!Фантастика 2024-4". Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Проскурин Вадим Геннадьевич - Страница 341

Венет немного помолчал, прежде чем ответить. Он сидел чуть сутулясь, сложив руки на колени и глядя прямо в жаркий огонь.

— Ваше дело изначально казалось всем безнадежным, — сказал он наконец. — Мне хотелось посмотреть, как оно будет развиваться, правда ли настолько скверно, как можно было судить. Мне, наверно, просто нравится влезать в безнадежные дела.

Эдвард Фэринтайн слабо усмехнулся:

— Что ж, тогда сейчас вы должны быть счастливы. Ибо сегодня вечером, на наших глазах, наше положение сделалось в десять раз еще более безвыходным, чем было до того. — Он помрачнел и заговорил серьезно, отбросив шутливый тон. — Вы сами все прекрасно видели, господа. Гилмор связался с силами, которые нам всем еще вчера казались несуществующими. Эта молодая леди — волшебница и нам она не по зубам.

Дэрри, как раз принявший из рук Гленана флягу с вином и тоже сделавший из нее могучий глоток, подумал, что «не по зубам» — это еще мягко сказано. Враги бывают разные, но враг, мановением руки способный превратить тебя в каменную статую, явно опасней любого другого.

— Что будете делать? — спросил Остромир. — Вы ведь теперь король Эринланда.

— Ну, вряд ли сейчас подходящее время для коронационных торжеств, — признался Эдвард. — С утра поскачем в Таэрверн. Туда же должны были направиться наши воины, там их всех и соберем. Нужно опередить Клиффа. Он не просто так затеял эту войну, и одним выигранным пограничным сражением не ограничится. Рэдгар двинется к нашей столице. Придется скакать во весь опор, чтобы опередить его. Я бы выступил уже сейчас, но люди устали. Пусть поспят.

— А потом? — негромко поинтересовался Остромир. — Не Клифф Рэдгар теперь наш главный противник.

Эдвард немного помедлил с ответом. На мгновение он показался внимательно наблюдавшему за ним Гледерику совершенно подавленным и разбитым.

— Я не знаю, — сказал он наконец. — Вы были там, и, как и я, испытали все на себе. Эта девушка овладела древним волшебством так искусно, насколько это вообще возможно. О подобных вещах я прежде читал только в книгах. Я не владею магией. Пытался обучиться по тем урывкам знаний, что в нашей семье сохранились, но толком так ни в чем и не преуспел. Могу иногда почувствовать приближение опасности. Могу порой сражаться капельку искусней, чем обычный человек. Думаю, мог бы сделать себя незаметным, если бы крался в стан врага. Это все. А Кэран удалось приморозить меня к полу, когда я пытался с ней сразиться. Я напрягал всю свою волю, чтоб разломать ее заклятье, и ни грана в этом не преуспел. Мы не опасны для нее, потому она и не стала нас убивать. Она сказала, что явится в Каэр Сиди на Йоль. Но я совершенно не представляю, что мы сможем ей тогда противопоставить.

— А в ваших древних книгах, — спросил Гленан Кэбри, — совсем ничего не говорилось о том, как бороться с волшебниками?

— Эти книги писали волшебники, — улыбнулся Эдвард. — Они не стали бы оставлять потомкам наставления о том, как себя одолеть.

— Ну, — заметил Остромир, — последний хорошо обученный волшебник в Срединных землях умер лет пятьсот тому назад, а то и гораздо раньше. Потом был, конечно, Бердарет-Колдун на западе, но он редко пользовался своими способностями, не считая войны с тарагонцами. Люди веками не видали магов, потому и забыли, как с ними бороться. Мы столкнулись с совершенно непонятным для нас врагом. Впрочем, — уточнил он, — так было не всегда. Как я слышал, во время Войны Пламени создавались могущественные артефакты, позволявшие обычному воину на равных вступить в поединок с чародеем и даже выйти из такого поединка победителем. Когда я странствовал по Серебряным Лесам, я наткнулся там на древний схрон, в котором, согласно историческим записям, должен был храниться один из подобных артефактов. Достать я его, правда, оттуда не смог.

— Сказанное вами меняет дело, — вскинулся Эдвард. — В таком случае, нам следует немедленно отправиться к этому вашему схрону.

— Все не так просто, как может показаться, — возразил солдат. — Я не успел сказать главного. То хранилище было создано в самом начале Войны Пламени, Союзом Пяти Королей. На его двери были наложены могущественные заклинания. Только тот, в чьих жилах течет кровь королевских домов, заключивших тогда союз, может войти вовнутрь. Всех остальных магический барьер попросту не пропустит. Иначе почему, по-вашему, этот тайник до сих пор не разграблен? Сотни искателей приключений за прошедшие века пробовали его взломать. Не справился никто.

— Союз Пяти Королей… Вы помните, какие династии его составляли?

— Это даже не всякий историк помнит, — нахмурился Остромир. — Уайтхорны из Каэр Трода. Ратиборы из Светограда. Вирзбанды из Глак-Хорла. Карданы из Иберлена. Тиндэа из Мартхада. Все пять этих королевских домов — давно пресеклись. Некоторые еще в Войну Пламени, другие вскорости после нее. Прошла тысяча лет, редко какая благородная семья держится так долго, в нашем неспокойном мире. Никого не осталось, думаю, даже побочные потомки их давно успели разойтись по свету. Мы ни одного из них не успеем разыскать за отпущенное нам время, а значит, можно даже не вспоминать об артефакте из Серебряных Лесов.

— Боюсь, — сказал внезапно Дэрри, осмелившись подать голос, — вы не совсем правы, насчет того, что с артефактом ничего не срастется. Я, кажется, скажу сейчас кое-то, что вас изрядно удивит.

— Что именно? — подался вперед Эдвард. Он казался слегка захмелевшим и очень усталым, но юноша заметил, как в глубине глаз нового эринландского короля вдруг промелькнула надежда. Дэрри со смятением подумал, что не хотел бы эту надежду рушить беспочвенными обещаниями. Но все же у него действительно было что сказать, и потому он заговорил.

Против своего обыкновения, заговорил он нерешительно — спотыкаясь на каждом слове, нервно сжимая пальцы и пряча взгляд. Юноша чувствовал, как на него внимательно смотрят Эдвард, Остромир и Гленан, и ему сделалось немного неловко. Гледерику вдруг показалось, что когда он скажет то, что хотел, то окажется непременно поднят слушателями на смех.

— Ну. Как вам сказать, — выдавил из себя Дэрри. — Я обычно не болтаю про это на каждом углу. Кто, в такое, все равно поверит. Но я верю. Вернее, стараюсь верить. Мой отец — вот уж он точно верит. Хотя он мне это глубоко пьяным рассказывал. Но рассказывал раз пятьсот. Если б вы там сидели, вы бы тоже поверили, — Дэрри осмелел и заговорил более уверенно, подняв голову и глядя прямо перед собой. — Меня зовут Гледерик Брейсвер. Об этом вы все в курсе, конечно. Моего отца зовут Ларвальд Брейсвер, и этого вы уже не знаете. Отца же моего отца звали, когда он был жив, Джером Брейсвер, а его отца… — Юноша собрался с духом и закончил. — А его отца звали Торбин Брейсвер, и был он единственным, пусть и незаконным, сыном Гейрта, герцога Райгернского и младшим братом Эларта Кардана. Последнего короля Иберлена из старой династии. — Гледерик покосился на внимательно, без тени усмешки слушавшего его Остромира. — Карданы состояли в этом Союзе Пяти Королей, как я понимаю. Значит, если тайник с древним оружием запечатан на их кровь, я смогу в него войти.

— И ты все это время молчал? — недоверчиво нахмурился Гленан. — Почему ты ни словом не обмолвился?

— А кому? — спросил Дэрри. — Кто бы мне поверил?

— Я бы может и поверил, — пробормотал Гленан, глядя на приятеля так пристально, будто видел его впервые.

— А вот мне, боюсь, поверить в подобное сложно, — признался Эдвард Фэринтайн. Он говорил с легким разочарованием, но вместе с тем вежливо, будто боялся обидеть юношу своим недоверием. — Я ценю вас за ваше желание оказать нам услугу, мастер Брейсвер, однако даже в столь отчаянной ситуации, как наша, я должен в первую очередь рассуждать трезво. В каждой второй мещанской семье есть легенды о наличии у нее благородных, давно всеми забытых предков. Будь то Карданы, Уайтхорны или Блэндинги. Любой подвыпивший мастеровой или приказчик станет рассказывать родственникам или гостям, сидя с бокалом вина у камина, про то, как происходит от некогда опочивших королей. Так поступают все. Простите, мастер Брейсвер, но я не вижу, чем ваше семейное предание может нам помочь.