Рыкарь (СИ) - Гримм Никита - Страница 71

Следующие два часа я вел свое повествование, начиная с весны прошлого года, когда мной впервые заинтересовались Долгоруковы, и я встретился с Аркадием Соловьевым.

Император и его брат слушали молча, не перебивая и не переспрашивая, лишь когда я закончил, Великий Князь приказал подать чай на каждого гостя. Император Александр поднялся из своего кресла и переместился в одно из тех, которые стояли лицом к застекленному эркеру. Пока мы все ждали чай, в кабинете императора стояла мертвая тишина. Лишь один звук прервал этот штиль — чирканье длинной спички о коробок. Император раскурил сигариллу и открыл окно в эркере. Кабинет наполнился ароматом дорогого табака с нотками кубинского рома…

— Теперь ты потребуешь восстановления рода Боярских и признания тебя князем? — Я услышал голос императора, но не мог видеть его лица.

— Разве я могу так поступить, государь? — Спросил в ответ я.

— Ну, согласно правовому уложению Российской Империи, именно император может узаконить ранее незаконно рожденного байстрюка, если все члены рода погибли или пропали без вести ранее, дабы не терять благородный род и сильных Одаренных из состава империи. Закон старый, но его никто не отменял, так что он до сих пор действует. — Усмехнулся брат императора.

А что, так можно было?! Я и не знал!..

— Нет, не буду. Я — Волков. — Отрицательно покачал головой я.

В этот момент словно выпустили спертый воздух из кабинета. Великий Князь Сибирский и князь Кобылин одновременно выдохнули. Император поднялся из кресла и повернулся лицом ко мне. Бррр… Эти глаза, в которых плескалось и переливалось живое пламя меня все также пугали…

— Хорошо, что ты принял такое решение. Но я не могу понять одного — от кого ты узнал, что на дне Байкала спрятан обоз с мифрилом? От Боярских?

— Нет, государь.

— Не уже ли Долгоруковы знали? Тогда я не понимаю, откуда они получили эту информацию…

— Простите, государь. Но и князь Долгоруков этого не знал, именно по этой причине он хотел призвать душу князя Боярского.

— Тогда кто тебе сказал?

— Белобог.

В кабинете вновь повисла тишина.

— Ты уверен в своих словах? — Раздался голос императора.

— Да, и я готов поклясться своими Источниками, что Белобог — мой Небесный Покровитель.

Такие слова были весомыми. Никто бы не рискнул ставить на кон свои силы, поэтому даже такие слова говорили только тогда, когда человек говоривший их, был абсолютно уверен в своих словах…

— Серьезное заявление. — Кивнул император, — а он что-то добавил к этому?

— Он сказал, что это знание станет вашим испытанием, государь, и от того как вы поступите, будет многое зависеть в будущем… А, и Белобог сказал, что только в Байкале мифрил может прирастать в массе за счет особенностей озера…

Император повернулся к брату.

— Готовь экспедицию на Байкал. Собирай всех, кто тебе нужен и отправляйся на Байкал.

Брат императора кивнул:

— Я займусь немедленно.

Великий Князь вначале пожал руку императору, после князю Кобылину и в конце мне. После брат императора покинул кабинет, закрыв за собою двери.

— За раскрытие преступлений князя Долгорукова я обязан отблагодарить тебя, как ни крути. Да и за сведения о мифриле, если они верны, стоит. Ну, так чего ты хочешь, Волков? Я даже готов расщедриться — у тебя есть три просьбы. — С легкой усмешкой сказал император, выпуская облако табачного дыма.

— Вы правы, государь, у меня есть просьба. Даже три. — Кивнул я.

— Так озвуч, а я уже решу, достойна ли она. — Ответил император, возвращаясь в свое кресло.

— Первое — я прошу признать заслуги моего деда, Волкова Аристарха Прохоровича, и присвоить ему соответствующий титул. — Сказал я.

— Просишь не за себя, а за родича?

— И за себя тоже, ведь я — наследник рода Волковых, возвышение деда затронет всю семью. — Пожал я плечами.

В ответ император только улыбнулся и сказал:

— Это была первая просьба. Что с двумя другими?

— Вторая просьба — отдайте мне доступ на месяц в родовую библиотеку Долгоруковых.

Ну, а что? Наглость — второе счастье, как говориться…

На этот раз император рассмеялся, не сдерживаясь. Смеялся император красиво, но не долго…

— Ну, удивил, так удивил! Мне даже интересно, что же станет третьим твоим желанием? — Теперь улыбка не сходила с лица императора.

— Я был бы рад, если бы император пожаловал роду Волковых землю за Гатчиной, что раньше принадлежала роду Боярских, а после гибели рода перешла под руку императорской династии. — Ответил я.

— Да, каждая просьба дает свои преимущества, Волков, хотя ты бы мог попросить и больше. — Кивнул император.

— Мог бы, государь, но большего мне и не нужно, остального я постараюсь добиться сам. Тем более, сам император является моим соучредителем в компании, которая перевернет мир. — Улыбнулся я.

— Хорошо, я действительно могу исполнить все, о чем ты попросил. У меня тоже есть просьба. Чтобы уравновесить наши взаимные услуги друг другу. — Кивнул в ответ император.

— Могу я узнать, в чем она заключается? — Спросил я.

— Сможешь и узнать, и сразу же исполнить. — Кивнул император, продолжая улыбаться, и повернулся к князю Кобылину, — Владимир Алексеевич, нам нужна машина. Мы все втроем едем в Кресты прямо сейчас.

* * * * *

РИ, Санкт — Петербург, следственный изолятор петербургского управления полиции № 1, также известный как «Кресты»

Из зимней резиденции Рюриковых мы очень быстро смогли переместиться в Кресты.

В этом мире следственный изолятор № 1 нес те же функции, что и в моей прошлой жизни с двумя поправками. Первое — все заключенные, содержащиеся в Крестах были Одаренными, второе — представителей благородных сословий в Петербурге отправляли строго в Кресты…

И пусть большинство камер были свободными, и здесь были свои постояльцы… И да, из этих Крестов побегов не было… Как и освобождений…

На КПП наш кортеж из семи машин даже не стали досматривать. Просто ворота быстро разъехались в стороны, пропуская машины с гербами императорской династии внутрь. Личный состав изолятора был моментально построен для встречи императора, и к нам вышел начальник Крестов.

— Ваше Императорское Величество, личный состав следственного изолятора главного управления полиции по городу Санкт-Петербургу построен! Доложил начальник следственного изолятора № 1, подполковник юстиции Васин. — Крупный мужчина, лишь немного уступающий своими габаритами Великому Князю Сибирскому, с лопато — образной бородой без усов и лицом, похожим на питбуля, вытянулся по фронту, стоя перед императором.

— Вольно, господин подполковник. Я ненадолго и без проверки. Распусти людей по местам несения службы. — Улыбнулся император.

— Есть, Ваше Императорское Величество! — Гаркнул в ответ начальник изолятора и повернулся к строю, набрав в грудь воздуха, — У масс две минуты вернуться на свои посты! Сам пройду и проверю, и не дай-то Великие Боги, я хоть кого-то не застану на месте несения службы! Разойдись по местам!!!

Строй сотрудников мигом рассыпался, и полицейские маленькими, но организованными группами просочились внутрь различных зданий.

В итоге, спустя три минуты, на плацу остались только Император, князь Кобылин, я, начальник изолятора и дворцовые безопасники, которые стояли и изображали из себя гранитные статуи.

— Петр Александрович. — Позвал начальника изолятора Александр Четвертый.

— Я, Ваше Императорское Величество! — Моментально откликнулся подполковник.

— Проведи нас к Долгорукову. — Кивнул император, даже не оборачиваясь.

— Есть! Прошу следовать за мной! — Козырнул подполковник и двинулся первым, ведя остальных за собой.

Следом за нами двинулись шестеро безопасников, в итоге, вся наша компания насчитывала десять человек. Подполковник двигался впереди, рука об руку идя с императором, заранее указывая на нужные повороты. Я шел плечом к плечу с князем Кобылиным, следом молча шли шестеро дворцовых.