"Фантастика 2024-7". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Панарин Сергей Васильевич - Страница 80

– Шухер! – взвизгнул еж. – Ходу, Сэм. Надо успеть всех предупредить.

Друзья бросились к оврагу, где собирались звери.

Впрочем, Михайло, Серега и Гуру Кен уже бежали навстречу Парфюмеру и Колючему. Птички доставили новость значительно быстрее коротколапых дружков.

– Спасайтесь, – коротко рыкнул медведь, проносясь мимо.

– Не думал, что Михайло способен так бежать, – пыхтя, сказал Парфюмер.

– Да, это наш Ломоносыч, – выдохнул Колючий, не снижая темпа.

А медведь, кенгуру и волк уже достигли опушки перед замком.

Псы сидели возле микроавтобуса. Их шкуры подрагивали, из пастей свисали длинные гирлянды слюны. Собаки нетерпеливо поскуливали, ожидая команд здоровенного детины. Тот переговаривался с паном Гржибовским, высовывающимся из вагончика.

– Я иметь четыре первоклассные охотник-убийц. Моя ягдкоманда был зачищать многие объекты. Не хоти испытывай неуверенность, пан Гржибовский.

– Сейчас начнут, – проговорил Гуру Кен. Его уши был прижаты к затылку.

– Что будем делать? – спросил Серега, разминая лапы. – Мускулистые, черти. С каждым поодиночке бы я еще потягался, но…

– Вы пока сидите здесь, – сказал Михайло Ломоносыч. – Задачи две. Дать уйти нашим польским друзьям, это раз. Второе – нейтрализовать монстров. Если мне повезет, то я сейчас порешаю с ними, мало не покажется.

– Как же ты?.. – начал было Серега, но медведь оборвал его:

– Если что, старшим будешь. Как заварится каша, дуйте отсюда, прикрывайте отход поляков и наших. Удачи!

– И тебе. – К горлу волка подкатил ком.

«Не зря я выл все эти ночи», – мелькнула мысль.

Михайло уже топал к замку.

– Пойдем, – тихо сказал кенгуру Сереге, и они покинули наблюдательный пункт.

Медведь спокойно пробрался на развалины, наметил путь к отступлению. Мысленно пожелав спутникам спастись, он взревел, приглашая псов на охоту.

Из лагеря донесся злобный лай.

– О, зверь есть присутствовать! – обрадовался Гюнтер. – Вперед, собачки!

Псы сорвались с места и в мгновение ока скрылись в руинах. Они взяли след.

– Медведь! – кровожадно заорал вожак четверки.

– Наш! Рвать! Рвать! – ответили трое убийц.

След скрылся в неприметном лазе. Вожак первым рванулся в проем.

Михайло ударил когтями по клацающей зубами пасти. Пес пронзительно завизжал, подался назад. Ломоносыч побежал к винтовой лестнице.

Собаки не долго стояли в растерянности. Разъяренный вожак сунулся снова. Чисто. Зверь слаб, он пытается скрыться! Четверка преследовала медведя, упоенная охотой. Псы поскальзывались на влажном каменном полу, ломали когти, но это сейчас было не важно. Впереди – жертва.

Красные глаза мерцали в темноте, эхо разносило громкий топот лап. Смрадное дыхание оскорбляло священные коридоры Ордена.

На винтовой лестнице ягдкоманда устроила кучу малу, катясь вниз, ощутимо ударяясь боками и спинами об острые углы ступеней. Но вскоре псы разобрались в ситуации и осторожно почапали гуськом.

Ворвались в залу с сокровищами. Медвежий след вел в еще один темный коридор. Зверь был совсем близко. В собачьи уши врывался шорох его шагов, шипение дыхания. Сейчас!

Михайло разбежался и саданул плечом стену, кажущуюся тупиковой. Раздался глухой хруст гнилых досок, преграда осыпалась, в коридор ворвался солнечный свет. Медведь моментально оценил обстановку, схватился за край стены и сиганул из подземелья вбок.

Мгновеньем позже из коридора в затяжном прыжке вылетел вожак четверки псов-убийц. Он понял, что промахнулся, а потом понял, куда падает.

Подземный ход кончался высоченным обрывом. Внизу была быстрина, куда и рухнул пес.

Двое его подельников, ослепленные светом, не успели затормозить и последовали за предводителем. Последний убийца остановился у самого обрыва.

Михайло, висящий на корнях какого-то дерева, схватил пса за шкирку, рванул его вперед.

– Не отставай от коллектива!

Убийца с визгом полетел вниз. В лапе медведя остался украшенный шипами ошейник. «Хлипковат, раз порвался», – подумал тамбовчанин.

Он осторожно перебрался обратно в проем, посмотрел на реку. Единственная черная голова вынырнула на мгновение и снова исчезла в водовороте.

– Места тут живописные, река заворачивает, поля опять же, – пробормотал Ломоносыч. – Простите, песики. Завел я вас, как Сусанин поляков. Ну так нечего было себя вести по-скотски.

Пан Гржибовский в пятый раз переспросил Гюнтера:

– Вы уверены, что ваши собаки вернутся?

После того, как ужасные твари стартовали куда-то на развалины и раздался раздирающий душу крик боли, люди не услышали ни звука. Ни лая, ни рычания, ни выстрелов. Молчали даже птицы. Это действительно пугало.

Гюнтер свистнул в свисток.

– Сей же час весь мой собак прибежать служить, – не без бахвальства сказал он.

Постепенно спесь сходила с лица владельца ягдкоманды. Четверка не вернулась.

Немецкий специалист взял из авто карабин и ушел искать псов. Рабочие решились выйти из бытовок на свежий воздух.

Пан Казимир дохромал до хозяина стройки.

– Ну, пан Гржибовский? Теперь вы видите? Нечистое это место.

– Чистое, нечистое… – пожал плечами бизнесмен. – По контракту, если псы не вернутся, этот хлюст сдерет с меня стоимость хорошего автомобиля. На вас, оглоедов, потратился, теперь еще это. Не нравится мне, как тут все развивается. С таким началом удачи не жди.

– И я о том же, – оживился начальник стройки.

– Вы уволены. Вы все уволены. Стройки не будет, – едко сказал пан Гржибовский и услышал в ответ то, что обычно не говорят те, кого увольняют:

– Спасибо, давно бы так. – Пан Казимир даже улыбнулся. – Шабаш, ребята! Оставляем объект!

Гюнтер в третий раз обошел руины, но так и не обнаружил ни следов, ни псов.

Он уже не дул в свисток. Руки непроизвольно сжимали ружье, пальцы побелели. Массивные челюсти быстро работали, мучая жвачку. Немецкий охотник-экстремал почти по-звериному чуял опасность. Четверка первоклассных убийц сгинула в мгновение ока. Здесь что-то не так.

Завернув за угол башни, Гюнтер нос к носу столкнулся с медведем. Это было так неожиданно и нелепо, что охотник растерялся. Прежде чем он сбросил оцепенение, бурый гигант встал во весь рост, одновременно хватая лапами ствол карабина и загибая его вниз, как будто он был сделан из проволоки, а не из прочной стали.

Нижняя челюсть Гюнтера отвисла, жвачка выпала на землю.

«Аллес капут», – подумал он.

Однако медведь не торопился порвать охотника. Он положил тяжелую лапу на плечо человека, убрал ее. Гюнтер скосил глаза и увидел на своем плече разорванный ошейник.

Медведь ласково прихватил немца за шею и подтолкнул, мол, иди, не загораживай дорогу.

Гюнтеру два раза повторять не пришлось. Только подошвы засверкали.

После разговора с Михайло и Серегой Эм Си Ман-Кей недолго думая вернулся на дерево, с которого можно было наблюдать лагерь строителей и руины замка. Шимпанзе увидел всю драму, развернувшуюся после приезда черного микроавтобуса. Псы повергли Эм Си в трепет. Михайло заманил их куда-то под землю, однако Ман-Кей не верил, что даже там бурый тамбовский мишка одолеет четверых головорезов. Черные убийцы затравили бы и льва.

Когда они вернутся, их должна ждать достойная месть, решил Эм Си. Он соскользнул со ствола, прокрался к микроавтобусу и влез в заднюю дверь.

Здесь была обустроена из стальных прутьев большая клетка на четыре собачьи персоны, имелись подстилки, металлическая поилка, перевернутые кормушки. По углам валялись разгрызенные кости. Афро-англичанин призадумался, как бы досадить псам, ведь лучше всего подошел бы яд, но его-то как раз и не было! А может, удастся его найти?

Эм Си по обыкновению бормотал:

– Эх, Польша – купи поменьше, своруй побольше. Или вот тоже: купи дешевле, продай дороже. Где бы взять яду? Найти надо!

И только рэпер подумал, что, вероятно, стоило бы использовать мухоморы или бледные поганки, которые растут в округе чуть ли не центнерами, как дверь захлопнулась и лязгнул засов.