"Фантастика 2024-3". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Лоскутов Александр Александрович - Страница 1220

Неожиданно пятёрку «Уравнителей» накрыло тоннами воды с ледяными глыбами, которая мощным водопадом устремилась с небес. Удар был страшен. Игроков сбило с ног, как кегли, и протащило на несколько десятков шагов. Показатели жизни у многих ушли в жёлтый сектор.

— Держись, Тёма! — раздался родной голос откуда-то сверху и одновременно раздался звук, будто лопнула басовая струна. И выпал снег. Нет. Выпал СНЕГ. Снежинки, величиной с голову телёнка стали валиться на голову игрокам «Уравнителей». Послышались крики и мат, тут же забаненный автоматической программой.

— Ты как здесь дед!? — крикнул я, шедшему на второй вираж всаднику на грифоне.

— Стрелялииии!.. — пронеслось над дорогой.

Я заблокировал чат намеренно, чтобы отсечь все возражения. В этот момент с правой стороны дороги из-под холма раздался пронзительный свист, и огромная чёрная стрела, окружённая электрическими сполохами, метнулась в небо. Тут же раздался душераздирающий клёкот грифона, который стал камнем валиться с неба, беспорядочно взмахивая золотыми крыльями. Архимаг изловчился и у самой земли спрыгнул с седла и медленно опустился в пятидесяти шагах от нас с Капитаном. Руки Арн Дан Холиена, не останавливаясь, плели паутину заклинаний. Водяной смерч окружил мага, раскидывая врагов. Летящие с огромной скоростью тонкие пластины льда, рассекали врагов надвое, отрывали конечности. Девственная белизна инея под лучами заходящего солнца соперничала с рубиновыми каплями кровавого дождя. Сквозь эту круговерть к деду шагнул Тёмный Паладин, которого окружала сфера, напоминавшая грязный пузырь. Он активировал бабл! (1). Позади Мордора в напряжённых позах застыли Вий и Торквемада. На моих глазах меч Тёмного Паладина одним слитным движением отсёк руки Архимага по локоть. Дед упал на колени и страшно закричал, запрокинув голову. В это время Инквизитор и Некромант резко выдохнули в его сторону. Тучи Смрадной Саранчи налетели на Арн Дан Холиена и в мгновение ока обглодали его тело до костей. Его скелет так и застыл с отрубленными руками, запрокинув оскаленный череп к небу. Надеюсь, дед прикрутил процент ощущений. А то я не знаю, как можно вытерпеть заклинания этих извращенцев! Через несколько мгновений Архимаг возродился в десятке шагов от меня.

— Дед, у них Портальная Воронка, — проинформировал я.

— Знаю, они накрыли локацию Глухотой, так же, как и в Старых Мхах, к нам никому не пробиться, внешний чат тоже заблокирован. Мажоры используют все преимущества.

— Вася сдал меня, дед.

— Я подозревал, его видели с Силантием в Карагоне, плохое предчувствие привело меня сюда. Порталы из Тархангира не работают. Взял грифона. Жаль. Он мне мало помог. Красивый зверь.

Что-то чувствую себя плохо, голова кружиться. Заклинания у них прокачаны на нанесение максимальных болевых ощущений объекту.

— Наша защита продержится не более десяти минут, дед. Уходи оффлайн! Я настаиваю!

— Респовы никогда не отступают! — улыбнулся Архимаг.

— Эс!!! — на Модиана было страшно смотреть, — я постоянно взываю к Лоос, она не откликается. Такого не может быть. Это Дикий Лес. Я не понимаю, — эльф держался из последних сил, — ты обещал, Эс, сердце!

— Я помню, брат, всё помню, не беспокойся, — мы теснее сдвинули ряды, Щит Воды и Полог Разума становились всё тоньше, напряжённость защиты медленно, но верно снижалась. Цифры процентов в интерфейсе сменялись каждую секунду.

— Модианн, Дед, рисковать больше не вижу смысла. Капитан, эти бессмертные любят мучить жертвы. У меня есть артефакты. Видимо, не всю совесть продал Вася. Можно кончить всё разом. Подпустим поближе и я активирую пояс. Дед, держи Жемчужину. Используй её, она позволит тебе в течение минуты быть устойчивым к действию Пояса Мести. Скорее всего, Глухота завязана на кого-то из VIP-пятёрки. Ты сможешь сделать запрос админам, те заморозят локацию. Капитан, это способ уйти достойно, а не под пытками бессмертных. Ты готов?

— Спасибо, Холиенн. Смерть от руки брата, чтобы враги не надругались над честью… Ты более Тёмный, чем я. Лоос не ошиблась. Спасибо, увидимся за столом у Великого Альва!

— Артём, Жемчужину возьмёшь ты, мне дашь Пояс, я на грани потери сознания. Применю и сразу оффлайн. Бодайтесь дальше сами.

— Хорошо, дед, по моей команде, на счёт пять!

Моя сфера защиты уменьшила радиус до расстояния вытянутой руки. Капитан встал во весь рост, опершись на ножны своего меча. Единственный глаз его сиял, рот оскалился в улыбке. Он сыпал проклятиями в сторону «Уравнителей». Из-за множества сплетавшихся заклинаний и буйства стихий вокруг нас до небес поднялся столб пыли, лесного мусора, земли, перемежаемый огненными сполохами и разрядами электричества. Небо потемнело. Я увидел лица Силантия, Ундины, Мордора, Вия и Торквемады. Их цель была почти у них в руках. Протяни руку — и желание сбудется. Я постарался их не разочаровать.

И активировал Жемчужину. Раз! Раздавил её зубами.

Два! Защита начала стремительно таять. Три! В грудь, шею Архимага и Капитана вонзились несколько стрел с зазубренными наконечниками. Четыре! Модианн покачнулся, но устоял, метнув с размаху свой меч, как копьё, снёсший голову Вию. Чёрная кровь хлынула на Силантия. Пять!

— Дед! Пора!

Я обнял истаивающие на глазах тела деда и Капитана и закрыл глаза. Сообщения в техподдержку и администрацию не проходили. Мы ошиблись.

Я очнулся от обидного пинка под рёбра. Лежал на земле в своей старой тюремной робе. В инвентаре лежали два сердца и фиал. Всё остальное съела магия Пояса Мести.

— Ты готов к обнулению, Холиен? — я с удовлетворением отметил злые лица VIP-пятёрки, собравшейся вокруг меня в полном составе.

— Ты ответишь за все наши вещи, — прошипела Ведьма Ундина. Остальные сокланы стояли молча, готовые сорваться с поводка Силантия.

Можно было бы конечно сопротивляться до конца. Порох в пороховницах ещё был. Как и ягоды в ягодицах. Но смысл. До админов я так и не достучался. Чат Бюро молчал. Глухо, как в танке на дне Марианской впадины. Переиграли, ссуки…

— Если обнулите не мучая, выдам секрет Тёмной прокачки. Но только тебе, Силантий, — я поманил Палача пальцем. Тот, плотоядно улыбнувшись, подошёл ко мне и нагнулся.

Я, прикрыв рот ладошкой, сложенной «ковшиком» приблизил лицо к его правому уху: