй мировой войны.

Шел 1943 год. Героическая Сталинградская битва обозначила коренной перелом в ходе войны. Окончательный разгром немецкой армии был делом времени. Но самые большие жертвы в войне с нацизмом по-прежнему нес советский народ.

СССР жизненно нуждался в том, чтобы американцы и англичане открыли в Западной Европе второй фронт. Те откладывали выполнение своего обещания. Желая показать недовольство действиями союзников, Сталин заменил послов в Лондоне и Вашингтоне. Так Андрей Громыко в 34 года стал советским послом в Соединенных Штатах.

На повестке дня стоял вопрос о первой встрече «большой тройки»: Иосифа Сталина, британского премьер-министра Уинстона Черчилля и американского президента Франклина Рузвельта. Андрей Громыко сыграл большую роль в ее подготовке. Местом встречи был выбран Тегеран. Именно там, в иранской столице, союзники договорились о сроках открытия второго фронта: май 1944 года.

После Тегерана авторитет Громыко вырос. В двух следующих конференциях «большой тройки» он уже принимал личное участие. Здесь, в Ялте и Потсдаме, были приняты важнейшие решения о послевоенном устройстве Европы: определен режим совместной оккупации Германии, установлены новые границы Польши, разграничены сферы советского и западного влияния.

А тем временем Вторая мировая война подходила к концу. В мае 1945 года Красная армия взяла Берлин. Нацистская Германия капитулировала.

День Победы Андрей Громыко встречал в Вашингтоне. Улицы заполнились ликующим народом. Тысячи простых американцев горячо приветствовали советских союзников. Но к радости, которую переживал Громыко, примешивалось горькое чувство.

Цена победы была огромна. С лица земли были стерты более 1700 советских городов, 70 тысяч сел и деревень, 32 тысячи промышленных предприятий, 65 тысяч километров железных дорог. Человеческие потери превысили 26 миллионов. Среди тех, кто не вернулся с фронта, были братья Андрея Громыко – Алексей и Федор. Погибли и брат его жены Лидии Дмитриевны, и родственники по материнской линии.

Громыко остро сознавал: теперь, став дипломатом, он обязан сделать все от него зависящее, чтобы война больше никогда не повторилась. Создание новой международной организации – ООН – должно было предотвратить саму возможность Третьей мировой войны.

Совещание по разработке Устава ООН происходило с августа по октябрь 1944 года в Думбартон-Оксе, пригороде Вашингтона. Андрей Громыко возглавил советскую делегацию. В ходе совещания на нем лежала важная миссия – убедить западные страны принять принципы управления ООН, которые предлагала Москва. Благодаря непреклонности Громыко в Устав было внесено право вето.

Во время переговоров западные коллеги отметили «бульдожью хватку» Андрея Громыко. 26 июня 1945 года, на конференции в Сан-Франциско, он поставил под Уставом свою подпись и стал первым постоянным представителем Советского Союза при ООН.

За частое использование права вето Громыко получил в западной прессе свое первое прозвище – Мистер Нет. Но было и другое – Мистер Голос. Репортажи с заседаний ООН часто передавались по радио. Вскоре в американских газетах появились статьи о том, что глубокий и размеренный баритон советского представителя заставляет сердца американских женщин биться чаще. А журнал Time писал о Громыко как о человеке, который выполняет свою работу «на уровне умопомрачительной компетентности».

В Америке сложился стиль одежды, которого Громыко придерживался всю жизнь. Темные или серые костюмы – как правило, из английской ткани; синие галстуки, строгие пальто, шляпы.

Когда была возможность, водил детей на пляж. Но сам, отличный пловец, ни разу не окунулся в Атлантический океан – говорил, что не подобает официальному лицу показываться в трусах на публике. Громыко понимал, что репортеры могут застать его врасплох где угодно и использовать информацию во вред ему, а значит, и государству, которое он представляет.

Тем временем отношения между Советским Союзом и Америкой становились все более напряженными. Первая туча пробежала в Потсдаме, в июле 1945 года. Во время встречи «большой тройки» новый президент США Гарри Трумэн по секрету сообщил Сталину о том, что американские ученые провели успешное испытание атомной бомбы.

Спустя месяц после подписания Устава ООН весь мир узнал о том, какой разрушительной силой обладает новое супероружие.

Андрей Громыко смотрел кадры хроники из Хиросимы и Нагасаки в вашингтонском кинотеатре. Рядом с ним сидел сын Толя.