Целитель 12 (СИ) - Большаков Валерий Петрович - Страница 55

— Идут! Идут! — разнеслись голоса, и тут же с лестницы повалил смех, топот лакированных полуботинок и стаккато женских каблучков.

Первыми в высокие двери вошли Рита и Гайдай — мэтр сиял, как солнышко с утра, а девушка скромно улыбалась, будто луна, отразившая дневную ясность.

— Три-четыре! — трубно взревел сценарист Костюковский, и первым начал скандировать: — По-здрав-ля-ем! По-здрав-ля-ем!

Секунду спустя пышный зал ресторана гремел:

— По-здрав-ля-ем! Ур-ра-а!

— Риточка! — воскликнула Ивернева мажорно. — У вас получилось! Получилось!

Смеющаяся Лита Сегаль грациозно подбежала на каблучках, приобняла Наташу, чмокая в щечку, и повисла на шее у Миши, пища от счастья и болтая ногами. Все мужчины умилились.

— Товарищи! — победно возгласил Леонид Иович, срываясь в фальцет. — Друзья! Получилось у всех нас, и спасибо вам всем — за ваш талант, за ваши умения, за терпение и труд! И давайте уже, наконец, выпьем!

Одобрительный хохот разошелся по залу. Плеск вина и чего покрепче заполнил паузу. Миша протянул Наташе и Рите по бокалу шампанского. Сомкнулись хрустальные края — и зазвенели медовые пузырьки.

— За тебя, Риточка!

— За тебя! — ослепительно улыбнулась Ивернева.

Черные глаза Гариной заискрились, словно отражая игристый хмель.

Наташа быстренько поделилась с подругой тарталеткой, и поволокла Риту в уголок, как паучок Муху-Цокотуху.

— Миша тебе рассказывал, — затараторила она, — что я немного в программировании соображаю?

— «АмРис»? — понятливо улыбнулась Гарина. — Я этой программой на работе пользуюсь — таблицы составляю, графики… У меня на эвээмке восьмая версия стоит, кажется.

— А, эта! — небрежно отмахнулась Наташа. — Вчерашний день! Я еще в Штатах начала сетевые видеоигры ваять, типа «Морского боя». Многопользовательские — это когда рубиться могут сразу тысячи юзеров. А сегодня… О-о! — она затанцевала на месте от возбуждения. — Я еле досмотрела твой фильм! Мне в голову пришла идея… сваять игру «Расхитительница гробниц»! Только, знаешь, с нормальной, такой, трехмерной графикой, чтобы персы… ну, персонажи были не «палка-палка-огуречик», а прорисованы на уровне хорошего мультика! М-м… Как ты относишься к идее сваять твою ма-аленькую цифровую копию?

В темени Ритиных глаз вспыхнули, стали разгораться огоньки азарта.

— Маленькая аналоговая копия у меня уже есть, — сказала она со смешком, оглядываясь. — Я тебе рассказывала про Марину Сильву? Во-он Вера Сетта, это ее мама, а малышка сейчас у Инки дома, строит глазки Васёнку! Тот так мило смущается — уже влюбился в это диво по уши… Слу-ушай… — Рита задумчиво покусала губку. — Идея, конечно, классная! Вон… Ага! Бабу Лиду похитили на танец. Пошли, с дедом Филей посоветуемся!

— Вообще-то… — промямлила Наташа, струхнув. — Старос — мой шеф, я же в «Совинтеле» работаю…

— Называй его по имени, — проинструктировала ее Рита, — и не упоминай отчества. Тогда он к тебе сразу расположится! Пошли! Филипп!

Старос мигом обернулся, расслышав девичий зов, и расплылся в своей фирменной, немного злодейской ухмылке.

— Wow! Рита! Ты была бесподобна, детка! — взгляд генерального директора мигом скользнул по Наташиному платью, туго обтянувшему не по росту большую грудь, а Ивернева вымахала под сто восемьдесят.

— Филипп! — строго сказала Гарина, возвращая мужчину из мира иллюзий. — Нужны ваши помощь и совет. Наташка, излагай!

Волнуясь, Ивернева выложила свой проект, как на презентации.

— Оч-чень, очень интересно… — потянул Старос, загораясь. — Really! — он призадумался. — Мелькала у меня идея… Хм… Понимаете, Наташа, для такой игрушки простой графической карты будет недостаточно. Тут даже проц «Коминтерна-7» не потянет, там уровень «Интел-486», шестьсот-восемьсот нанометров. А нужен мощный процессор на техпроцессе триста пятьдесят нано, и он у нас в разработке, мы его назвали «Байкал»… Идея же в том, чтобы создать отдельный видеопроцессор такой же мощности! — Фил прищелкнул пальцами и «по-пиратски» улыбнулся: — Назовем наш проект «Вёрдж»! Virtual Reality Graphics Engine — ViRGE!

— Тогда карта расширения с ViRGE, — подхватила Наташа голосом, звеневшим от волнения, — пусть будет SELENGA — Single ELemENts Graphics Adapter!

— O’кей! — торжественно рокотнул Филипп Георгиевич, и сильная мужская ладонь бережно пожала обе нежные девичьи ладоши, заключая тройственный союз.

Воскресенье, 22 октября. День

Зеленоград, площадь Юности

Слава к Рите подкралась незаметно — и обрушилась, лишая покоя и уединения. Зрители по всему Союзу штурмом брали кинотеатры, и прокат буквально молился на Гайдая — показ «Расхитительницы гробниц» выдавал сумасшедшие проценты сверх плана.

На «Мосфильме» тоже не зевали — дублировали фильм в английской, французской, немецкой версии, а прежде всего — в испанской и португальской.

Воротилы Голливуда нервно курили в сторонке. «Lita Seagal: Tomb Raider» захватила широкие экраны по обеим Америкам, по Европе Западной и Восточной. «Soviet super-blockbuster» хотели видеть все.

Радовался советский Госбанк, радовалось Госкино, а вот Госплан — не очень. Поклонники живо вычислили адрес нашей квартиры в «красном доме», и устроили настоящую осаду. Ни войти, ни выйти — жаждущие лицезреть живую Литу Сегаль толклись на лестнице с утра до вечера, заваливали подъезд букетами, не боясь мести дворничихи бабы Таси. А уж письма приходили буквально мешками — мы с Ритой делили почту пополам, отвечая на каждое десятое, позже — на каждое двадцатое послание.

Нас здорово спасал служебный коттедж — мы прятались в Щелково-40, как в убежище, хотя и по научному городку страсти разгорались нешуточные, здесь же тоже имелся кинотеатр «Тахион»…

Однако у фанатов изворотливые умы — почитатели Ритиного таланта быстро смекнули, где устраивать засаду. На работе! И обложили Госплан…

Впрочем, недовольство Ритиных коллег было мнимым. Кто первым урвал автограф «самой Гариной» на обложке «Советского экрана»? Сотрудницы Сводного отдела финансов и цен!

А я тихо гордился и млел. Тем более что фото на обложках журналов у Риты выходили великолепными — с ней работали настоящие мастера, умевшие передать не только красоту, но и обаяние, и острый ум, и то невыразимое, что всеми зовется милотой.

Надо отдать должное Ритульке — «звездную болезнь» она не подцепила, по-прежнему стесняясь славы. По-моему, «Лита Сегаль» так и не поняла толком, откуда вдруг на нее свалилось столько обожания. Мне удалось объяснить ей, что поклонение свойственно человечеству, просто всякий раз оно обожествляет нового идола…

Ну, а я продолжал скромно копаться в тайнах пространства и времени, кроясь в тени нашей «super-star». И мой день рождения прошел чисто по-семейному, мы его отпраздновали вчетвером — я, Рита, Юля и Коша. Бедная зверюга еле уползла после ужина, устав подъедать за нами, затворниками.

Юля подарила мне мой портрет в стиле «гёрлз» — ну, о-очень похож! А Рита, через Лену фон Ливен, преподнесла старинную жалованную грамоту в красивой рамочке:

«Се аз царь и великий князь Иван Васильевич всеа Русии, преж сего в лете 7000 в шестьдесят шестом году, в априле в четвертом числе всемилостивейшее пожаловал есми Олександра Николаева сына Гарина с законными от сего числа рожденными и впредь рожденными детьми и потомством их в дворянское достоинство».

«Можете обращаться ко мне „мессир“, донна Фальер», — молвил я церемонно, за что был тут же притянут и зацелован обеими молодыми особами…

* * *

…Я шагал, не торопясь, обходя площадь Юности, когда услышал за спиной быстрый топоток.

— Миша! — позвал меня запыхавшийся голос.

— Привет, Наташка! — обернулся я, реально радуясь встрече.

Длинному пальто не удалось испортить фигуру Иверневой, даже тяжелая ткань приятно облегала талию и бедра, а верхняя пуговка упорно не застегивалась — грудям было тесно под кашемиром.