Брачная игра сестер Блэкторн - Яблонцева Валерия - Страница 10

– И почему же?

– Она примитивная, – ответила, сама не ожидая от себя такой откровенности. Но Крейг смотрел внимательно, выжидающе, и я продолжила, с каждым словом все больше втягиваясь в разговор. – Если судить по сентиментальным романам, кажется, будто единственное, что нужно девушке – это удачно выйти замуж. Никаких стремлений, никаких целей. Все, что когда-то казалось значимым, отодвигается в сторону, стоит лишь появиться мужчине. А на последней странице автор осчастливливает героиню неизменным звоном свадебных колоколов и безликим «долго и счастливо» с непременным статусом хозяйки дома и выводком детишек.

– Если вы прочитали бы «Четыре брака…», то знали бы, что его главная идея в том, что первое впечатление о человеке зачастую бывает обманчивым.

Едва прикрытый намек проигнорировала.

– Одна книга не меняет сути всех дамских романов, милорд.

– А вы, стало быть, видите свою жизнь иначе, чем столь презрительно описанные вами героини книг?

– Почему бы и нет. – Я гордо вздернула нос. – Я бы хотела изучать экономику, инженерное дело и управление. Вновь сделать земли Блэкторнов богатыми и процветающими. Сейчас, когда трое из четырех мужчин либо на границе, либо похоронены в земле, невозможно вести хозяйство так же плодотворно, как раньше. С каждым годом все сложнее поддерживать прежние объемы поставок. Нужен новый подход, о котором так хорошо пишут столичные инженеры. Самопогрузочные повозки, механические пилы…

Под пристальным взглядом лорда Крейга я замолчала, почувствовав, что говорю что-то не то. Я еще никому не признавалась в желании заменить часть недостающих рук передовыми техническими новинками. Джаспер в силу возраста и привычки не слишком одобрял нововведения, считая это не более чем блажью и бесполезной тратой денег. А мама и вовсе запрещала упоминать при общении с потенциальными женихами неженские пристрастия к брошюрам с технических выставок и самостоятельное ведение учетных книг, требуя, чтобы управляющими – хотя бы на словах – я называла дядю Бенджамина и Джаспера.

Но лорд Крейг в женихи не набивался и слушал так внимательно, что я поневоле забылась и расслабилась. Наверное, зря.

– Звучит интересно, – понял, что продолжать я не собираюсь, сказал капитан. – И что же вам мешает?

– Муж. – Темные брови удивленно приподнялись, так что пришлось исправляться. – В перспективе. Мужчины, как известно, совершенно не выносят женщин хоть с каким-либо проблеском амбиций.

Лорд Крейг хмыкнул.

– А леди Эммелин разделяет ваши пристрастия?

– Нет, – успокоила я. – Эмми интересуют люди. Она увлекается медициной – диагностикой болезней, особенно душевных, фармацевтикой и совсем немного анатомией.

– М-м-м, – насмешливо протянул капитан. – Анатомия – чрезвычайно полезное увлечение для молодой девицы. Хорошо, когда человек знает себя и других, так сказать, во всех деталях.

Я отвернулась, пряча горящие щеки. Последнее было явно лишним. Вот ведь сказала, так сказала! А сосед, вместо того чтобы деликатно забыть о неосторожно вырвавшихся словах, не упустил случая поиздеваться!

– Лорд Крейг, – проговорила строго. – Эммелин – порядочная девушка. Она не из тех, с кем можно поиграть и бросить, разбив сердце. Прошу, будьте благоразумны. Эмми молода и наивна и не знает, насколько коварны могут быть мужчины вроде вас.

– Вроде меня? – вновь выгнул бровь капитан. – С чего вы взяли, что у меня дурные намерения?

– Слухи, – напомнила я о происшествии с леди Коул и леди Дрю, – весьма красноречивы.

– Слухи на то и слухи, миледи, что мало соответствуют правде.

– К тому же я слышала вас на веранде. Вы сказали, что никогда не женитесь.

Лорд Крейг фыркнул.

– Все никак не можете забыть свое феерическое появление из кустов золотянки? Прошло уже достаточно времени, Андреа, и я вполне мог изменить свое решение. Так бывает. Например, в детстве я был уверен, что когда вырасту, никогда не притронусь к отвратительной жидкой каше. И что вы думаете? Вернувшись в Крейг-холл, я был невероятно рад, когда старая кухарка приготовила ее именно так, как я помнил пятнадцать лет назад. А вот сахарные леденцы на палочке, которые я обожал мальчишкой, сейчас в рот взять не могу.

– Допустим, – я скрестила руки на груди. – Но женитьба – не каша и не леденцы на палочке. И если вы относитесь к одному из самых важных решений в жизни так несерьезно…

– Напротив, миледи, в отношении брака я совершенно серьезен. Но нельзя же жениться, совершенно не узнав кандидатку. Надо убедиться, что потенциальная жена и хозяйка Крейг-холла полностью соответствует моим ожиданиям. К тому же меня, как любого мужчину, волнует вопрос с наследниками.

Я посмотрела на лорда Крейга без прежнего воодушевления, чувствуя, как медленно крепнет внутри желание уйти. А я-то, глупая, на секунду подумала, что и вправду первое впечатление могло оказаться неверным…

Вот тебе и модный роман о четырех браках выдуманной иностранки. Что бы ни пытался написать автор о жизненных перипетиях, стремлениях и целях героев, итог всегда один.

– Женщины, лорд Крейг, – проговорила тихо и зло, – не лошади, чтобы перед покупкой изучать их родословную и заглядывать в зубы. Какой смысл спрашивать про книги, увлечения, медицину, если вы все равно ищете не человека, а… – Я бессильно махнула рукой. Безнадежно. Капитан мало чем отличался от других мужчин. И искра интереса, мелькнувшая в его глазах, была лишь отблеском клонящегося к закату солнца. Обманкой. – Курите сигару, милорд. Не буду вам мешать.

– Леди Блэкторн…

Ушла не оглядываясь, уверенная, что неудачнее этого разговора ничего быть не может.

Оказалось, может.

Глава 4

В гостиной ждал неприятный сюрприз.

Место между мамой и мной, которое леди Шерилин намеренно оставила свободным для лорда Бенсона, было занято. И не майором – до приезда того оставалось еще минимум полчаса – а лейтенантом Ричардсом.

Лейтенантом Ричардсом, который явился на мамин обед без приглашения, но вел себя так, словно имел полное право находиться в Блэк-холле, занимать чужое кресло и бесцеремонно шептаться с хозяйкой вечера, не обращая внимания на других гостей. И мама тоже была хороша – вместо того чтобы прогнать нахала, внимательно слушала, кивала и даже улыбалась в ответ на неслышные слова собеседника.

Сердце сжалось в груди от недоброго предчувствия.

– Андреа, подойди сюда. – Мама заметила меня первой, призывно махнув рукой. Вслед за ней обернулся и лейтенант. И то, что я увидела в его взгляде, мне категорически не понравилось. – У нас с лордом Майлзом есть к тебе серьезный разговор.

Медленно-медленно, оттягивая неизбежный момент грядущего позора, я прошла мимо стола к матери. Напряженные взгляды гостей следовали за мной по пятам. Разговоры оборвались, горничные, убиравшие пустые тарелки, попятились к стенам.

– Андреа, – в наступившей тишине голос мамы прозвучал особенно отчетливо и громко. – Лорд Майлз был столь любезен, что рассказал о вашем сговоре. И, как порядочный джентльмен, попросил твоей руки, на что я, разумеется, дала согласие.

Мир вздрогнул. Сердце болезненно быстро забилось в груди, тело от макушки до пят прошило дрожью. Пальцы сжались в кулак, впиваясь ногтями в ладонь так, что можно было ощутить это даже через тонкое кружево перчатки. Но внешне я осталась собранна и недвижима, точно скала.

– Как это понимать? Лорд Ричардс? – лейтенант не ответил, лишь улыбнулся улыбкой победителя. – Мама?

Леди Шерилин недовольно поджала губы.

– Лорд Майлз рассказал, что во время последнего бала он недвусмысленно дал понять, что имеет самые серьезные намерения на твой счет. И ты, Андреа, отнеслась к предложению более чем благосклонно. А уже вчера на прогулке ты активно принимала ухаживания лейтенанта. И как честный офицер и джентльмен, он решил не затягивать с предложением. Лорд Майлз, я верно вас поняла?

– Совершенно верно, леди Блэкторн.

– Нет! – Голос зазвенел от негодования и нарастающего отчаяния. – Я четко дала понять, что не поощряю ухаживаний лорда Ричардса.