Липовый барон - Романов Илья Николаевич - Страница 99

Мне помогает то, что пришлые вынуждены держать значительные воинские контингенты на охране своих владений, а у меня, напротив, все свободные силы стянуты к стене. Не было бы её – всё было бы вообще плачевно: разбросанные силы рыцарей по разным слабо укреплённым поместьям моего баронства…

С другой стороны, по докладам лазутчиков всё не так радужно. У Илмара примерно сорок рыцарских «копий», а это примерно двести пятьдесят тяжёлых рыцарей. Ещё около двух сотен лёгкой конницы. Примерно восемьсот дружинников, из которых по меньшей мере триста лучников. Около тысячи ополчения. Сотня обслуги боевых машин. И остальных, вроде личной охраны по мелочи, а это ещё полторы сотни наберётся.

У меня не всё так замечательно. Относительно доверять я могу только пяти рыцарям и их силам. А это значит, у меня есть пять рыцарских «копий», это примерно тридцать человек тяжёлой конницы и пятнадцать – двадцать – лёгкой. Есть, правда, ещё семь групп, но им никакой веры нет. У них одна судьба – быть впереди всех, пойдут штрафниками при прорыве, если он будет, а на стену я их не пущу…

С дружинниками мятежников проще: перетасую войска и приставлю соглядатаев из моей гвардии. По дружинникам у меня примерно набирается около двухсот человек, из которых человек семьдесят – лучники.

Оставшиеся – это ополчение, их примерно двести пятьдесят человек. Из них пятьдесят несут вахту на Малом пути. Ну, это невысокая стена на въезде в ущелье, где длинный коридор смерти. Там, если честно, и десятка подростков с арбалетами хватит, чтобы удержать тоннель против тысячи.

Так вот, по этим ополченцам: мой самозваный батюшка был тот ещё придумщик. По сути, это ополчение на девяносто процентов состоит из бывалых мужиков, значительная часть из которых так или иначе тянула военную лямку, а тут они по причине возраста. В поле они лучше новобранцев, но до полноценных дружинников не тянут. А вот на стене – это совсем другой расклад…

Итого, те, на кого я могу относительно положиться – это четыреста пятьдесят человек. Есть ещё около семидесяти смертников, состав «копий» и их поддержки, на которых я совсем не могу рассчитывать.

Теперь, когда есть примерный расклад по численности, я могу рассказать дальше. Кто-то уже сочтёт, что мне крышка.

Да блин, я с вами согласен, если бы дело было в чистом поле. Я же не Суворов, чтобы громить в пять и десять раз превосходящие силы противника. Одной тяжёлой конницы графа хватит, чтобы вырезать начисто все мои силы в поле. Я хочу посмотреть на того безумца, который начнёт утверждать, что двести пятьдесят человек тяжёлой конницы не стоят тысячи простой пехоты. Про сложную пехоту я молчу, но тут явно не тот случай…

С другой стороны, я не в поле. Соотношения потерь при штурмах обычно один к трём, да и то многое от укреплений и бойцов зависит.

Для тех, кто не в курсе, Суворов захватил считавшуюся неприступной крепость Измаил меньшими силами, чем было в гарнизоне, что никто ни до него, ни после него не смог сделать. Александр Македонский и тот в ужасе убежал от какой-то горной крепости при преимуществе по силам, и уже после захвата империи задавил вольный город экономически.

О Соловках я уже вещал, и потому стоит вспомнить азовское сидение. Ну это когда пять тысяч казаков захватили Азов, а потом несколько лет пять тысяч отбивались от почти сотни тысяч турок и ими покорённых народов. По самым скромным данным, казаки убили пятьдесят тысяч и выдержали более двадцати четырёх штурмов.

Подмога казакам не пришла, и им пришлось оставить город. Измождённые, голодные остатки казачьего войска ушли, неся на исхудавших плечах ворота, чтобы враг не взял их, что по тем временам считалось официальным захватом города.

Так вот, к чему это я. Стена конечно длинная, около пятисот метров. С другой стороны есть девять башен, расположенных примерно через каждые шестьдесят метров. Каждая башня – это выход со стены, а в саму башню со стены ещё надо попасть.

Стена около шестнадцати метров в высоту. Для недалёких поясню: это уровень седьмого этажа. Она стоит на каменной подушке, что исключает подкоп. Толщины стена тоже немалой, я не замерял, но примерно больше пяти метров. Поясню: такую никакие пушки или катапульты легко не раздолбают.

Сама стена сложена не из глины или кирпича, а из камней, причём не мелких, а из многотонных глыб, которые подогнаны друг к другу почти без зазоров. В ней нет стыков.

Ворота одни и располагаются во второй башне. В ней помимо самих ворот есть «флейта» – стальная опускающаяся решётка.

Помимо этого на самой стене есть козырёк поверх зубцов из бруса, обитого медью. Это против стрельбы навесом из луков. Медь – против зажигательных стрел. В общем, стрелять придётся по самим бойницам, а это требует немалого мастерства.

К тому же внутренняя часть стены не прикрыта от стрел. Залезет враг на неё, сумеет удержать часть стены и будет ломиться в калитку ближайшей башни, а в это время его будут снимать мои лучники.

Добавим к этому факт, что противник ночует в поле и зависит от поставок продовольствия, а у меня с этим проблем нет: что надо, то из глубины долины подвезут. Вот и весь расклад до пяти копеек.

А теперь ложка дёгтя в бочку мёда. Все эти выкладки касаются обычного земного мира, а тут вмешивается неучтённый фактор магии. Она сложна и малоизученна, это карта джокера во всех раскладах.

Я знаю, что у противника есть маг, и это меня нервирует. С другой стороны, и мы сами не лыком шиты. Мне тут немного объяснили по поводу артефактов, которые якобы случайно скопились у моего самозваного батюшки. Думаю, графского волшебника мы сумеем удивить…

Последующие несколько дней проходили для меня в постоянной нервотрёпке и бессоннице. По обе стороны стены бойцы готовились к штурму.

Я занимался перетасовкой дружинников-мятежников между своими силами. Назначал ответственных за участки стены. Назначал ответственных за ответственными: ну это те ребята, что слушаются во всем своё начальство, но когда надо, пускают арбалетный болт в спину своему начальству за расхождение с общей стратегией.

Сразу скажу, чтобы кто-то не подумал, что это так просто – проводить ротацию кадров. У тебя всего пара дней, а человеческих ресурсов нет совсем. Приходится рисковать и доверять ответственные участки малопонятным людям.

Я делал ставку на личную мотивацию, ну это на то, что человек больше потеряет при захвате долины.

По ходу таких ротаций людей выяснился один интересный факт, объясняющий, почему это противостояние у стены вообще произошло. Агир, ну в смысле мой якобы батюшка, был тот ещё затейник. Он был хитрован ещё тот и, что называется, нашёл способ скостить налоги…

Если кратко, то большинство населения долины фиктивно – долговые рабы. Объясню: такой человек не платит налоги ни королю, ни сюзерену до тех пор, пока свой долг не отработает. Доходов с долгового раба по местному законодательству нет никаких, и потому за них не платит и их сюзерен. В общем, всё замечательно до тех пор, пока хозяин в имении не меняется.

Часть утаённых налогов идёт барону, часть остаётся у самого якобы долгового раба. Это один из столбов финансового благополучия долины.

А теперь представьте, что врывается в долину граф и захватывает бухгалтерию и кассу. Фиктивный раб сразу превращается в натурального – и конец сладкой жизни.

Кто-то самый умный может заявить, что можно сжечь бумаги, ну эти долговые расписки. Для них поясню: любой документ делается минимум в двух экземплярах. В данном случае один был у барона, а второй – у мытарей, налоговой по-местному. Сжигай не сжигай бумаги, а всё равно должен…

Естественно, что многих перспектива рабства не устроила, и они метнулись на стену. Более того, плох тот рыцарь, что не учитывает мнение не то что своих крестьян, но и своей дружины. Значительная часть дружинников тоже оказались фиктивными долговыми рабами. Попробуй тут что-то лишнее сказать или отказаться исполнить свой долг перед усопшим сюзереном…