Вторжение - Леонтьев Сергей - Страница 32

– Ты кто?

Ошеломленный вторжением неизвестных и всем происходящим главный врач не думал запираться и с готовностью отвечал на вопросы. Не пригодился даже аргумент в виде пистолета с глушителем. Рассказанная главным врачом история дополняла уже известные Андрею факты. Из дома отдыха «Озерки» во вторую психиатрическую больницу привозили людей – молодых мужчин без документов, в невменяемом состоянии. Что происходит в доме отдыха, доктора не интересовало: за каждого пациента хорошо платили и посоветовали не задавать лишних вопросов. Доставленных помещали в отдельный блок, главный врач лично вел дневник наблюдений, после завершения передавал записи доктору из дома отдыха.

– После завершения чего? – спросил Андрей.

– Наблюдений.

– И чем завершались наблюдения?

– Exitus letalis, летальный исход у всех девяти пациентов.

Стоявшая в двери Марина тихо вскрикнула. Главный врач с опаской покосился на пистолет в ее руке.

– Но я ничего не мог сделать. Поверьте, мы пытались, применяли все возможные средства, ничего не помогало.

– В доме отдыха пациентам что вкалывают?

– Я не знаю, мне не сказали.

Андрей достал из бумажника Колину фотографию.

– Этот был?

Доктор всмотрелся в карточку, помотал головой.

– Нет, точно не было, у меня хорошая память на лица.

– Как с вами связывались? Откуда вы знали, что больного привезут?

– Звонили по телефону.

– А вы как связывались?

– Тоже звонил, но редко. Только в крайних случаях.

– Номер телефона говорите.

– Три сорок пять пятнадцать. Или шестнадцать. Точно не помню, у меня в кабинете под стеклом бумажка с номером.

– После моего посещения больницы вы туда звонили?

Главный врач заерзал, отвел глаза.

– Звонили? – повторил вопрос Андрей.

– Звонил, – неохотно признался главный врач. – Но я был вынужден, у меня были бы неприятности…

– Ладно, проехали. У бородатого, который к вам людей привозил, вот здесь шрам есть?

Андрей прикоснулся пальцами к своей левой брови.

– Да-да, есть. Вы его знаете? Очень неприятный тип.

«А ты, конечно, тип приятный», – подумал Андрей.

– Я вам советую куда-нибудь уехать, не откладывая, – сказал он, собираясь уходить.

– Почему уехать? Куда? Зачем?

– Потому, что вас сегодня хотели убить. Вот из этого пистолета. – Андрей показал на «стечкин». – Мы убийцу спугнули, но он может вернуться.

Главный врач вытаращил глаза, вскочил, бросился к шкафу.

– Я знал, я чувствовал, они меня не оставят! – бормотал он, выкидывая на пол какую-то одежду. – Вы на машине? Подождите меня, я сейчас, я быстро соберусь, возьмите меня с собой! Да где же эта чертова сумка?

Андрей с отвращением смотрел на мечущегося по комнате жалкого грязного человека и думал об умерших молодых мужчинах, среди которых мог оказаться его друг. «Перед каждым открывается своя дорога82 – так, кажется, сказал один восточный мудрец. Ты свою дорогу выбрал».

– Нам не по пути, – сказал он, отворачиваясь. – Пойдем, Марина.

Глава 47

На следующий день все пошло не по плану. Утренней тренировки не было. К корпусу подогнали два грузовика с армейскими номерами и кузовами, закрытыми брезентовыми тентами, куда погрузили пленников. Набили, как сельдей в бочку, потом побросали туда же «обмундирование» – дурацкие комбинезоны и шлемы, сзади сели автоматчики, и грузовики уехали. За ними последовал уазик с охранниками.

Колю и еще пять человек из числа пленников оставили. Под присмотром бородатого Горняка и четырех автоматчиков их повели к складу, около которого стоял третий армейский грузовик. Николай здесь до этого не был, предполагал только, что длинное приземистое здание без окон, с гаражными воротами – склад. Потому что около ворот всегда прохаживались двое часовых.

Здание на самом деле оказалось складом, и его полки в несколько рядов под потолок не пустовали. Если в закрытых деревянных армейских ящиках хранилось оружие, патроны, гранаты и взрывчатка (а что же еще там может храниться), то этого добра вполне должно было хватить пусть не на полк, но на два батальона точно.

Охранники выстроились «коридором» от дверей склада до машины, бородатый завел пленников внутрь и показал, что выносить в первую очередь, что позже. Ящики были тяжеленные. Коля видел, как два охранника с трудом передвинули один ящик, освобождая проход. Между тем номерные, на вид обычные парни, не гиревики и не цирковые силачи, легко подхватывали ящики, ставили себе на голову и быстро, почти бегом несли к машине. И Коля тоже брал и нес, не понимая, с чего вдруг он стал таким сильным и выносливым. Десятый ящик тащит, а ни одышки, ни сердцебиения. Но огорчаться по этому поводу Неодинокий не стал. Даже порадовался. Легче удрать будет, а удирать нужно срочно: еще непонятно, куда всех перевозят и зачем.

С перерывами они загрузили и отправили три машины. Вернее, три раза одну и ту же машину, номер которой Коля запомнил. На дорогу, разгрузку и возвращение у машины уходило часа три-четыре.

«Километров пятьдесят отсюда, может, шестьдесят, – прикинул Николай, – смотря какая дорога. Однозначно ночью бежать надо: чем дальше увезут, тем сложнее будет до города добраться».

В последний рейс машина ушла после ужина, когда стемнело. На полках еще остались ящики – видимо, с чем-то взрывоопасным. Электричества в помещении склада не было, и, когда их начали выносить, бородатый распорядился каждого грузчика сопровождать с фонариком.

– Смотрите, чтобы не споткнулись, – инструктировал он своих людей, – если эти идиоты уронят, мы все на воздух взлетим.

Укладывали взрывоопасные ящики в кузов в один ряд, предварительно постелив на дно матрасы.

– Остальное завтра, – объявил Горняк, пересчитав остатки и закрывая склад. – В два рейса обернемся.

Кроме деревянных армейских ящиков на складе были три железных, похожих на небольшие трансформаторы, с какими-то шкалами и переключателями. Их погрузили в уазик, за руль сел сам бородатый, но с территории дома отдыха не выехал, поставил машину около «медицинского» корпуса.

Колю и других грузчиков отвели в корпус. Охраняемых стало значительно меньше, уменьшилось и число охранников. Последнее Николая обнадежило. Ему не удалось прихватить с полигона что-нибудь железное, но если он стал сильнее и выносливее, то, возможно, справится с часовым голыми руками, отберет оружие, а там уже проще будет.

Оставшихся пленников разместили кучно, ближе к выходу, на освободившихся полатях. Дежурил только один охранник, тот самый любитель сала. По проходам никто не ходил. Возможно, у охранника будет смена, но пока он сидел один, жрал сало и громко чавкал. Автомат лежал на столе.

Коля подождал час-полтора. Номерные лежали, как всегда, тихо, видимо, спали. Впрочем, Коля уже давно понял: что бы он ни делал, пленники не будут вмешиваться, пока не получат команду. Причем команду могли отдать не все, лишь Горняк и еще пара охранников, один – вроде заместитель Горняка.

«Поехали», – мысленно скомандовал себе Коля и вывалился с койки. Лежал он на втором ярусе, звук удара о пол получился громкий. Для натуральности Николай не стал смягчать падение. Ушибся, конечно, но не смертельно. Упал и остался лежать ничком, уткнувшись лицом в руки. Часовой от неожиданности подскочил, уронил стул, подбежал к лежащему. Некоторое время постоял рядом. Краем глаза Коля видел широкие носки кованых сапог. «Только бы не позвал подмогу», – подумал Николай.

Охранник никого звать не стал. Пару раз пнул Колю в бок, потом наклонился и начал переворачивать. На Колю дыхнуло чесноком и вчерашним перегаром.

Он резко сел и без замаха врезал в приблизившуюся харю – точно в нос. Охранник взвыл и схватился двумя руками за поврежденную выступающую часть лица, из-под ладоней потекла кровь. Автомат брякнулся рядом на пол. Не давая противнику опомниться, Коля повторил удар, но теперь уже ниже пояса. Под кулаком что-то хрустнуло, охранник повалился вперед, Коля перекатился, освобождая место, подхватил автомат, вскочил. Охранник был без сознания. Коля еще по деревенским дракам, которыми серьезно увлекался в подростковом возрасте в родной Николаевке, знал, что если хорошо приложить в причинное место, то противник теряет сознание на несколько минут. Можно таким образом даже убить, но Колю в данный момент это мало беспокоило. Жалости к поверженному врагу он не испытывал. Добавив для надежности ему прикладом по затылку, Коля бросился уже знакомой дорогой в подземный переход. По пути снял автомат с предохранителя и передернул затвор. Автомат оказался на взводе, из ствольной коробки вылетел патрон и куда-то закатился. Искать его времени не было.