Крылья свободы - Эссес Дария - Страница 26

Она поморщилась от шума толпы, который сбивал ее и не давал разобрать приказы Илая. Эстелла выглянула из-за башенки и осмотрела собравшихся горожан – казалось, ни один смертный не решился пропустить обращение. Кто-то громко разговаривал, не думая о приближающейся опасности, другие жители города стояли в стороне и недоверчиво поглядывали на высокое здание правительства, ожидая выхода представителей Сената. Были и те, кто не мог смириться с опускающейся на Велору тьмой. Они стояли в самых разных уголках толпы и готовились к новому удару.

Последователи Альянса.

На крыше здания Сената был выступ, напоминающий длинный балкон, с которого открывался вид на площадь Оритела. Когда все горожане собрались и стали затихать, на постамент вышел Велорийский сенат в темно-синих кафтанах, которые они надевали на важные приемы или встречи, и три серафима. Эстелла различила среди них Лиссандру де Хааз и Аларика Кельта. Члены Сената встали в линию около стены и застыли, словно ожидая следующего приказа. Шедший впереди всех серафим оказался Микаэлем, главнокомандующим Небесной армии. Золотой плащ развевался за его спиной, а руки в белых перчатках крепко сжимали ангельский клинок.

«Ну конечно, куда же без него».

– А где столичный Сенат? – тихо пробормотала Эстелла, натягивая на голову черный капюшон плаща, который Илай заставил надеть ее перед операцией.

– Тянут время, – ответил ей командир атакующего отряда. Он присел на небольшой выступ и стал лениво точить кинжал, словно вокруг него не происходило ничего важного.

– Но для чего?

Илай лишь оторвал взгляд от кинжала и выжидающе посмотрел на постамент. Балкон был сделан из белого камня, как и все здание правительства. На Велору опустился вечер, поэтому по периметру площади зажглись фонари, которые отбрасывали свет на статую Оритела и делали ее более устрашающей.

По толпе прошелся ропот. На постамент незаметно выплыли шесть человек в белоснежных робах. Они двигались так медленно и грациозно, что в вечернее время их было сложно заметить на фоне здания того же цвета.

«Сенат Меридиана».

Раньше их было семь – до того момента, как отца Клэр арестовали. На головы представители Сената накинули капюшоны, поэтому с такого расстояния различить их лица было невозможно. Они встали полукругом, после чего один из правителей, который стоял в самом центре, убрал с лица белую ткань и вышел вперед.

– Жители Велоры! – провозгласил громкий женский голос, что пролетел над всей площадью и заставил собравшихся замолчать. – Меня зовут Захра Корвелл, и я – глава Сената Меридиана!

– Та еще стерва… – прошептал Нэш, оказавшись за спиной Эстеллы. Он тоже накинул на лицо капюшон, но девушка заметила его злую улыбку, жаждущую крови женщины на постаменте. – Это она властвует над всеми сенатами королевства.

Эстелла слышала ее имя, но никогда не встречалась с главой столичного Сената. Она различила лишь длинные черные волосы, каскадом спадающие на белоснежную робу. На лбу женщины был изображен золотой венец, который искусно сочетался с вплетенными в волосы позолоченными цветами.

Захра Корвелл медленно оглядела безропотную толпу, сложив руки в замок в некоем жесте превосходства.

– Сегодня мы приехали к вам из Меридиана, чтобы лично донести важную новость! Как вы знаете, группировка, которая много столетий назад провозгласила себя Альянсом Пылающих, снова восстала против королевств Эрелима и Богов, которым все мы поклоняемся!

– Чего и следовало ожидать, – спокойно протянул Илай, изредка бросая прищуренный взгляд на Захру. – Теперь они будут всеми силами настраивать горожан против нас.

– Мы не хотели рассказывать вам о том, что происходит за стенами, чтобы не пугать раньше времени. Но взрывы в городах участились, а группировка продолжает убивать мирный народ. И действуют они не бездумно – у них есть цель!

Захра сделала паузу, приподнимая подбородок. Пять фигур за ее спиной продолжали стоять на месте, не шевелясь и словно не дыша. Три серафима расположились у входа на постамент, крепко сжимая в руках клинки. Выжидали.

– Двести лет назад, когда началась Война четырех королевств, Альянс хотел устроить массовый геноцид. Но не все знают, что действовал он от имени Богини Солнца и ее приспешника Икара, предателя-серафима!

Эстелла почувствовала, как командиры застыли на месте и перестали дышать.

– Почему они им это рассказывают? – прошептал Нэш, бросая взгляд на Илая.

Аттерес сжал кинжал в руке, но через мгновение продолжил его затачивать, сохраняя ускользающее спокойствие. Эстелла непонимающе нахмурила брови, обводя взглядом площадь Оритела.

Что-то не так.

– В 906 году Многоликий Оракул, который молчал долгие столетия, изрек два пророчества. В одном из них говорилось, что спустя двенадцать поколений от завершения войны появится потомок Солнца, который возглавит Альянс и захватит Эрелим!

– Пророчество? – прошептала Эстелла, поворачиваясь к Нэшу. – О чем она говорит?

Но Захра Корвелл продолжала подчинять толпу своим величественным голосом:

– Когда Богиню изгнали с небес в Безымянное королевство за измену, она продолжила свой род. – С каждым словом глава Сената говорила все громче. – И вот минуло двенадцать поколений. Ее потомок живет среди вас!

Эстелла услышала, как по толпе пробежали перешептывания. Все стали оглядывать стоящих рядом горожан словно в надежде на то, что смогут разоблачить предателя. А Захра говорила так, чтобы они действительно верили в это. В то, что потомок Богини хочет истребить смертный народ. В то, что он в заговоре с Альянсом.

Из полукруга Сената Меридиана выплыли две фигуры. Они двигались медленно, будто гипнотизируя толпу своими плавными движениями. Эстелла могла поклясться, что слышит, как шелестят их белоснежные робы.

Члены Сената откинули с лица капюшоны, и она услышала взрослый мужской голос:

– Род Солари начал свой отсчет с Богини Солнца. Проходили годы, род продолжался и становился сильнее. Я стал двенадцатым потомком Дафны, но во мне не проявилась божественная сила. Она передалась тринадцатому потомку, как и сказал Многоликий Оракул. Эстелле Солари. Нашей дочери.

В ту секунду она будто сгорела заживо.

На постаменте, в белых робах столичного Сената, стояли Ариадна и Лукас Солари. Ее родители, которых она так редко видела. Ее мать и отец, которые ни разу в жизни не говорили Эстелле, что любят ее. Она смогла различить блеск золотистых волос матери и высокую фигуру отца. Она молилась шести Богам, чтобы это оказалось шуткой, злой шуткой Сената, которую они придумали только ради того, чтобы вывести Эстеллу из равновесия и разоблачить Альянс. Но нет – это была правда. Горькая, жестокая правда.

Голова закружилась, но кто-то резко схватил ее за руку.

– Сохраняй спокойствие, Солари. – Илай смотрел на нее снизу вверх своими изумрудными глазами, крепко сжимая ее холодную ладонь. Эстелла сфокусировала взгляд на его черных волосах, которые спадали на лоб под капюшоном плаща.

Ее родители – представители Сената Меридиана. Вот чем они занимались все эти годы в столице. Вот ради чего они бросили дочь с единственной бабушкой и уехали, навсегда оставив за спиной родной город. Ради власти. Ради денег и превосходства, ради того, чтобы отнять свободу не только у нее, но и у всего Безымянного королевства.

– Наша дочь вступила в группировку повстанческого движения, которое хочет свергнуть власть и поработить континент! Мы знаем, что прямо сейчас она находится здесь, – продолжила Ариадна своим тонким голосом, который донесся до каждого смертного на площади. – С этих пор в Велоре вводится комендантский час. Пылающие могут ударить по вам в любую минуту. За голову каждого повстанца мы готовы заплатить большие деньги, но если вы сможете отыскать Эстеллу, верните ее Сенату живой и невредимой!

Весь свет на площади мгновенно погас, погружая город в непроглядную тьму. На экране здания правительства, где всегда отображались новости Велоры, появилась ее фотография. Серебристые волосы собраны в высокий хвост, скулы заострены, голова чуть опущена, а ярко-голубые глаза исподлобья заглядывают в душу каждого жителя города.