Метаморф. Красный Робинзон (СИ) - Восточный Ставр - Страница 34

— Поддерживаю!

Когда некоторое количество «песка» молнии было собрано (я же не знал, сколько надо) Алукард оценил объём добычи и предложил:

— А давай его в тебя интегрируем? Обычно его в оружие или артефакты встраивают. Но в наших навыках работы с плотью у меня уверенности больше, чем в наших гипотетических умениях создавать артефакты или перековывать оружие.

— А давай! — легко согласился я.

Даже слишком легко — промелькнула в голове мимолетная мысль. Раньше я с куда меньшим энтузиазмом реагировал на предложения поэкспериментировать на себе, любимом.

Глава 16

Глава 16

Правую руку прострелил электрический разряд. Мышцы схватила судорога, а чешуйки встали дыбом. Подскочил пульс, виски забили в набат, глаза полезли из орбит.

— Не ёрзай! — одернул меня Алукард, когда я потянулся размять онемевшую конечность. — Лучше сосредоточься на дыхании. Медленный вдох, плавный выдох! Не торопись, а то молния тебя изнутри поджарит.

— И не болтай! Собьешь дыхание! — Я закрыл рот и сделал медленный и плавный выдох.

И пока я занимался дыхательной гимнастикой, крупинки Камня Молний, всё погружаясь и погружаясь в мою верхнюю конечность, оседали в костях, формируя при этом магический узор.

В целом, ощущения от операции не сказать, чтоб сильно болезненные, скорее странные и непривычные. Я, конечно, уже знал то чувство, которое появляется, когда по твоему телу течет мана молнии, но тут всё было совсем иначе.

Фульгур же сам генерировал энергию соответствующей стихии, да ещё и резонировал с моей внутренней энергией, отчего по телу то и дело пробегали электрические волны, которые стремились вырваться за пределы организма.

В воздухе начали проскакивать короткие дуги, а при дыхании стали слышны характерные потрескивания.

Вдох — горячо. Чувствую, как мелкие разряды щекочут легкие.

Выдох — наружу вырывается поток ионизированного воздуха. Щиплет в носу, чешуя на голове топорщится. И отчего-то хочется смеяться.

— И-и-и-и-и… — Алукард, прикусив язык, вносил последние правки в электро-магическую проводку моей правой конечности. — Готово! Прошу тестировать!

Я сжал и разжал кулак, направляя в него немного магии молний — ладонь тут же покрылась густой сеткой электрических всполохов, что с каждой секундой набирали интенсивность.

Вытянув руку, указал пальцем на валун в пяти метрах от нас.

Яркая вспышка — и на целых три секунды меня с камнем соединяет электрическая дуга, от которой в месте контакта булыжник начал чернеть, трескаться и крошиться.

— Класс! Не уверен правда, что электрические разряды должны вести себя именно так, но результат мне нравится.

В этот момент я выбрал мишенью булыжник поближе и уже менее интенсивной дугой выводил на ней «Здесь был Вася». Управление удавалось на удивление легко. Контакт с поверхностью не убегал, буквы ложились ровно.

— Так это и не совсем электричество! Это магия, — на этом месте зубастый колобок иронично развел щупальца в стороны, создав над головой маленькую радугу. — Ты постоянно забываешь, что физические законы твоего прошлого и этого миров не всегда тождественны.

— Мана, ментальная энергия, энергия Мира Грез — всё это вполне объективные физические явления, закономерно влияющие на все процессы, протекающие вокруг нас…

На освоение новой способности я потратил час. Кидаться молниями теперь стало гораздо легче, мощность на пике увеличилась почти на порядок. А уж если взять в руку молот, то я мог пародировать Бога Грома районного масштаба.

— Что-то быстро силы кончились, — мощность разрядов резко упала, а в груди появилось неприятное подсасывание.

— А чего ты хотел? Камень Молний позволяет теперь преобразовывать твою внутреннюю энергию в соответствующую стихию, но запас сил-то от подобного не вырос. Так что поздравляю с заслуженным магическим истощением! Запомни это чувство. Когда мы начнем полноценные тренировки, оно станет неотъемлемым твоим спутником.

Кошусь в Системное окно, где появилось новое уведомление:

(!) Камень Молний (интегрирован в тело, усиливает Магию Молнии на 300%).

Ха! Да это просто здорово!

— Здорово, здорово! А теперь дуй спать! И нет, — пресек Алукард мои возражения. — На сегодня больше никакой охоты, как и культивации. Только здоровый сон! А все великие дела — завтра!

Только вот у «завтра», похоже, на нас были свои планы.

С самого утра всё пошло наперекосяк. Сначала нашу пещеру заполнила целая стая (или правильнее будет сказать, колония?) теросов-инсектоидов. Размером с ладонь и с умением стрелять едким ядом. Они провоняли всё, что только можно было, пока мы справились с дезинсекцией.

Только выбрались наружу, сразу были атакованы какими-то крылатыми облезлыми тварями. Теросы выглядели так, словно подхватили бешенство. Пускали пенную слюну, были лысыми, тощими и продолжали атаковать даже с перебитыми крыльями.

— Я без понятия, что это с ними, — опасливо отодвинулся в сторонку Алукард.

— Так может, просто унюхали ментал?

— Точно нет. Я это проверил сразу. Они чем-то больны и истощены.

В итоге, мы решили не рисковать. И даже больше: натаскали дров и сожгли возможный источник заразы.

Кеша взмыл в облака и осмотрел окрестности. Сразу наткнулся на нескольких четырехранговых теросов в опасной близости — пришлось тратить время, чтобы обойти их по широкой дуге.

После непродолжительного поиска выбор, наконец, пал на медведя тридцать восьмого уровня, чапавшего от водопоя.

Когда речь заходила о высокоуровневой цели, я отдавал предпочтение более понятным персонажам, стараясь избегать слишком хитрых гибридов или вовсе существ, которых и описать то в двух словах затруднительно. От этих химер вечно не знаешь, чего ожидать, в отличие от старых добрых волков, медведей, крокодилов и прочих знакомых с детства животных. Да, у последних тоже бывают сюрпризы, но повадки всё же остаются близки к их «прародителям».

Выбранный терос оказался размером с одноэтажный дачный дом. Его когти оставляли на каменистой почве такие следы, что у меня мороз пробежал по коже. Пардон, по чешуе.

Сам же Миша, бодро переваливаясь, спешил в сторону леса. И это здорово сокращало нам время на подготовку. Ведь по оценке Алукарда, этот терос обладал магией природы, а потому дожидаться, пока он доберется до зеленого массива, было до крайности недальновидно.

Осмотревшись, обнаружил, что на пути следования нашей цели было целое поле сухостоя. Что ж, надеюсь, этому медведю пожар не нравится так же, как и его земным сородичам.

Прибавив ходу, добрался до нужного места буквально за минуту до появления там топтыгина. Пулей пролетел по траве, пуская правой рукой веер мелких молний. Огонь вспыхнул сразу и стал быстро распространяться.

Чудовище, наткнувшись на преграду, взревело и даже попятилось.

Так! Огонь не любит — уже хорошо.

«Кеша, пли! Дружок, Белка, Стрелка, подбираемся ближе!»

Первый же плевок нашей авиации пришелся прямо в глаза могучему монстру. Тот взревел, замотав головой.

Мы же тем временем окружали здоровяка с разных сторон, оставаясь пока незамеченными. Временные проблемы со зрением, треск и дым от пожара неплохо нас маскировали, позволяя быстро сжимать кольцо вокруг добычи.

«Вперед!»

Молниеносный рывок — и Дружок уже на вражеском загривке, с остервенением вгрызается в шею противника. Белка и Стрелка в этот же момент вцепились в задние лапы тероса, стремясь как можно быстрее пробиться через толстый мех и впиться в сухожилия.

Окрестности сотрясает могучий рев! Зверь встает на дыбы. Молниеносный взмах передней лапой (еле смог отследить такую прыть) — и Дружок переломанной куклой летит в сторону.

Теперь зверь сосредоточил внимание на Белке и Стрелке. Замах — молодые метаморфы, учтя опыт товарища и грациозно изогнувшись в полете, отскочили в сторону.

Я, наконец, подобрался к монстру в плотную и, покрепче сжав молот, направил во врага самую мощную молнию, на которую только был способен.