Брачная игра сестер Блэкторн - Яблонцева Валерия - Страница 7

Что это было? Провокация? Случайность? Непонятная игра?

Я не знала.

Устав от раздражающей неопределенности, я подошла к соседу сама. Вернее, хотела подойти – потому как меня опередили.

– Бесстыжая, вульгарная, падшая женщина!

– На себя посмотри, облезлая треска!

С огромным опозданием влетев в бальный зал здания городского собрания, где высший свет западного Аррейна собрался, чтобы отметить годовщину восшествия на престол его величества Готфрида Второго, я застала лишь самое окончание скандала. Как пересказали чуть позже более удачливые зрители, леди Мелисса Дрю, которую за глаза называли официальной любовницей лорда Уэсли Крейга, встретила того под руку с леди Бернис Коул, особой не менее свободных нравов, чем сама леди Мелисса, и устроила некрасивую сцену. Ходили слухи, что даже имел место удар веером, но кому именно досталось – капитану или Бернис, я так и не поняла.

Я бы на месте леди Дрю выбрала мишенью лорда Крейга. Мне-то хорошо было известно его пренебрежительное отношение к женщинам, и этот случай стал еще одним аргументом в копилку моей нелюбви к заносчивому соседу.

Подходить к лорду Крейгу не стала, дабы не стать причиной нового витка скандала. В голове созрел другой план, как можно вызвать соседа на серьезный разговор и выяснить все между нами раз и навсегда. Чем я незамедлительно и воспользовалась, прислав капитану подарок.

Хороший подарок. Со смыслом.

Даже здоровьем рискнула ради такого дела – закрыв нос и рот платком и надев самые длинные и плотные перчатки, съездила в лес и нарвала целую корзину золотянки. Остальное – высушивание, заваривание и приготовление настоя – поручила Мод, не страдавшей весенним насморком. Горничная покосилась на меня с подозрением – для чего вдруг юной девице потребовалось лекарство против мужского бессилия? Но я за то и любила Мод, что та отличалась поразительным терпением и неболтливостью. Служанка и отнесла маленькую баночку настоя и короткую записку в Крейг-холл – никому другому я подобное не доверила бы.

Невинная, в общем-то, шалость – в детстве мы с Эмми, охочие до споров и розыгрышей, проделывали и не такое. Не более чем колкий намек на леди Дрю и возможные трудности во взаимоотношениях с любовницей. Но лорд Крейг, кажется, понял все превратно.

Он первым заметил меня на прогулке в Вестхилле. Заметил – и по-военному размашистым шагом направился прямо ко мне. Зрелище, надо признать, было устрашающее – у меня аж дрожь пробежала по телу. И смотрел он так…

Я мгновенно пожалела и об отправленном подарке, и о желании поговорить. Слова, что я почти месяц готовила в голове, испарились, оставив лишь растерянность и пустоту. Но отступать было некуда.

– Лорд Крейг, – запинаясь, поприветствовала я, склоняясь в неловком реверансе.

– Леди Блэкторн, – не тратя времени на церемонии, отрывисто проговорил капитан. – Ваши письма и подарки абсолютно неуместны. Прошу впредь не утруждаться и не рисковать здоровьем там, где вас не просили.

– Это вы так пытаетесь сообщить, что шанс упущен, милорд? – вырвалось обиженное.

Да, я не хотела иметь ничего общего с неприятным соседом. Но говорить со мной так, когда сам всю весну…

На выпад лорд Крейг не ответил. Лишь молча приподнял шляпу и, не прощаясь, ушел.

Ну и ладно!

– Не очень-то и хотелось, – буркнула под нос и гордо расправила плечи, стараясь сохранить остатки достоинства.

Кожу жгли любопытные взгляды – нашу встречу, пусть и не выходящую за рамки приличий, заметило несколько знакомых. А значит, можно было не сомневаться, что слухи разлетятся по всей провинции, дополнив пикантными подробностями историю о поссорившихся вдовушках.

Какую версию услышала мама, не знаю, но не разговаривала она со мной почти неделю. Зато Эмми, которой я в красках описала все, что случилось за весну и начало лета, отреагировала куда более снисходительно. И даже больше – уговорила родителей отпустить ее из столицы к нам до конца зимнего сезона.

Это стало бы самой замечательной новостью за весь год – если бы не обернулось безумным спором, вновь вернувшим в мою жизнь лорда Уэсли Крейга.

Глава 3

В детстве мы с Эммелин все делали вместе. Она часто гостила в Блэк-холле и была для меня одновременно и лучшей подругой, и младшей сестрой, о которой я могла только мечтать. Во всех шалостях Эммелин была вдохновительницей и деятельной участницей. Когда я, будучи упрямее всех Блэкторнов вместе взятых, ввязывалась в очередной спор, кузина помогала мне его выиграть. Или, в случае провала, прикрывала перед мамой и отцом – как тогда, когда я заявила Фиби Эткинсон, что заберусь выше нее на дерево, и в нарядном жемчужном платье свалилась оттуда прямо в пруд.

Играть с Эмми друг против друга оказалось совсем не так весело.

Кузина явно настроилась на победу – упорство у нее было фамильное, блэкторновское – и терять время даром не собиралась. Спустившись после завтрака и утренних процедур в малый кабинет, я застала ее за письменным столом. Эммелин что-то увлеченно писала на надушенных тонких листочках.

Я бесцеремонно перегнулась через ее плечо.

– Что это?

– Ничего, – торопливо выпалила Эмми, ловко закрыв текст ладонью, прежде чем я успела разобрать хоть строчку.

Но это самое «ничего» уже разлилось предательским румянцем по нежным щекам, выдавая, что содержимое письма было далеко не невинным.

– Сознавайся! – Я потянулась к бумагам. Эмми, пунцовая до кончиков ушей, вцепилась в листы мертвой хваткой, чем лишь раззадорила мое любопытство. – Все равно узнаю, когда тебе придется просить у меня конверт из секретера Джаспера.

– Ни за что!

– Эммелин Блэкторн!

Шуточная борьба закончилась моей триумфальной победой. Эмми уступила, позволив вытащить из-под ее ладони изрядно помятое недописанное письмо. На всякий случай сделала шаг в сторону, чтобы лишить кузину возможности совершить ответный бросок.

Первая же строчка стерла улыбку с моего лица.

– Что это? – повторила мрачно, стискивая в пальцах многострадальный лист.

– Письмо. К лорду Крейгу.

– Это я вижу. Меня интересует все остальное. «Дорогой Уэсли, – с выражением зачитала я. – Сердечно благодарю за танец и любезную беседу в саду. Надеюсь на скорую встречу. Очарованная вами, Э.Б.» Как это понимать, Эммелин? Ты хоть осознаешь, что если хоть кто-нибудь этот, – потрясла письмом, – кошмар увидит, лорда Крейга заставят на тебе жениться, чтобы прикрыть возможный позор?

– Скажи это еще громче, пожалуйста, – фыркнула кузина. – А то тетушке Шерилин из гостиной не слышно.

Я мгновенно затихла, чтобы не привлекать ненужного внимания. И вправду, маме лучше было не знать.

И лорду Крейгу, если на то пошло, тоже.

Письмо, поднесенное к пламени свечи, занялось легко. Эмми из-за стола напряженно следила за огнем, пожиравшим тонкий лист, но вмешиваться не стала.

– Эм, – проследив, чтобы от порочащего честь Блэкторнов письма не осталось и следа, я бросила догоравшие кусочки бумаги в остывший камин и повернулась к кузине. – То, что ты делаешь, неприемлемо. Ты же не вознамерилась принудить лорда Крейга к браку прямо сейчас?

– Вот еще, – вздернула нос Эмми. – Лорд Уэсли мне очень симпатичен, но поспешно выходить замуж за человека, которого я едва знаю? О нет. Нужно же присмотреться друг к другу, понять, не лежит ли его сердце к кому-то иному. Другое дело – Зимний королевский бал. Вот там можно…

– Эммелин, – проговорила сердито, – давай договоримся. Шантажировать лорда Крейга тайной беседой в саду – недостойно и бесчестно. В первую очередь, по отношению к нему, – кузина иронично изогнула бровь, намекая, что еще вчера я, выставляя соседа из дома и ругая на все лады, о его чувствах не думала. Пришлось поспешно исправляться. – Если ты действительно хочешь, чтобы наш спор состоялся, нужно установить правила.

– И какие же?

– Ты не будешь делать ничего, что скомпрометирует тебя. Никаких тайных писем, встреч наедине и всего такого. Ты должна вести себя пристойно, как и положено девушке из рода Блэкторнов.