Ваше Сиятельство 5 (СИ) - Моури Эрли - Страница 50

— Быстро в эрмик! — заорал я на Илью, не понимавшего, что происходит.

Он не подчинился — для него имеют силу только слова Торопова. В этот момент раздались пистолетные выстрелы со стороны склада. Люди, вышедшие из «Катрана», подняв оружие, вертели головами, пытаясь понять, откуда исходит угроза.

Я успел рассечь ближнюю эринию. Вторую пронзил клинком. Но третья все-таки вцепилась в меня сзади. И разбираться с ней не было ни секунды. Вместо астрального клинка я активировал «Веил Литуам Лакши». Первая из пяти гарпий появилась с северо-запада, черная с желтоватыми перьями на концах крыльев, раза в четыре больше самого крупного орла. Она влетела в ближние ворота, через которые сюда въехал «Катран» торговца оружием. Гарпия неслась прямо на меня.

Илья и двое охранников из «Катрана» открыли хаотичный огонь по крылатому чудовищу. Кто-то стрелял с пистолета, кто-то из остробоя. Торопов выскочил из эрмимобиля, выхватывая пистолет и став рядом с Борисом.

Вот еще одно подтверждение неэффективности «Сферы Дьянко» в моем случае: допустим, развернул бы я ее сейчас, и что бы вышло? Да, я бы стоял в относительной безопасности, в то время как эти твари рвали на куски моих, так сказать, телохранителей.

Одновременно справа над крышей склада появилось сразу три крылатых чудовища. И где-то была пятая гарпия — ее я пока не видел. Терпя боль от вгрызавшейся в меня эринии, я ударил по той троице широкой волной. Да, она не убьет их, но весьма охладит боевой пыл.

Ярко сияющий синевой сгусток развернулся в волну лютого холода — она понеслась навстречу гарпиям. Одна из тварей, успела отвернуть в сторону, но ее все равно достало. Покрытая искрящимся инеем она упала возле земляной кучи, но тут же пошла вперед, расставив крылья, сверкая глазами издавая жуткий гортанный крик. Я мигом переключился на кинетику и снес ей голову сильным акцентированным ударом — кровь и ее мозги брызнули на стену склада.

Тем временем Торопов и Борис без остановки разряжали свое оружие в двух замерзших, но еще живых тварей, лежавших у ворот склада. Пистолетные выстрелы слышались с другой стороны. Хуже было с гарпией, влетевшей через северные ворота. Она успела разодрать одного из охранников с «Катрана», на лету отшвырнуть второго. Вся в крови, нашпигованная дротиками острбоя налетела на меня, одновременно снося крылом Илью. Я успел прикрыться щитом, но на ногах не устоял — отлетел к нашему эрмику. И это было моим спасением: ровно в этот миг откуда-то сзади спикировала пятая гарпия, о которой я забыл в пылу боя. Ее лапы с огромными кривыми когтями вспороли воздух в том месте, где я стоял секунду назад. Другое крылатое чудовище, окровавленное раненое, атаковало меня, с другой стороны, но промахнувшись лишь разодрало лапой двери эрмимобиля.

Илья бросился мне на помощь. И очень зря! Он ничем не мог мне помочь — мой магический щит по-прежнему развернутый, защищал меня гораздо лучше, чем этот отважный парень. Раненая гарпия отбросила его лапой словно тряпичную куклу, но прежде, чем она добралась до меня я успел вскочить на ноги и жестким ударом кинетики пробить ее грудь насквозь. Перья этой дряни и ее внутренности едва ли не долетели до «Катрана».

— В эрмик! — крикнул я Торопову. — Быстро в эрмик! Сам справлюсь!

Пятая гарпия снова куда-то исчезла. В следующий миг я понял, где она: Борис, сменив обойму, стрелял в сторону двух высоких сосен — крылатая тварь была там. А у меня имелось несколько мгновений, чтобы разобраться с эринией, вгрызавшейся в меня сзади на тонком плане и разорвавшей оболочки моих энергетически тел. Краем глаза я отметил, что Торопов подбежал к Илье, распростертого у передка нашего эрмимобиля. Не знаю, жив этот парень или нет. «Картан» торговца оружием, пыхнул облаком пара и понесся к воротам, оставляя на земле двух бойцов. Я, не убирая щита, в один миг активировал в правую руку астральный клинок. Изогнул его и ловким движением достал эринию, рассекая ее на две части. И ровно в этот момент я почувствовал острую боль с правого бока.

Снова загремели пистолетные выстрелы. Тихо шлепнул остробой. И еще, и еще. Меня снова пронзила боль. Два черных стержня торчало из-под моего нижнего правого ребра. Или чуть выше его. Скорее всего ребро было сломано.

Темная тень неслась ко мне. Этой тенью была последняя гарпия. Я успел сменить астральный клинок на кинетику. Теряя силы и уже почти не прикрываясь щитом, встретил ее, вложив в этот удар весь оставшийся во мне магический ресурс. Чудовище разорвало на части. Ее левая лапа вместе с крылом упали на меня, сбивая с ног. Когти разорвали мне живот и мышцы бедра.

А дротики… Дротики, наверное, были отравлены. Разве можно ожидать иное от Гришко? Интересно, что с этими братками? Что с Ильей и другими людьми Геннадия Степановича? Сам он где?

Сам он вот… Неожиданно появился передо мной:

— Ваше сиятельство! Ваше!..

— Не суетитесь, Геннадий Степанович, — прервал я его, сам не узнавая свой голос: слабый, дрожащий, с хрипотцой. — Маме пока ни слова. Вызывайте службу спасения, — дважды вздохнул и добавил: — Оле Ковалевской сообщите, чтобы не ждала.

Говорить было тяжело, да и не хотелось. Уже самое главное сказал. Прислушался к себе, не впуская боль. Такое странное ощущение, когда из тебя, из разорванных вен выливается кровь, вместе с тем остатки этой же крови разносят по телу яд, старательно приближая смерть.

Кстати, в этом мире граф Елецкий умирал уже дважды. Этот третий будет последним? По крайней мере последним в этом теле. Я же вовсе не блефовал, когда говорил Гере и Фебу, что без тела буду для них намного опаснее. Я стану их проклятием. Неужели, Небесные, так наивны и думают, что так не может быть? Как говорят в другом известном мне мире: «страна непуганых идиотов». В моем случае правильнее сказать не «страна», а «Небеса», но ладно…

Торопов что-то кому-то сердито говорил в эйхос, кричал. Борис появился передо мной, потом отошел к месту, где лежал Илья.

Свет перед глазами начал темнеть, по телу пошел холод. Наверное, близилось то время, когда мне придется сменить тело. Но это умирающее тело, оно очень хорошее. Я успел полюбить его. Меня в нем любит Оля и Света Ленская. Меня в нем любит Елена Викторовна. Нет, я не должен так просто, без борьбы отдать это тело земляным червям. Я обязан за него побороться.

Закрыв глаза, я попытался запустить процедуру исцеления, купировать поражение ядом и активировать шаблон очищения на клеточном уровне. Увы, во мне почти не осталось магических сил, и они практически не пребывают из-за страшного разрыва энергетических оболочек. Наверное, в этот раз я не смогу выиграть у смерти. Вопреки моим стараниям, я чувствовал, как холод крадется по моему телу, тянется к сердцу. Торопов подбежал ко мне, что-то сказал Борису. Затем появились какие-то люди, и мое сердце остановилось. Я успел закрыть глаза, чтобы они не смотрели холодно и мертво на этот мир.

Глава 23

Веселый вечер

Под вечер к Евстафьевым приехало много гостей: виконтесса Струбецкая с дочерью и взрослым сыном, Иваницкие всем семейством и, конечно, Иван Сергеевич Веселов, барон Мухин с молодой женой, Журбин. Часам к девяти, когда все собрались, Евклид Иванович пригласил гостей за стол. Он пока не стал никому говорить о предстоящей свадьбе дочери. Не стал вовсе не из скромности, а из-за суеверий, боясь спугнуть удачу. Но и без всяких лишних слов у барона Евстафьева был повод похвастать перед друзьями завидным знакомством своей дочери, ведь все видели, кто сейчас возле его Талии. Все видели, как князь относится к ней. Событие, было такое, что барон не в силах был держать эту радость в себе, поэтому так поспешно и случилась эта вечеринка.

Званый ужин начался шумно, ведь давно не собирались в гостеприимном доме Евстафьевых: накопилось много новостей, светских сплетен и вопросов друг к другу. Говорили много, не особо налегая на салаты и паштеты, которыми особо славился повар у Евстафьевых. Часто звучали тосты под шутки, смех и звон посуды.