Переворот.ru (СИ) - Маркеев Олег Георгиевич - Страница 78

Вошли два секретаря, молодая девушка и статная дама с непроницаемым лицом вечного поверенного в служебные тайны. Девушка несла поднос с чайным сервизом.

— Маргарита Петровна, туда, пожалуйста, — обратился Салин к даме, указав на чайный столик у декоративного камина.

Дама дала знак девушке, сама подошла к Салину, подала ему записку.

Салин пробежал по строчкам взглядом, кивнул и сунул записку в карман. Решетников по многолетнему опыту совместной работы знал, так небрежно убирается с чужих глаз долой только нечто чрезвычайно важное.

— Наташа, лапушка, а бутеров с ветчинкой, а? Не настрогала, голуба моя? Что-то у меня аппетит сегодня… Как всегда, впрочем.

Девушка, продолжая сервировать стол, оглянулась. Ответила с улыбкой:

— Павел Степанович, конечно же, сделала. Сейчас принесу.

— Ай, умница!

Игорь Дмитриевич не мог не задержать взгляд на наклонившейся над столиком девушки.

Секундного отвлечения внимания хватило, чтобы Решетников послал Салину вопрошающий взгляд и получил такой же безмолвный ответ: «Максимальная опасность».

12:07 (в.м.)

Странник

Максимов переступил через бетонный блок у обочины и, минуя редкую очередь желающих попасть в консульство до начала шабата, направился прямо к калитке. Негоже человеку в деловом костюме толкаться среди турагентов и иммигрантов.

Молодой чернявый, по-военному поджарый охранник выжидающе уставил на него настороженный взгляд.

— Воронин. Комитет по охране культурных ценностей, — представился Максимов, протягивая паспорт. — Господин Моше Барон, атташе по культуре, назначил мне встречу на четверть первого.

Охранник взял паспорт, профессиональным движением перелистал страницы, не таясь и не стесняясь, что тоже есть признак профессионализма, сличил фото с внешностью предъявителя.

— I can repeat it in English, — предложил Максимов.

— Не надо. Я говорю по-русски, — ответил охранник.

Отступил в сторону, открывая путь.

Предстояло сделать двадцать пять шагов через посольский дворик. Пройти по направлению к сине-белым сборным вагончикам консульской службы, свернуть по дорожке направо и через десять шагов оказать у служебного входа в посольский особняк.

Максимов шёл, считая шаги. Наблюдал за суетой в гараже. У распахнутых настежь ворот люди в синих спецовках под управлением дядьки завхозской наружности грузили ящики в пикапчик. Работали нехотя, несмотря на визгливые понукания завхоза.

Одиннадцать… Группа захвата остановилась у последнего препятствия.

На прутья решётки налепили «пластилин». Комочки пластика начинают пениться, выделяя белёсый дым. Сквозь противогазы не чувствуется кислотный запах, перебивающий миазмы канализации.

Двенадцать… Старший группы толкает решётку. Она, как срезанная автогенном, падает.

Ладонь в чёрной перчатке вскинута вверх — «внимание». Взмах — и плотная масса тел устремляется по трубе вперёд.

Четырнадцать… «Нашлёпка» на датчик сигнализации. Невидимый инфракрасный луч продолжает гореть, перерезая путь по трубе, но сигнал тревоги заблокирован.

«Вперёд!»

Восемнадцать… Остановка у вертикального штрека.

Старший группы оглядывается на своих людей. Замыкающий на месте — все в порядке.

Рука в чёрной перчатке ложится на скобу лестницы.

«За мной — вперёд!»

Двадцать два…

Поршень из одетых в прорезиненные костюмы тел выдавливает себя вверх по трубе.

Гудят стальные скобы под ритмично работающими ногами. Из клапанов противогазов выстреливает сиплое дыхание. Сбитая труха и ошмётки слизи липнут к стеклу масок, запотевшему изнутри и забрызганного потом.

Двадцать три… По Ордынке, урча мотором, крадётся трейлер. Сбросив скорость до минимума, накатом проходит мимо скверика, примыкающего к посольству.

Двадцать четыре… Вторая группа захвата вышла на исходную позицию.

В распахнутые прорези на тенте хлещет ветер. В кузове трейлера шесть человек замирают у лестниц. По двое на лестницу. Старший группы вскидывает руку.

«Всем приготовится».

Двадцать пять… Первая группа захвата замирает, уперевшись в последнее препятствие. Решётка. «Пластилин».

Двадцать шесть… «Вперёд!»

Максимов повернул налево. Бросил взгляд на ворота.

Двадцать семь… Охранник застыл, парализованный ударом инфразвука.

Тридцать… Поршень из человеческих тел упёрся в люк.

Пиропатроны в пазы.

Тридцать два. «Замерли!» Десятисекундная готовность.

Максимов взялся за латунную ручку. Дверь поддалась легко.

Ещё один охранник за стойкой из пуленепробиваемого стекла.

— Воронин. К господину Моше Барону.

Паспорт. Сканирующий взгляд. Сверяется с записью в журнале.

— Откройте кейс, пожалуйста.

Щелкают замки.

В кейсе документы и пара пачек бумажных салфеток.

— Проходите. Второй этаж, кабинет — «девять».

— Благодарю.

Максимов проходит через рамку металлодетектора. Мигает зелёный огонёк.

«Оглянуться и вежливо улыбнуться охраннику!»

Три шага к лестнице.

Максимов на ходу достаёт мобильный. Из-под руки целится короткой антенной в охранника. Нажимает кнопку.

Короткий, со всхлипом, вдох охранника. Неслышимый и невидимый импульс инфразвука прошивает его мозг. Полный паралич.

«Не оглядываться!»

Раз, два, три… Техник из группы поддержки выводит излучатель электромагнитного поля на полную мощность. С чердака дома напротив обрушивается невидимый конус силового поля, накрывает посольство, блокируя работу всего электротехнического оборудования.

Четыре, пять… Пиропатроны подбрасывают стальную крышку канализационного люка. В гараже по стенам бьёт глухой удар. Люди в спецовках замирают.

Шесть… Из зева колодца вылетает первый. Грязный, скользкий и гибкий, как тритон. Уходит в кувырок, освобождая место следующему. Короткоствольный автомат не отпускает с прицела парализованных страхом людей.

Семь… Трейлер тормозит, скользя колёсами по влажному асфальту. На крышу кузова выскакивают три человека в черных комбинезонах. Мощным прыжком бросают себя через забор. Уходят в кувырок, гася скорость. За ними приземляются ещё трое. Рассыпаются веером, держа под прицелом окна. Крайний справа разворачивается, наводит ствол автомата на стекло будки охранников. Выстрелов не слышно, стекло не трещит под пулями, но охранники бьются в судорогах, словно их действительно прошивает кусками раскалённого свинца. Один безжизненно разбрасывается в кресле, второй падает лицом в стол.

Боевик подбегает к охраннику, привалившемуся спиной к воротам, тычком приклада валит его на землю.

В коридорах и кабинетах посольства ещё не слышно паники. Свернув за угол, Максимов на ходу достаёт из кейса пакетик, который охранник принял за упаковку бумажных носовых платков. Разрывает целлофан. Встряхивает спрессованный брикет ткани. Расправленный, он превращается в вязанную маску с прорезями для глаз.

Максимов одним движением натягивает маску на голову.

Ткань телесного цвета плотно облегает голову. Прорези для глаз затянуты полупрозрачной плёнкой, защищающей от пыли, дыма, слезоточивого газа. Плёнка, изготовленная по технологии «полароид», гасит яркие блики света и не даёт возможности увидеть цвет глаз и направление взгляда. Вшитые подушечки искажают очертания лица. Теперь ни какая компьютерная программа спецслужб не восстановит по фотографии черт лица того, кто скрылся под маской.

…Девять. Пять человек подбегают к забору с тыльной стороны особняка. Бросают впереди себя резиновые «грелки». С разбегу наступают на них обеими ногами. С хлопком «грелки» раздуваются, мощно подбрасывая людей вверх. Пять черных теней синхронно перелетают через забор. Так же синхронно гасят скорость, нырнув в кувырок. Вскакивают, ставят оружие на боевой взвод и бегут к служебному входу.

Телесного цвета перчатки. Ткань с антистатиком. Не оставляет пото-жировых отпечатков и не позволяет снять «пальчики» электромагнитным способом.