Аллоды онлайн I Империя (СИ) - Соловей Иван - Страница 103

— Я слышала об этом, — вставила Лиза. — Кажется, записи были даже не джунские — эльфийские!

— Именно! Знания, записанные на заре этого мира, позабытые самими эльфами. Большинство манускриптов оказалось ценно исключительно с исторической точки зрения, но несколько свитков содержали записи о создании порталов и управлении Стражами, так что теперь Стражи исполняют свои изначальные обязанности — хранят порталы от разрушения. И без всяких жертв!

Хранительница портала, Михаил и Лиза пустились в обсуждение найденных манускриптов, их принадлежности и ценности. Постояв немного рядом, мы оставили их втроем дискутировать на тему последних научных достижений и степени участия в них эльфов.

— Миша и Зизи такие разные, но при этом у них так много общего… Странно, как это бывает, да? — произнесла Матрена чему-то улыбаясь.

— Маги всегда странные, — пожал плечами я, и по выражению ее лица сразу понял, что опять сказал что-то не то.

Бесцельно гуляя по извилистыми тропинкам, мы набрели до места охоты на змей, оборудованного под тир. Здесь можно было взять напрокат луки и стрелы, и стоя у специального ограждения, вдоволь пострелять в ползающих среди кустов змей. Мы устроили небольшое соревнование, в котором Кузьма предсказуемо лидировал с гигантским отрывом. Он мог убить двух, а то и больше, змей одной стрелой, и пытаться его обыграть было бесполезно. Когда нам наскучило стрелять (и проигрывать), я, Лоб и Матрена пошли дальше, оставив Орла тренировать меткость в одиночестве.

— Привет! Отдыхаете, прохлаждаетесь? — орк-охранник, несший в руках целую охапку каких-то приборов, остановился, с подозрением глядя на нас.

— Отдыхаем…

— А в карманах посторонние предметы имеются?

Мы переглянулись.

— Что вы имеете ввиду? — спросил я недоуменно.

— Яйца змей, например!

— Да вроде нет…

— Вроде! — орк свалил приборы из своих рук на лавочку. — Как же я не люблю эту всенародную безалаберность!

— А в чем, собственно, дело?

— В змеях, будь они неладны! Может их отдыхающие в карманах приносят? А шумиху-то подняли!

— Э-э-э…

— Да вы не пугайтесь, это я так, ворчу потихоньку… Я Щит Кочевников, начальник охраны. Вообще-то моя задача — следить за куполом, его исправностью и, в целом, наличием. Тут подходит ко мне Саранг Еше и заявляет: змеи, видите ли, проползают извне внутрь купола! А мое какое дело? Купол есть? Есть! Исправен? Исправен! А почему змеи проползают — это инженера надо спросить, который этот купол проектировал. Не знаю, кто был этот халтурщик, но его еще, небось, к государственной премии представили. Тьфу ты!.. В одном убежден: это был человек. Уж орк бы змей точно предусмотрел, а Зэм — даже и кротов.

Я усомнился в том, что орк смог бы спроектировать хоть что-то, но вслух, конечно, этого не сказал.

— Короче, проносить змей или их яйца в санаторий строго настрого запрещено! Если ситуация не улучшится, придется обыскивать отдыхающих. Я бы еще жалобу на инженера в столицу накатал. Но мое дело — сторона.

Мы клятвенно заверили начальника охраны, что никакие живые организмы носить в санаторий не будем.

— А ты, малой, не из Буйных ли? — спросил Щит Кочевников, глядя на Лба.

Я невольно ухмыльнулся от определения «малой», примененного к здоровому орку.

— Из Буйных.

— Храмовник… уважаю! Мой помощник — тоже из ваших. Хороший парнишка. Учу его генераторы купола подзаряжать самостоятельно, — Щит кивнул на искрящиеся приборы на лавке. — Если генераторы вовремя не подзарядить, купол исчезнет, и тогда не только песок сюда снаружи попадет, но и нечто похуже: скорпионы, змеи, шушера всякая местная. Накроется тогда наш рай медным тазом или еще чем-нибудь. Боюсь пока помощнику это дело доверять, силушки в руках у него много, а мозгов в черепной коробке — не очень. Но воин умелый. Айда, познакомлю…

Когда они вдвоем ушли, я остался с Матреной наедине и вдруг почувствовал дискомфорт. Мы двинулись вперед по аллее, закручивающейся спиралью. Повисло тягостное молчание.

— Э-э-эм… Ну как тебе тут? — спросил я просто для того, чтобы хоть что-то сказать.

— О, здесь очень здорово! — улыбнулась она. — Никогда не была в таких местах… хотя в церковной обители мне тоже нравилось.

— Ты была жрицей Триединой Церкви?

— Конечно. Я же лекарь. Магия Света — основа врачевания.

— Но ты ведь не маг…

— Нет. Жрецы не могут сами творить магию как настоящие маги, но могут ею пользоваться.

— Непонятно, — честно сказал я.

— Сарнаут переполнен магией и ее могут использовать даже те, кто ей не обладает сам, — принялась объяснять Матрена. — Это как… приборы Зэм, ты не можешь их создать, но пользоваться ими умеешь. Мы лечим пациентов магией Света. Или, например, шаманы орков — они ведь не маги, но способны проводить магические ритуалы.

— Тоже магия Света?

— Нет, они пользуются магией природы.

— Как все сложно…

— На самом деле нет, если начать разбираться, — засмеялась она.

— А в церкви ты… хм… воскрешала кого-нибудь?

— Конечно. Воскрешение погибших входит в базовый курс.

— Это сложно?

— Это… страшно немного.

Тропинка привела нас к центру купола, где раскинулось огромное, развесистое дерево. Под ним стояла восставшая Зэм и что-то старательно соскребала со ствола.

— Устроились тут по-райски, понимаешь. Под надежным куполом, в зелени и прохладе. Ох уж мне этот эгоизм живых! Наш долг — создать подходящие условия для существования всего: и живого, и мертвого. Но, по-моему, это одну меня заботит…

— Что вы делаете?

— Я хочу победить здешний соленый зной. И вся надежда на этого малыша. Все выгадают, если мы превратим Мертвое Море в цветущий сад!

— Это что… Великое Древо? — округлила глаза Матрена.

Восставшая кивнула.

— Что за Великое Древо? — заинтересовался я.

— Древо, способное удерживать аллоды от разрушения! — восторженно ответила Матрена.

— Как маги? — я с уважением посмотрел на дерево.

— Да, — подтвердила Зэм. — Но оно еще небольшое. И каково ему расти в тонюсеньком искусственном слое чернозема, в окружении песка и соли? Совсем даже не рай, если хотите знать мое мнение.

— Может запустить в землю у его корней дождевых червей? — сказала Матрена, присев возле дерева и водя рукой по его коре. — Они разрыхлят почву, что облегчит дереву рост.

— Я тоже об этом думала. Где-то у меня была банка с червями, никак не могу найти… Вы садовница?

— Нет, я лекарь. Матрена Коновалова.

— О, тогда может вы подскажете… Я Саранг Еше, ученый из НИИ, очень приятно! Посмотрите вот тут… я заметила на коже… то есть на коре, странные соляные наросты — участки, куда въелась соль. А что если она будет проникать все дальше и дальше, прямо ему в сердце… Как моя сердцевина неспокойна! Ой, то есть, ему в сердцевину, а неспокойно мое мертвое сердце. Не знаю, что и делать, местные лекари только разводят руками…

— Э-э-э… ну я вообще-то тоже не очень умею лечить растения. Сюда бы шамана… Вы пробовали просто удалять эти наросты?

— Да, я как раз сейчас этим занимаюсь. Ствол малыша я уже почти обработала. Но где гарантия, что эта напасть не повторится?

Женщины начали увлеченно ощупывать ствол дерева и я почувствовал себя лишним. Моего ухода они не заметили. После того, как все разбрелись по своим интересам, я решил было вернуться в номер и еще поспать, но ноги сами несли дальше по аллее. На улице было не жарко, в лицо дул приятный ветерок, пахло зеленью и несуществующим морем. Впрочем, вскоре я набрел на небольшое озеро, на берегу которого сидел рыбак с удочкой — хадаганец в возрасте, но хорошо следящий за собой. Крепкий и подтянутый, даже в потертых штанах и выцветшей матроске он походил на военного.

— Капитан, капитан, улыбнитесь… Ведь улыбка — это флаг корабля…

— Рыбу не боитесь распугать песнями?

— Здорово, Санников!

— Знакомы?

— Наслышан я о тебе. Это ведь ты лигийскому адмиралу уши надрал? Я капитан Алексей Зеницын, командир «Неотразимого», в газетах про мои подвиги писали. Не доводилось читать? Или ты только про себя читаешь? — хохотнул капитан, обменявшись со мной рукопожатием. — Сейчас вот как и ты, заслуженную награду вкушаю. Вот это заварушка была, как вспомню — так вздрогну! Ну, ты скажи, чем эти канийские генералы думали? На Игш замахнулись, болваны! Конечно, мы им накостыляли по самое «не хочу». Один только корабль ускользнул… «Рука Тенсеса», хитер адмирал…