"Фантастика 2024-7". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Панарин Сергей Васильевич - Страница 41

Граф принялся стягивать с себя трикотажный костюм и майку, а Жила направился к самой кромке воды, туда, где лежала резиновая лодка.

– Она сдулась! – пожаловался долговязый бандит.

– Накачай!

– Это… Боюсь, что не смогу. У неё в боку огромная дыра, будто кто-то проткнул её и рвал руками. – Жила поднял над головой лодку, демонстрируя здоровенное отверстие.

– Лесник с корреспондентишкой, – уверенно проговорил Костыль.

Он показал подельникам разбросанные и поломанные удочки.

– Никому верить нельзя! – воскликнул Граф, пиная стульчик.

Каждое движение главарь совершал через боль. Даже когда говорил, морщился и с шумом втягивал воздух. Сквозь плотно стиснутые зубы.

Он прошествовал к озеру, ворвался в водную стихию, словно большой мускулистый локомотив, и, отфыркиваясь, как бегемот, принялся блаженно кувыркаться. Блаженные стоны свидетельствовали о том, что ужаленному филею стало несравненно легче.

– Ну, какой ещё урон нам нанесли? – спросил Граф через несколько счастливых минут купания.

– Колесо спустили, – отрапортовал Жила.

– Качай, – велел главарь.

Колючий и Вонючка Сэм, наблюдавшие за драмой бандитской троицы, поздравили друг друга и покинули засаду. Теперь можно было похвастаться перед товарищами, как славно они тут поработали. То есть нашкодили.

Глава 5

В дни неистовых войн и жарких противостояний случаются минуты затишья. Армии замирают, и солдаты предаются отдыху, придумывая разные забавы.

В предзакатный час Михайло Ломоносыч, Серёга, Колючий и Лисёна сидели кружком под сенью сосен и валяли дурака. Ёж начал было рассказывать старые анекдоты, но его попросили замолчать. Медведь припомнил пару не очень забавных случаев, звери вежливо посмеялись. Волк по обыкновению хмуро молчал.

Лисёна оживилась, очевидно, ей на ум пришло нечто потешное.

– Отгадайте-ка загадку! Все слышали о легендарном золотом руне? Отлично. А есть ли рыбье руно?

Звери задумались. Здесь чувствовался какой-то подвох. Руно – это всего лишь овечья шкура с ворсом, остающимся после стрижки, этакий сплошной шерстяной пласт. Но рыбий… Мохнатых рыб не бывает.

– Нет, Лисёна, ты гонишь, – заявил ёж.

– Все согласны с Колючим? – спросила лиса.

– Давай, Василиска, не томи, – проворчал Михайло Ломоносыч.

– Тогда вот вам ответ: да, рыбье руно бывает. Так иногда называют косяк рыб.

– Век живи, век учись, – изрёк Серёга, осторожно шевеля разодранным ухом.

– У меня попроще задачка, – сказал медведь, посмотрев на упражнения волка. – Кто-нибудь слышал о поганке ушастой?

– Сколько бегал по лесу, такой не встречал, – признался Колючий.

Лисёна припомнила знаменитую поговорку:

– Говорят, в Рязани есть грибы с глазами; их едят, а они глядят. Но чтобы с ушами…

– Это птица такая. – Серёга вздохнул. – Я слышал о чомге, или большой поганке. Почему бы не найтись ушастой?

– Молодец, товарищ санитар, хорошо знаешь матчасть и смекалку проявляешь! – одобрил Михайло. – У нас прямо интеллектуальный клуб какой-то. Кста-а-ати! Филин!

– Какой филин? – напрягся Колючий.

– Мудрый, разумеется, – пояснил медведь. – Мудрый Филин. Между прочим, Филин – это ещё и фамилия. Так что зовут его филин Филин. Тот самый, который года три назад хотел устроить в лесу клуб знатоков. Он задавал задачи, а знатоки решали. Полезная игра. Жалко, не прижилась.

– Почему?

– То ли вопросы были сложные, то ли знатоки тупые, но ни одной загадки они не решили. Тогда мудрый Филин обиделся и ушёл в затворничество.

– Да-да, – подхватила Лисёна. – Поселился в дупле большого дуба и отрёкся от общения с миром. Сказал, что истину ищет.

– И к чему этот весь разговор? – задал очередной вопрос Колючий.

– Игольчатый ты мой недотёпа, – широко улыбнулся Михайло, – мы отправимся к Филину за советом. Если и мудрец не знает, как отправить наших гостей по домам, то больше никто не подскажет.

Медведь, лиса, волк и ёж пришли к старому могучему дубу, когда первые малиновые краски заката уже легли на его роскошную зелёную крону. Солнечные лучи расчертили небо с запада на восток, словно прожекторами высвечивая потемневшие тучки.

Листва безумолчно шелестела, навевая мысли о бесконечности бытия всем, кто замирал перед большим древом. Всем, кроме Колючего.

– Неслабый дубок, – оценил ёж. – Ну, и где мудрый Филин?

– Видите дупло? – Медведь показал лапой наверх. – Там его пристанище.

– Как его выманить? – спросила Лисёна.

Ломоносыч стукнул пару раз по коре и прокричал:

– Филин, выходи, к тебе правительственная делегация!

– Надоели, свиньи! – раздался гулкий возглас над головами визитёров.

Михайлу возмутило поведение мудреца. Не по чину выражался.

– Эй, ты там не попутал ли? Тут перед тобой губернатор, а не кабан какой-нибудь!

– С кабинетом министров, – вставил Колючий.

Из тьмы дупла высунулась большая пёстрая голова. Пара огромных карих глаз пристально рассмотрела посетителей, а затем открылся маленький клюв.

– Прошу прощения, вышел из себя. Точнее, докучные свиньи вывели. Целыми днями роются, жёлуди ищут, хрюкают меж собой о всякой ерунде да дерутся. Хотя какие сейчас жёлуди? Суетный мелочный народец, несомненно. Один лишь Таинственный Кабан – нормальный собеседник. Большого ума, доложу я вам, эрудит.

– Ладушки, – Михайло принял извинения, тихо удивляясь тому, что Таинственный Кабан, оказывается, тонкий собеседник. – Спускайся, нам нужна твоя консультация.

Филин, кряхтя, забрался на край дупла, оттолкнулся мощными лапами и величественно воспарил над глупым миром. Дав расправившимся крыльям хорошенько размяться, Филин спланировал к посетителям.

– В какой области мне вас проконсультировать? – деловито поинтересовался мудрец.

– Да вот… – замялся Ломоносыч. – Желательно в этой, в Тамбовской.

Мудрый птах топнул. «С какими невеждами приходится общаться!» – подумал он.

– Я имел в виду, о чём пойдёт речь, – терпеливо объяснил Филин.

– Тьфу! Так бы и сказал, профессор, – промолвил Михайло и обрисовал ситуацию вокруг приехавших иностранцев.

Медведь не умолчал и о неудачных попытках отправить послов домой.

– Любопытненько, – отозвался Филин, выслушав историю Ломоносыча. – Сразу чувствуется, коллеги, что вы не знакомы с понятием системного подхода к решению проблем. Здраво рассуждая, мы, несомненно, найдём сильное решение. Вы следите за ходом моей мысли?

Звери неуверенно кивнули.

– Отлично. Из услышанного можно заключить, что сухопутный и водный пути для нужд ваших страдальцев не подходят. Следовательно, остаются два варианта: подземный и воздушный. Рыть нору, скажем, до Австралии дело хлопотное, затратное и небыстрое. А времени до осени всё меньше и меньше. Остаётся воздушный. У вас всё?

Михайло почесал макушку:

– Н-не совсем. Насколько я понимаю, ни кенгуру, ни скунс, ни обезьянин летать не умеют, а петух, конечно, птица, но совсем-совсем не перелётная.

– Ух, – устало вздохнул Филин, которому надоело жить в мире существ с неразвитым интеллектом. – Мнится мне, вам требуются определённые пояснения. Видите ли, современность предлагает нам не только естественные методы передвижения, но и искусственные, сконструированные человеком. Я подразумеваю многочисленные летательные аппараты различных конфигураций и классов. Вас, точнее, ваших гостей вполне устроили бы самолёт, вертолёт или, скажем, дирижабль. Несомненно, управление такими высокотехнологичными средствами, как самолёт или геликоптер, требует долгого обучения. Более того, раздобыть перечисленные машины будет сложно. Согласитесь, это не ржавый трактор, много лет простоявший на меже заброшенного поля.

Звери согласились, постаравшись не замечать иронии мудреца.

– Дирижабли или воздушные шары – это вовсе музейная редкость. О, я чувствую скепсис! – воскликнул Филин.

Слушатели сначала загрустили, ведь список летательных аппаратов был исчерпан, а потом стали втягивать носом воздух, пытаясь уловить флюиды скепсиса, который якобы почувствовал эрудит.