"Фантастика 2024-7". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Панарин Сергей Васильевич - Страница 63

Звери собрались в одном из затейливых оврагов, изрывших соседний холм. Длинный пологий бок холма спускался к реке. Талая и дождевая вода много лет вымывала почву, и теперь склон был подобен маленькому урочищу. Деревья здесь были редки, в основном росли полоски кустарника и трава.

Пан Гржибовский не рискнул возводить здесь свою охотничью гостиницу, слишком уж зыбким был грунт. Прочие местечки, где можно было бы развернуть строительство, либо находились в заболоченной низине, либо оказались очень узки. Поэтому выбор пал на холм, где спряталась разрушенная цитадель Ордена золотого горностая.

Итак, в широкий овраг, имеющий множество боковых ответвлений, сбежались звери и слетелись птицы. Здесь были хорьки, еноты, суслики, ящерицы, белки, кабанчики, малиновки, чибисы, сонные совы, пара соколов и куча всяческих пичуг.

– Запомните это место, – сказал им Войцех. – Тут будем совещаться. Жить в крепости, под носом у людей, нельзя, чтобы не привлечь их внимание к священной цитадели раньше времени. А теперь послушайте наших друзей.

Михайло встал, немного смущенно откашлялся, собираясь с мыслями.

– Здравствуйте все. У нас есть определенный опыт борьбы с людьми. Мы попытаемся вам помочь, но для этого нам нужно быть уверенными в том, что вы поддержите любые наши начинания и выполните любые наши… – медведь сделал паузу, – приказы.

Звери зароптали, загалдели птицы. Бобер-воевода поднял лапу, гомон стих.

– Лучше сражаться под началом друга, чем сдаться врагу, – провозгласил Войцех.

Сход согласился, сперва неуверенно, потом единодушно.

– Итак, дорогие мои союзники, – продолжил Михайло Ломоносыч. – Наше первое оружие – хитрость. Не получится у нас выйти в чисто поле и одолеть человека в честном бою. Рыцарские законы к людям не применимы. Врага надо лишить всего, чем он может нанести вред лесу и дорогим для вас замковым стенам. Видите оставленные инструменты – тащите и прячьте. Наткнулись на провод – грызите. Хорьки есть?

– Туточки! – откликнулись остроносые непоседы, чьи глазки-бусинки зыркали по сторонам с невероятной скоростью.

– Провода – опасная штука, но они вполне вам по зубам. Убедитесь, что на другом конце провода ничего не работает, или не горит лампочка, и тогда кусайте. Вещество, в которое люди прячут металлическую часть, говорят, вкусное. Но я бы не стал этим увлекаться. Испортили провод и тут же отступили. Когда появятся машины, станет еще легче. Залез ночью в двигатель и кусай не хочу, там и опасности нет почти. Поняли?

– Вопросов не имеем! – весело ответили хорьки.

– Теперь бобры. Ребята, вам придется ночами подтачивать деревья, чтобы они валились на дорогу, которую, я полагаю, люди полностью пропилят завтра к вечеру. Понимаю, вам будет много работы, а им убрать ствол – дело нескольких минут. Но они обязательно занервничают. Больше всего человека выводит из себя обилие мелких проблем. Он считает себя слишком большим и могучим, чтобы отвлекаться на мелочи. А когда они начинают его засасывать, все его величие и могущество заслоняются злостью. Злость заставляет ошибаться, испытывать неуверенность и отказываться от прежних планов. Ясно?

– Да! – донеслось со всех сторон.

– Отлично. Перейдем к птицам. Помимо того, что вы, дорогие мои, являетесь связными и наблюдателями, вашей задачей станет банальное бомбометание. Кушайте побольше, летайте над строителями почаще. Ну, вы поняли.

Раздался веселый смех.

– Существуют и другие задачи. Они куда более сложные, но их мы пока не ставим, в основном они лягут на наши плечи. Василиса ушла на разведку, вызнает новости в деревне. Не исключаю возможности нашего нападения на хутор. Если уж вести партизанскую войну, то по-крупному. Согласны?

– Конечно!

– Чую в вас дух отваги. Молодцы. Стало быть, пора поговорить о втором оружии. Наше второе оружие – это осторожность. Если решил умыкнуть ножовку, убедись, что тебя не видят, а ты справишься с ношей. Кусаешь провод – то же самое. Запомните: нас здесь нет. Люди не должны нас видеть. Это ударит по ним не меньше, чем ущерб, который мы им нанесем. А когда будет нужно, они увидят, скажем, меня или Серегу, хе-хе… Никакого лихачества, наши союзники – тишина, темнота и тайна. Усекли?

– Разумеется!.. Точно!.. Ясно, пан Михайло!.. Зададим им!..

– Тогда назначаю начало военных действий на завтрашний вечер, – поставил точку Войцех.

Глава 4

Сразу после утреннего посещения руин пан Гржибовский уехал в столицу по срочным делам. Сигизмунд попросился остаться, и отец разрешил. Коттедж есть, почему бы им не воспользоваться? Миллионы детей проводят лето в деревнях. Молоко, воздух, река. Начальник стройки обещал нанимателю присмотреть за пареньком.

День Сигизмунд провел, гуляя по хутору и его окрестностям, вечером вернулся в коттедж и сел за чтение. Спустя два часа сын пана Гржибовского отложил книгу. Это были «Крестоносцы» Сенкевича.

Мальчишка посмотрел в окно, на зелень яблоневого сада, обступающего дом. Книга была захватывающая, но глазам требовался отдых.

Яблоки прятались в листве. Скоро поспеют. Зачем только отец решил спилить здесь почти все деревья? Вечно ему современный дизайн подавай. Парень вспомнил папины слова: «Сюда будут приезжать мои партнеры. Они должны попадать не в глупые деревенские заросли, а в настоящий сад европейского качества. Соображай, Сигизмунд».

Сигизмунду не нравилось его имя. Оно было какое-то смешное, громоздкое, хоть и напоминало о королях и прочих дворянах. Естественно, отец назвал его не просто так, а для того, чтобы в будущем, когда Сигизмунд вырастет, имя придавало ему солидности. Парень терялся в догадках, чем думают взрослые, нарекая своих детей? Пан Сигизмунд Гржибовский. Звучит, словно Эдуард Мухоморов.

И будет он с утра до вечера крутиться, орать на подчиненных, лицемерить с партнерами, выгадывать, выкраивать, обманывать, сам налетать… Отец начинал с торговли, потом вложился в недвижимость, провернул несколько удачных сделок, затем еще, еще, и вот она – стройка века – проект охотничьего хозяйства с гостиницей повышенной комфортности на шестьдесят персон.

У Сигизмунда аж зубы свело от этого трехэтажного названия. Разве может скрываться за ним что-нибудь интересное? То ли дело старый замок. Надо будет туда напроситься со строителями. Начальник стройки вроде бы хороший мужик.

Как же его зовут? Казимир, точно. Удивительно: отец ухитрился ни разу не назвать пана главного строителя по имени!

Он как раз вернулся в коттедж «с объекта».

– Салют, Сигизмунд.

– Здравствуйте, пан Казимир.

Строитель поставил на стол трехлитровую банку молока.

– Вот, прикупил у бабки Дзендзелючки, – сказал Казимир. – Занятная женщина. Вроде бы говорили пару минут, а я уже знаю последние хуторские сплетни и мировые политические новости. Говорят, что наша стройка обречена на провал, а конец света вообще ожидается со дня на день. Пей.

Начальник разлил молоко по кружкам, одну подвинул к Сигизмунду. Мальчик встал с лавки, подошел к столу, угостился.

– Извините, что вы сказали о стройке?

Густые брови мужчины еле заметно поднялись. «Неужели пацанчик совсем в папашу? – подумал Казимир. – На конец света ни малейшего внимания не обратил, а за провал стройки сразу зацепился…»

– Развалины, которые ты видел, якобы прокляты. Несколько веков никто из местных даже и подумать не смел туда соваться. Страшно, ясное дело. Суеверия долго живут, а старухи за них любят цепляться. Ерунда, конечно, мы с ребятами посмеялись и разошлись. А представь, как бы все заволновались еще сотню лет назад, а?

Теперь строитель удивился второй раз. Глаза Сигизмунда расширились, малец заметно разволновался.

– Я, пан Казимир, сразу в этом замке что-то особое почувствовал, – тихо, но со страстью заговорил Гржибовский-младший. – Будто моргнешь, а крепость-то в тот же миг и восстановится. Только, знаете, не тяжелое это было чувство. Не проклятье, а как бы наоборот.