Ник и другие я (СИ) - Лаас Татьяна - Страница 6

– Лорд, отставить! Это приказ! – сказал Лин.

Зак, снова ставя Лина в тупик своим поведением, нажаловался:

– Я всего лишь беспокоюсь о Мике. Ваш же Пе…

– Коршун. Его позывной Коршун. И предполагалось, что ты будешь ниже травы и тише воды.

Тут, как на зло, с диким грохотом обрушилась часть ледника, давая путь новому водопаду, щедро рванувшему к морю.

Зак, конечно же, не удержался:

– Это тише вот этой воды? Так мне её при всем желании не переплюнуть. И я, действительно, волнуюсь за Мику.

Лин поразился выдержке своего отряда и Мигеля – за все это время не было ни одного смешка или попытки высмеять Зака.

– Коршун, это Листопад, ответьте.

– Коршун слушает, - довольно холодно отозвался Мигель – видимо, он сдерживался с трудом. Все же Зак… Каждую редкую встречу Зак был другим, словно эти его чистки и загрязнения астероидной пылью снова и снова формировали новую личность. И понять Зака было сложно. Даже Ник признавалась, что не понимает его.

– Мика в командном центре? Лорд волнуется.

Коршун откровенно скрипнул зубами:

– Цирк, а не отряд! И дааа….

– Миииика, - тут же влез Зак. – Ответь, пожалуйста.

– Он. Здесь. – еле выдавил из себя Перес. – Моего слова достаточно?

Зак твердо сказал:

– Достаточно.

– Отбой, Коршун. – сказал Лин, взлетая вверх на крышу какого-то склада – ну и местечко для гнезда выбрала душеедка!

Развалины зданий, разбитые дороги, улочки, ставшие реками, огромные петли многоуровневой развязки и свежий воздух с моря. Пожалуй, только лазурное в солнечных лучах море и примиряло с серым, пыльным урбанистическим пейзажем.

Зак сам связался по личной связи с Лином:

– Эм… Листопад… Спасибо!

– Не за что. Ты точно уверен, что эксперимент необходим?

– Более чем, Листопад.

Лин лишь мысленно выругался и без особой надежды спросил:

– Не откажешься?

Зак тихо сказал:

– Не могу. И… Лин… Я полицейский. Пожалуйста. Помни это. Отбой.

Только почему-то после этих слов ругаться захотелось еще больше. Подставой от эксперимента Зака завоняло еще сильнее.

– В чем он хоть заключается?! – почти проорал Лин, но Зак не ответил. Просто продолжил движение в цепи.

Через четверть часа все же вышли на душеедку – Пятый отряд загнал её и уставшую марионетку в один из разрушенных складов. Крыша пакгауза давно рухнула под тяжестью ледника, и сейчас огромный склад представлял из себя лабиринт из обломков и ящиков с невывезенными довоенными грузами.

Гром любезно доложил, что, согласно предварительным данным разведки, склад был продуктовым.

– Взрываться и гореть нечему…

«Кроме нас», – мысленно добавил Лин – что-то настрой стремительно летел вниз до пессимистичного «тут мы все и…». Что «и» – уточнять не хотелось.

– Удачи, брат. Мы страхуем, если вы струсите против одной маленькой душеедки. Она, кстати, действительно маленькая.

Гром сбросил Лину фотографии душеедки – девочки лет десяти-двенадцати и марионетки – парня-оборотня, судя по впечатляющему размаху плеч. Лин тут же разослал фотографии всем своим парням и…

Зак вырвался вперед в цепи, приземляясь уже внутри пакгауза:

– Всем стоять! Следственный эксперимент! – он глупо открыл забрало, забывая, что оно защищает от воздействия душеедки.

Зак явно ускорил время – ни Жердь, ни сам Лин даже среагировать на выходку Зака не успели. И вишенкой на торте с тихим прощальным вздохом умерла ультра. Отключился экран на забрале шлема, пропала связь, сервоприводы сдохли, превращая доспехи в бесполезный, сковывающий движения хлам, а потом после разряженных в Зака амулетов, из-за которых лорд понесся вдаль по складу, как заполошный заяц, наступила полная тишина. Только стук собственного сердца. Только бьющаяся в голове мысль – он же не взорвет их всех. Он же все же страж. Он почти свой, хоть и в доску лорд – у тех вечно какие-то свои понятия чести и порядочности.

Даже под воздействием душеедки он же все же… Страж. Он лорд. Выстоит ли он? Или сейчас они все станут чуть ближе к небу.

Лин, шипя ругательства себе под нос про кретинов и лордов, попытался реанимировать ультру, используя маг-усилители, но добился одного – они разрядились через пару его движений. Переть против заблокированных, а не просто отключенных сервоприводов они не могли. А ведь Лин всего лишь попытался нажать оказавшуюся тоже заблокированной кнопку экстренной распаковки и открыл забрало – он не боялся задохнуться, все же доспехи не были герметичными, он лишь хотел получить возможность поговорить с Заком, когда тот… Если тот появится в зоне видимости. Он может уйти и другим путем.

Лин прикрыл глаза – больше ничем пошевелить в заблокированной ультре он не мог.

Итак. Что они имеют…

Задохнуться не грозит.

Перегреться – быть может, климат-контроль отключился вместе со всей электронной начинкой, а ультрапертинакс - сверхпрочный композитный пластик, из которого были сделаны доспехи, довольно быстро нагревался – в том числе и из-за черного окраса на ультрах для боев в городе. Тепловой удар возможен – как на зло, отряд застрял на открытом месте прямо под палящими лучами солнца. Все зависит от того, как быстро решит взять Зака Перес. Вот кому сейчас не позавидуешь – связь прервалась, картинки нет, а на подозрении один глупый лорд. Сама по себе душеедка неопасна, её легко скрутят, как только возьмут у Ник кинжал. Главное, чтобы она сама не решила стать дополнением к кинжалу. Ник может, даже на восьмом месяце беременности… Душеедка неопасна, опасно сочетание душеедка-лорд. Возможности Зака безграничны, и положить под влиянием душеедки он может многих. Очень многих.

Наверняка, Перес уже отправил сюда разведчика. Или даже сам пошел. И, наверняка, уже поднимают по тревоге четные, Ночные отряды. В них служили вампиры, но новообращенные из тех, кто не боится выйти на солнце без ультры. Заку придется туго – наны, главная защита лорда, не проникают через кожу вампиров, а дышать вампирам не обязательно – второй, респираторный путь загрязнения, тоже недоступен.

Все зависит оттого, где Перес решит убрать Зака. Лин бы выпустил душеедку и её марионетку – проще их взять за городом. Перес же может приказать ликвидировать Зака тут – Миге не из тех, кто рискует. Он предпочитает уничтожать угрозу в зародыше.

– Рогатые орки и кретин во главе Седьмого отряда! Надо же было…

За городом взять Зака можно аккуратно. Тут его ждет однозначная смерть. И Миге не остановит то, что Зак их союзник. Он крайне нестабильный союзник. Те же лорды Ольхи – они хотя бы не скрывают того, что действуют из принципа «враг моего врага – друг». Временный и неудобный. И, как только не станет общего врага, не станет и вынужденного сотрудничества.

Рядом шипел и ругался Утес – его заклинило в неудобной позе с приподнятой ногой. Жердя слышно не было – он оказался выключенным, когда чуть-чуть отвернулся в сторону.

Что происходило в самом пакгаузе – неясно. Ничего не слышно. Поменяла душеедка марионетку или нет – непонятно. Обзор из-за шлема был сужен, так что первым заметил Зака Утес:

– Лист, идут! Двое. Лорд впереди, душеедка чуть сзади. Прежнюю марионетку не видно. И, слушай, до чего она была красивая… Эк его заклинило-то на нашей Леди!

Лин скрипнул зубами – в его поле зрения наконец-то возник где-то потерявший ультру, шатающийся, потный, бледный Зак, явно пытающийся скинуть эмпатический поволок душеедки. Сама она осторожно шла сзади, прячась за его спиной. Девочка лет семи-восьми, длинные, очень светлые волосы, кукольное личико, ярко-синие глаза. Зак не врал – Ники в детстве была похожа на ангела.

– Зак… Сопротивляйся! Это всего лишь душеедка! – прокричал Лин, тут же получая полный ненависти эмпатический удар – голова взорвалась от яркой вспышки боли, в ушах зазвенело, из носа потекла кровь. Кажется, кое-кто тоже сглупил поднять забрало.

– И этот кое-кто – я… - еле выдавил из себя Лин, пытаясь прийти в себя.