Брачная игра сестер Блэкторн - Яблонцева Валерия - Страница 19

– Сама подумай, Энди, если бы я сказала, ты никуда не поехала бы. А я никак не могла позволить лорду Крейгу забыть нас за целый месяц в приятном женском обществе…

От второй подушки Эмми увернуться не смогла. И поделом – нечего было скрывать такое!

– Прости, – Эммелин виновато вздохнула. – Я знала, что лорд Уэсли будет здесь, но понятия не имела, что именно он исполнит роль Гийома Бреннского. А если бы знала… – раскаяние на лице кузины мгновенно сменилось хитрой улыбкой, – то сама вызвалась бы быть Джоанной. Тем более что романтичная версия истории Аррейнской девы мне нравится куда больше. Гийом в книге такой удивительный мужчина… Ох, Энди, ну расскажи хотя бы, хорошо он целуется?

Не сводя с меня сверкающих любопытством глаз, она подалась ближе. Под взглядом Эмми стало неуютно. Щеки порозовели, а в голову, как назло, полезли неуместные воспоминания.

Пронзительные серые глаза, сильные мужские руки…

– Нет, – торопливо ответила я, чтобы кузина, не дай боги, не напридумывала лишнего и не увлеклась соседом еще сильнее. А потом, замявшись, все-таки призналась. – Не знаю.

– Так нет или не знаешь? – не отстала Эммелин. – Со стороны смотрелось, будто это о-го-го какое да. Я бы даже сказала: «О-о-о, да-а-а». Фиби прямо позеленела от зависти. Теперь понятно, зачем она так рвалась биться на шпагах с Гийомом – ради такого-то финала! А тут ты. – Она довольно хихикнула. – Фиби явно нацелилась женить на себе лорда Уэсли. Но у нее ничего не выйдет, – кузина пылко сжала в объятиях подушку, – потому что капитан мой.

Руки зашарили по кровати в поисках нового метательного снаряда – может, еще одна подушка выбила бы из хорошенькой головы Эмми нездоровые мысли о браке с лордом Крейгом. Увы, артиллерийский запас оказался растрачен. Я подумала было прибегнуть к более действенному методу – щекотке – как вдруг осознала…

Фиби Эткинсон!

Вот он, способ выиграть спор и переключить внимание лорда Крейга! Достаточно лишь держать Эмми вдали от капитана и не мешать Фиби применять свои девичьи чары. А уж та своего не упустит. Идея уступить Эткинсон хоть в чем-то звучала, конечно, противно, но чего ни сделаешь ради великой цели?

Великолепно!

– Что-то мне не нравится твое выражение лица, – подозрительно нахмурилась Эмми. – Что за гадость ты задумала?

– Узнаешь, кузина. – Я отобрала у нее свои подушки и нырнула под тонкий плед, мысленно празднуя победу. – Не спорила бы со мной, я бы тебе все рассказала. А так – мучайся!

Но вместо Эмми всю ночь промучилась я сама. Стоило лишь сомкнуть веки, как передо мной возникал Гийом Бреннский. Внимательные глаза в темной прорези забрала, неотвратимо медленно приближающиеся губы, наши руки, связанные алой брачной лентой.

«Джоанна…»

Платье, скользящее с плеч, тугая шнуровка корсета, поддающаяся умелым пальцам, глубокий серый взгляд, сковывающий волю и тело прочнее любых веревок. Я была в плену генерала Гийома – а может, собственного воображения – и не находила выхода. Оставалось лишь покориться: позволить пальцам чертить узоры на обнаженной груди, а губам – касаться чувствительной кожи за ухом, целовать шею, спускаясь все ниже, ниже и ниже…

«Джоанна, моя маленькая бунтарка…»

Нет!

Я подскочила на постели, не сразу осознав, где именно нахожусь. Сердце стучало в ушах громче колоколов вестхилльской ратуши, простыни, неприятно влажные и горячие, смялись, подушка сползла к краю, и стоило лишь поднять голову, как она с глухим шлепком свалилась на пол.

Эмми, полностью одетая, расчесывала волосы перед высоким зеркалом.

– Прости, не стала тебя будить, – проговорила кузина, полуобернувшись. – Ты какая-то бледная. И так стонала во сне… Что, кошмар приснился?

Я тяжело вздохнула, стирая со лба капли пота. Кошмар. Лучше и не скажешь. Липкий и страшный.

– Мне снилось, что я Джоанна Барр. И меня взял в плен Гийом Бреннский.

Эмми понимающе хихикнула.

– Хочешь, могу поискать эту книгу в библиотеке Ленс-холла. Там подробно описано, как и чем он пленил ее.

– Спасибо, откажусь, – буркнула, поправляя сбившуюся на бок рубашку. – Мне и одной бессонной ночи с лихвой хватило.

Под насмешливые расспросы кузины, жаждущей услышать мой сон в подробностях, чтобы сравнить с книжным оригиналом, я выбралась из постели, вызвала колокольчиком Мод и почти полчаса тщательно приводила себя в порядок. Эмми, давным-давно готовая, терпеливо ждала, пока я определюсь с прической и платьем. И не подозревала, что долгие сборы были связаны не с кошмаром о Гийоме Бреннском и не с дурным самочувствием.

Если я хотела выиграть наш спор, пора было приступать к реализации задуманного плана.

Мой расчет оказался верен: когда мы наконец спустились в обеденный зал, завтрак был в самом разгаре. Почти все лорды и половина леди уже сидели за столом, оживленно обсуждая предстоящий день. Леди Дебора решила пренебречь правилами рассадки гостей, позволяя каждому занимать места где и с кем хочется – и, разумеется, Фиби воспользовалась предложенной возможностью. Одетая по последней моде в прогулочное платье из нежно-розового атласа, идеально причесанная и надушенная любимыми духами так сильно, что аромат цветущего сада наполнял весь зал, она щебетала что-то лорду Крейгу, стратегически устроившись рядом. По непроницаемому лицу капитана сложно было разобрать, что он думал о приятном соседстве. Но хотя бы не порывался сбежать – для начала уже неплохо.

Я, если честно, не выдержала бы.

Эмми недовольно нахмурилась – похоже, она сама хотела сесть рядом с героем ее мечтаний, а свободные стулья остались лишь на противоположном конце стола. Впрочем, горевала кузина недолго. Нашим соседом оказался привлекательный молодой лорд Лайонел, с которым Эммелин быстро нашла общий язык, и, кажется, совершенно забыла о Фиби и лорде Крейге.

Зато я весь оставшийся завтрак бросала короткие взгляды на сидевшую рядом с хозяевами дома пару, пытаясь по жестам и деталям разузнать, как продвигается обольщение капитана. Вот Фиби рассмеялась какой-то удачной шутке, после ненароком скользнула ладонью по светлому рукаву прогулочного фрака, смахивая невидимую пылинку. Минутой позже попросила передать соусницу, на короткое мгновение соприкоснувшись с лордом Крейгом пальцами. Спросила что-то – и губы соседа дрогнули в легкой ответной улыбке.

Улыбка – это хорошо. Ведь так?

Отвернулась, чтобы не выдать неуместного любопытства. Вроде бы все шло неплохо – Эмми весело болтала с соседом, Фиби изо всех сил пыталась понравиться капитану. Если так будет и дальше, я выиграю спор, не шевельнув и пальцем.

Вот только…

Ножки стула, резко отодвинутого назад, с шумом проскребли по паркету. Взгляды гостей – мой в первую очередь – немедленно обратились к нарушителю безмятежного спокойствия. Невозмутимо поднявшись, лорд Крейг отложил в сторону салфетку.

– Прошу меня извинить. Я сыт.

– Лорд Уэсли, – Фиби торопливо вскочила следом, – надеюсь, вы не откажетесь проводить меня в оранжерею? Дебора сказала, что сегодня там распустились великолепные розы.

– Уверен, леди Эткинсон, – холодно откликнулся капитан, – вы легко найдете себе спутника для прогулки. А у меня срочные дела в библиотеке.

– Я покажу, где она.

– Благодарю, не нужно.

– Но…

Коротко поклонившись, лорд Крейг, не отличавшийся галантностью и обходительностью, покинул обеденный зал. Фиби проводила его взглядом, но когда царственно повернулась к гостям, с любопытством наблюдавшим за сценой, на лице ее не было ни следа замешательства или раздражения.

– Дебби, сестренка, – улыбнулась Фиби жене брата, всем видом демонстрируя, что уход лорда Крейга никак не нарушил ее планов. – Сегодня отличная погода. Что думаешь о том, чтобы сыграть несколько партий в крокет?

Хозяйка Ленс-холла горячо поддержала идею игры на свежем воздухе, в три повелительных хлопка организовав веселье. Ровный прямоугольник зеленой травы перед садом был расчищен от листьев и размечен витыми арками пронумерованных воротцев, на веранде мгновенно возник стол с прохладительными напитками. Для старших членов семейства Ленс вынесли несколько кресел.