Воробьи галактики - Фиалковский Конрад - Страница 2

— А разве не они…

— Нет, это было бы слишком просто. Это все равно, что рассуждать о человечестве с автоматами, предназначенными для рытья канав. Здесь дело серьезнее, чем простая жажда убийства…

— И только потому, что Торен и некоторые другие думают так же, как ты, мы погибнем, вместо того чтобы забросать весь район термоядерными бомбами? — спросила Гай.

— Да. Именно.

Двигатели работали ровно. Котловина осталась позади. Теперь мы летели над равниной и хорошо видели кривизну горизонта, изрезанного далекими горными цепями. Дор начал было что-то говорить, но в этот момент динамик захрипел. Послышался голос Вардена, пилота первой из трех наших ракет.

— Вижу новый тороид. Сейчас я его уничтожу.

Я посмотрел туда, где должны были находиться обе ракеты, но не увидел ничего, кроме унылых бурых скал.

Вдали над горизонтом вздымалась самая высокая гора Ганимеда Тукопататан. Ее черный массив заслонял звезды. Я подумал, что она похожа на гигантский цоколь. Послышался звонок.

— Тороид! — Дор увеличил изображение, и я увидел на экране характерную баранку тороида, лежащего на плоской скале.

— Похоже, что их тут, как диодов в автомате. Я передам координаты Вардену и Волею… — Дор осекся и растерянно уставился на экраны.

— Что случилось? — спросил я.

Он помолчал.

— Странно. Нет сигналов с ракеты Вардена…

— То есть как нет?

— Нет и все. Смотри, если не веришь…

— А антомат?

— Я проверил.

— Значит, они уничтожили ракету…

— Я это знаю и без тебя, — отрезал Дор.

— Попытайся поговорить с Болеем. Сигнализатор его ракеты действует.

Дор щелкнул тумблером,

— Алло, Волей, говорит Дор. Как меня слышишь?

— Прекрасно. Мы только что наткнулись на тороид.

Я хотел сообщить Вардену, но ты заговорил первым.

— А ты принимаешь сигнал с его ракеты?

— Что?.. Нет! Черт побери, действительно, нет! Но это значит… это же значит, что он разбился.

— Или вошел в район поглощения радиоволн…

— Исключено. Я хорошо слышу, да здесь и нет ничего. Хотя постой… Что-то тут видно, ниже… Передвигается на фоне скал. — Волей замолчал. Было слышно только его дыхание. Но вот раздался срывающийся голос Волея:— Дор, это туча… туча здесь, на Ганимеде!..

Я посмотрел на лобовой экран: действительно вдали, на фоне горного массива, низко висела черная туча, напоминающая огромную линзу.

— Надо бы передать сообщение на базу, — сказал Дор.

— Передай… Туча идет на меня… — Волей запнулся.

— Что там у тебя?

Волей молчал.

— Сообщи моим автоматам новые данные трассы нашего полета. Ты меня слышишь, Волей?

— …Не уйти… она уже близко…

На мгновение все стихло; но вот неожиданно изменившийся от ужаса голос Волся прорвался сквозь треск разрядов:

— Дор, она… — слова оборвались и одновременно погасла белая черточка сигнала. Я посмотрел на тучу и увидел короткую фиолетовую вспышку. А может, мне показалось.

Гай стояла рядом. Она тоже смотрела на тучу, потом сказала:

— Вот так же погиб Варден, но…

— Но почему погибли… они, а не мы?

— Может, просто потому, что они летели первыми, — сказал Дор.

— Только это и можно предположить, — согласилась Гай. — Но если мы сейчас же не вернемся, с нами случится то же самое. Значит…

— Нет. Мы обязаны проверить, что с ними произошло. Правда, Серг? — обратился ко мне Дор.

— Район могла бы осмотреть спасательная экспедиция, но вдруг тогда будет уже поздно? Пожалуй, нам нужно туда полететь.

— Ну, что ж. Вы в большинстве. Но я остаюсь при своем мнении.

Я смотрел на черную тучу, висящую сейчас немного правее массива Тукопататана. Она казалась неподвижной, но когда я спустя некоторое время снова взглянул на нее, мне почудилось, что она немного увеличилась.

С минуту я внимательно наблюдал за ней. Да, я не ошибся.

— Возвращаемся, — сказал я как можно спокойнее.

Дор удивленно взглянул на меня.

— Туча, — объяснил я, — туча приближается, Резкий поворот рулей — и центробежная сила отбросила меня к стене. Я потер ушибленный локоть и повернулся к заднему экрану, в центре которого после поворота машины высился Тукопататан. Рядом со мной, схватившись за мою руку, стояла Гай. Она тоже видела, как растет и увеличивается туча.

— Не успеем… — она сказала это совершенно спокойно. Потом резко повернулась к Дору:— Иди на посадку! — и взглянула на меня, словно ища поддержки. Но, увидев свои побелевшие от напряжения пальцы. Гай отпустила мою руку и повторила:

— Иди на посадку!

— Внизу скалы, разобьемся, — пытался возражать Дор.

— Быстрее, — торопила она. — У нас нет выхода. Надо рискнуть.

Ракета ринулась вниз. Лишь теперь, очутившись под тучей, мы могли как следует оценить ее скорость. Туча мчалась, вращаясь, словно огромный черный диск, запущенный в нашу сторону. Я оторвал от нее взгляд. В долине между скалами виднелась небольшая площадка, к которой падала ракета. Слишком мала. Ракета не уместится. Дор, видимо, подумал то же, потому что на мгновение выровнял рули.

— Чего ты ждешь, Дор? Садись немедленно! — Гай сказала это тоном, не допускающим возражения.

— Держитесь! — Дор решительно потянул ручку руля.

Двигатель зарычал, выбрасывая из дюз поток огня.

От первого же удара металлический поручень кресла выскользнул у меня из рук, я упал на пол и покатился к стене. Падая, я слышал треск ломавшихся дюз и амортизаторов. Однако все звуки перекрывал скрежет обшивки ракеты, сползавшей вниз по скале. Еще два слабых толчка, и ракета замерла. В ушах, привыкших к вою двигателя, зазвенело. Дор встал из-за рулей. У стены поднялась Вера. Один за другим гасли экраны и контрольные лампочки. Разбитые аккумуляторы не давали тока.

— И все-таки мы живы! — улыбнулся Дор. В слабом свете далекого солнца его лицо казалось маской. Вера громко рассмеялась, но тут же осеклась. Солнце, освещающее вершины скал, погасло. Над нами висела туча.

Теперь она двигалась медленно и неожиданно начала снижаться. Разбухая и наливаясь тьмой, она наконец затянула все небо, закрыв звезды и диск Юпитера. Мрак сгустился. Я едва различал контуры скал. Стоя у стены, я ждал… Значит, конец. Все-таки они нас заметили.

Никаких шансов на спасение. Умру, как Анодо, случайно и глупо. Я сказал:

— Он погиб у тороида, а мы — в туче. Разница небольшая, Гай…

— Пока ты еще жив, — ответила Гай.

Я не видел ее, только слышал, и пошел на голос.

Она сидела у экрана, подперев голову руками. Над ней слабо светилась шкала альтиметра, получающего сигнал — все время один и тот же, нулевой, без смысла.

Я обнял ее за плечи. Она опустила голову еще ниже.

Я почувствовал, что годы, проведенные нами на разных планетах, не в счет. Мне захотелось сказать ей это.

— Гай, — начал я и замолчал. На экране, рядом с ее головой, я увидел маленький, быстро увеличивающийся клочок звездного неба. Туча удалялась…

Я с трудом протиснулся наружу и помог Дору, который вышел последним, захлопнуть крышку люка. Корабль стоял, привалившись одним боком к скале. У самого люка лежала рулевая лопасть, вырванная из дюзы, дальше — погнутые амортизаторы. Рядом с ними стояли Гай и Вера, в своих серых скафандрах и круглых шлемах похожие на двух одинаковых кукол. Кругом вздымались бурые, беспорядочно разбросанные валуны, из-за них виднелась вершина далекого Тукопататана. Именно там должны были лежать остатки разбитых ракет Вардена и Болея.

Мы двинулись в том же направлении, куда летели раньше — прямо к Тукопататану.

— Если бы я мог взять пробу из этой тучи, все было б гораздо проще. Мне кажется, что вся туча — это какое-то силовое поле, облако, управляемое на расстоянии оттуда, с Туконататана. — Дор на минуту замолчал, потом добавил уже другим тоном:— Туча безошибочно появляется там, где находимся мы… Может, они за нами следят…

Может, и теперь смотрят на нас…

— Ерунда. Как они могут за нами следить? При помощи чего? Ты, может быть, считаешь, что они всеведущи?.. — я совсем не был уверен в том, о чем говорил, но настроение у всех было и так отвратительное, а домыслы Дора отнюдь нс улучшали его.