Липовый барон - Романов Илья Николаевич - Страница 79

Первым делом я навестил Равура, слава Богу, ехать от дома Латьяуна до него относительно недалеко – от дома в Зареке до Злого. Кратко известил, куда еду, название форта и прочие обстоятельства бегства. Выслушал, что я дурак. Также было обещано при случае передать новость о моем переводе Антеро и барону Мондегу, моему самозваному батюшке. Взял обещание с Равура присмотреть, в случае чего, за Алёной. Выпили немного на прощание, и всё на этом…

Потом поехал в часть, нанёс визит к сотнику. Объяснил Гижеку ситуацию, опять услышал, что я дурак. Опять хлебнули немного на удачу. Хотелось бы встретиться с Иваром и Юдусом, но первый в карауле, а мне туда не по пути, а второй отдыхает, и где его искать – непонятно. Гижек обещал кратко объяснить им причины моего бегства, ну и обещал поблагодарить от моего имени Загра – полутысячника, называемого из подобострастия тысячником…

Потом крюк через Мрачный к родителям Халлы. Отца не было дома, а мать была неадекватна. Я её понимаю: единственная дочка так глупо умерла. В общем, мои соболезнования и сожаления матери Халлы были ей по барабану. На нас с Гумусом чуть слуг с собаками не спустили. Как бы там ни было, но я узнаю, кто убил Халлу, и заставлю этого заказчика выпить его же пойло. Мне бы укорениться и укрепиться, а дело с ответкой после этого не замедлит.

Доехали в Странный, но в таверне жреца всё ещё не было. Оставил ему записку, написанную каким-то мальчишкой за серебряную монету. Мол, так и так, спасибо за всё, но у меня жопа горит, надеюсь, свидимся и прочие словесные кружева…

Потом в Чистый, к Алёне. Тут я подзадержался. До неё долго не доходило, что у меня «пригорает от ожидания входящих смс». Она не в курсе моих напрягов, а всё досконально объяснять времени не было. Взял с неё обещание в случае чего тикать к Равуру, ну и передал слова старика, что он, чуть что, за неё впишется.

Что бы там Алёна ни думала про своих стариков, но я в благотворительность не верю. Достаточно пожил на свете, чтобы понимать: халявы не бывает, обязательно какая-то хрень вылезет…

К кору Далену я не стал заезжать. Ну его нафиг, этого мутного типа. Партнёр для барона он, может, и выгодный, но мне-то от этого как комару от фумигатора…

Вечер ушёл на то, чтобы закупиться, пока мы в столице и есть богатый выбор товара. Уже темнело. Многие лавки стали закрываться. Во многих магазинчиках и кузнях нам не открывали, какое там «клиент всегда прав». Поди подальше и не стучи в ворота.

И какого хрена я поскупился раньше покупать наручи, поножи и шлем Гумусу? Считал, что ему всё равно ещё расти и расти и что успею прикупить. На границе выбор будет гораздо меньшим…

К слову сказать, Гумусу повезло. Одна из последних кузнечных лавок на наш стук в ворота открылась. Там я и приобрёл оруженосцу амуницию…

Вам, может, непонятно, а зачем покупать втридорога наручи в столице, если Гумус их когда-то перерастёт? Ну, во-первых, примерно восемьдесят процентов ударов обычно попадает по рукам, в зависимости от опытности противника. Впрочем, какое тебе дело до статистики, если ты остался без руки, хоть и с целым корпусом. Во-вторых, я же не в благотворительность играю. Оруженосец – это мои дополнительные шансы на выживание, а каждая медяха, затраченная на него, отстегнется из общей добычи, если нам улыбнётся удача легко срубить денег. В-третьих, прошедшая ночь наглядно показала, что для меня мой мелкий – это не просто статист по охране спины, а человек, который мне дорог. Привязался я к нему. Ну и, в-четвертых, оказалось, что тратиться мне совсем не пришлось. Гумус неосторожно для себя напомнил, что я вчера приказал снять кошельки с покойников.

Вот партизан! Молчал! А как же моя доля? Я же его в малину привёл, а то бы он до конца своих дней щипал медь на рынке! Делись ворованным! Всё не заберу – всё же ты трудился, но моя доля должна быть не меньше трёх четвертей от общей суммы! Да, грабёж! Но если тебя к ответу за шаловливые руки попросят, то это мне придется своей шкурой и репутацией отвечать, так что не жмись!

На деле по деньгам вышло гораздо меньше, чем я ожидал. Мне – около десятки, мелкому – тройка с мелочью, если он у себя что-то не утаил. Видать, лихо вчера деньги дворяне просаживали, а может, просто на халяву устроились хвостом к кор-сэ́ и свои монеты не спешили тратить, зажимали налик…

Про наручи и поножи гнать не буду – обычное железо, ржавое и с прогнившими ремнями, но тут уже не до выбора.

Шлем попался более достойный. Что-то с гребнем из какого-то ворса или волоса, окрашенного в зелёный цвет. Нащёчники, стрелка переносицы. В общем, шлем напоминал чем-то римский для десятников. Почему он так задёшево обошёлся, я не задумывался…

Был прикуплен и достаточно крепкий круглый щит с умбоном[73].

Кульминацией покупок был небольшой арбалет. Маленький, но сердитый. Натяжка от поясных крюков. Кто не в курсе: надевается на себя специальный пояс с крюками, ими зацепляешься за тетиву и разгибаешься. Конечно, по ударной мощи это оружие слабее арбалета с «козьей ногой» или, тем более, с домкратом, зато перезаряжать быстрее. Кузнец обещал, что три выстрела за минуту, если переводить на нашу систему счета времени, вполне реально сделать.

Тут он, конечно, врал, может, кто-то и будет стрелять с такой скоростью, но обычно такие арбалеты делали два выстрела за это время. На пятьдесят метров уверенное поражение большинства брони с разной степенью пробивания. Зато и обучаться стрельбе почти не надо. Это вам не лук, который надо осваивать от трёх до пяти лет. Впрочем, у того есть два весомых преимущества. Это стрельба по навесу и десять-двенадцать стрел в минуту – в четыре-пять раз быстрее арбалета. Впрочем, если мой мелкий попадает из пращи, то и с арбалетом справится.

По идее, надо было ещё коня купить парню, но уже темнело. Смысла не было ехать на скотный двор. Ну, извини, придётся тебе, как и мне когда-то, бежать под весом доспехов вслед за конём. Преемственность, блин, поколений.

Глава 7. О том, что не всё можно учесть, да и просто о жизни

Нас с Гумусом в доме графа ни свет ни заря разбудила прислуга. Хорошей новостью было то, что граф Мубер Латьяун позаботился о том, до чего у меня тупо не дошли руки и ноги. В общем, граф разрешил продать из его конюшен мула[74] для моего оруженосца. Мул, конечно, не лошадь, но и Гумус – не рыцарь. Продажа, разумеется, не подарок, но это лучше, чем едва плестись по дороге из-за того, что оруженосец устал. Как известно, скорость эскадры определяется скоростью самого медленного судна…

Лёгкий завтрак, прощальное лобзание отца сыну – и поехали.

К моему удивлению, поехали мы не втроём, а ввосьмером. Я, Гумус, Адрус и копье[75] прикрытия от его отца. Оруженосца у кор-сэ́ не было, чему я вовсе не удивлён – кому нужен наставник-наркоман для своего сына?..

Выехать из города без проблем не удалось. Ехали, естественно, по самому кратчайшему пути – через Грязный и Вонючий. Нас тормознули на воротах.

– Приказ именем короля не выпускать из города подозреваемых в убийстве благородных кор-сэ́ Адруса Латьяуна и некого кор Вадена. Требование – поклясться на цепи, что вы ими не являетесь, – заучено произнес десятник стражи, видать, не в первый раз это оглашает.

Я взглянул на кор-сэ́. У него на лице ступор. У его «копья» – также. Не привыкли, чтобы так пренебрегали именем их сюзерена.

Если Адрус что-то вякнет, то нам край. Тут и моему третьему карему глазу понятно, что если нас задержат, то нам не жить. Графский сын, может, и выживет, а на меня всех собак повесят. Так что не удивительно, что я сработал на автомате…

– Кор Саня! – сказал я, растягивая слова и глядя на Адруса, надеясь, что до него дойдёт. – Тут кто-то сомневается в нашем праве проехать!