Хронум Книга II (СИ) - Альхаг Арвин - Страница 31

— Суходольского ты кончил?

— Не понимаю, о чем вы.

— Где его труп⁈ И трупы еще восемнадцати его подчиненных? В крематории сжег?

— Не понимаю, о чем вы.

Я слышал скрежет зубов старшего грандмейстера и думал о Молохе, который определенно переборщил с количеством жертв. И ведь крематорий не покидал усадьбы… Как он избавился от трупов? Чертов Молох со своими тайнами!

Возникало еще множество вопросов:

Почему мною занимался именно Полунин? Каждый раз я попадал именно к этому ненавистному мне ублюдку.

Сколько еще продлится тотальный контроль над моей скромной персоной? А главное: чем закончится эта встреча?

У меня была такая крыша, о которой я и мечтать не мог, но всему есть разумная мера, Сегодня убили восемнадцать, завтра тридцать шесть, а послезавтра под усадьбой будет валяться сотня трупов. И что тогда?

«Восемнадцать, сука, человек! Зачем стольких убил, Молох⁈», — никак не мог предположить я.

— Где взял деньги на покупку Суходольского?

— А вас это ебать не должно!

Сам себя я не мог узнать в эту минуту. Такую ненависть я испытывал к грандмейстеру, что обидные слова слетали с языка раньше, чем я их успевал придумать.

— Ты!

Полунин сжал кулаки с побелевшими костяшками, вылетел из допросной, сильно хлопнув за собой железной дверью. В коридоре долго еще слышались удаляющиеся звуки его ругательств в мой адрес.

Так я просидел минут десять в одиночестве, после чего в помещение вошел молодой курчавый полисмен. Паренек лет двадцати-двадцати двух, аккуратно разложил на столе какие-то бумаги и принялся заполнять их, периодически обращаясь ко мне за разъяснениями.

ФИО… Дата рождения… Место жительства… И так далее. Потом он взял с меня пояснения по поводу моего визита к виконту и попросил расписаться.

После этого меня отпустили.

Набережная Невы встретила холодным северным ветром.

— Отлично, хронум. Хорошо справился.

Я даже не дернулся, услышав спиной слова Молоха. С некоторых пор я стал различать его едва слышное дыхание. Молох был в допросной с самого начала.

Вообще все мои чувства обострились вместе с рангом. Поначалу я не замечал ничего особенного, пока однажды, будучи у себя в кабинете, не услышал кухарку, стонущую от страсти под моим братом. Я тогда сильно удивился наглости Олега. Мне показалось, что они находились в соседней комнате. Моей комнате! Каково же было мое удивление, когда я отыскал их в подсобке цокольного этажа. Цокольного (!), мать его, этажа! Также усилилось зрение и вкусовые рецепторы. Даже секс стал другим. Более ярким, что ли.

— Зачем ты убил так много людей?

— Свидетели, — безучастно пожал он плечами.

— Ясно.

Не верить словам Молоха не было причин. Всякое могло произойти после нашего ухода.

— Так мне полагается новая медалька от Организации?

— Нет. Но тебе дали очередное поручение. Если его выполнишь, с большей долей вероятности получишь повышение.

— Хм…

Мы простояли еще минут двадцать. Молох не стал раскрывать детали задания, а я смотрел на другой берег. Видел лица людей, гуляющих по набережной, в деталях рассматривал оперение мелких птиц. Стоило немного сфокусировать зрение, и предмет обретал четкие очертания. Мне чертовски нравился этот вновь приобретенный навык.

— Так и будем стоять или домой поедем? У меня как раз сериальчик должен начаться.

— Раз сериальчик, то поехали, — бросил окурок в Неву (удивился своей безалаберности, ведь раньше я так не делал) и пошел в направлении «Ауруса», где меня дожидался дед Залевской. Другим домочадцам в телефонном разговоре приказал не покидать усадьбы. Не то чтобы я опасался за их жизни, нет. Просто делегации мне не требовалась.

Только Стивен ослушался (или ему просто не довели), приехал меня встречать. Смешно было наблюдать, как он метался между мной и прогуливающимися по набережной суками в дорогих ошейниках. Попытался поманить его конфетой. И попал в точку! Конфеты он любил больше текущих сук. Не в меня собакен пошел, не в меня…

Женщину хотелось неимоверно!

Когда я набирал Залевскую, та интригующе сообщила, что дома меня ожидает сюрприз. Очень надеялся, что это будет секс. В предчувствии приятного вечера я захлопнул дверь авто, и мы тронулись.

В салоне автомобиля Молох наконец вышел из невидимости. Мне сразу же бросился в глаза его моложавый вид: морщины разгладились, и лицо посвежело.

— Мне кажется или ты сбросил лет, эдак, десять?

— Я все такой же старый, как и раньше. Показалось тебе, хронум. Лучше скажи мне, почему ты не носишь с собой скипетр?

— Ну почему же не ношу? Ношу. Но только в усадьбе. Ты ведь сам просил спрятать его подальше от чужих глаз.

— Говорил, — согласился со мной Молох и многозначительно погладил свой бесформенный посох. Дальше он задвинул ширму, разделяющую нас с водителем, и поудобней перехватил его в руках. На моих глазах посох начал трансформироваться в точно такой же скипетр, как у меня.

Затем скипетр начал обретать другие формы: меч, булава, наруч, шлем и в конце трансформировался в массивную печатку. Он положил ее в ладонь на уровне моего лица. Волшебство продолжилось…

Печатка засияла перламутровым блеском и начала менять форму, цвет. На дигеле появилась гравировка с двуглавым орлом, затем рисунок начал меняться и обретать новые формы, пока не появилась смешная морда Стивена. Настолько реалистичная, что я, потрясенный, смотрел, не отрывая взгляда. Нарисованный Стивен подмигнул мне, и перстень начал увеличиваться в размерах, обретая изначальный вид скипетра.

Нечто подобное я уже видел в пещере Улуг Хуртуях Тас. Тогда «Царь» сражался с гигантскими котами, используя скипетр в качестве оружия. Оно обретало немыслимые формы в его руках. На фоне «Царя» Молох выглядел дешевым фокусником, но и того, что он показал, было достаточно, чтобы произвести на меня сильное впечатление.

— Намек ясен?

— Какой к черту намек, Молох? Носить магическую штуковину на пальце? Тут много ума не нужно! Научи меня делать такие же фокусы.

— Фокусы, значит? Это магия, Лев, — Молох назидательно поднял палец вверх. — Первородная магия, заключенная в куске металла. Соединись со скипетром, докажи ему свою преданность, и он откроется тебе.

Наличие посоха могло объяснить сверхспособности Молоха, показавшего минимум два дара: туманника и одаренного стихии молния, что в принципе казалось невозможным.

Я хотел разъяснений, спрашивал Молоха, но тот потерял ко мне интерес, приоткрыл ширму машины и начал вести непринужденную беседу с Валентинычем.

Я раздраженно хмыкнул про себя: «Беседа ни о чем».

Теперь я по-другому взглянул на старика. Да, он определенно был стар. Даже с учетом чудесного омоложения (в чем я был уверен), он выглядел лет на шестьдесят пять-семьдесят. Но повадки выдавали в нем древнего старика, жившего на Земле по меньшей мере несколько столетий.

Откуда я мог знать, как должен выглядеть древний старик? Знал и все. И все же, как прожить столько лет? Невозможно!

Молох был безучастен. Его движения были скупы и расчетливы. В нем не била жизненная энергия ключом, лицо оставалось безэмоциональным в любой ситуации. Но и он имел свои слабости. Как оказалось, Молоха интересовали дурацкие сериальчики, старые японские аниме, вкусная еда и выпивка и, кажется, женщины. Не раз я наблюдал, как он смотрит на Катю. В его взгляде было мужское желание женщины. Марину, а позже и Окси он также вожделел. Уверен, пожелай он воспользоваться ими, я ничего не смогу сделать. Глубина его силы впечатляла, была непостижима. И в то же время он был обычным контролёром.

«Кто ты такой, чертов Молох⁈»

— Лев, Суходольское теперь наше, можем переезжать хоть завтра! — встретила Залевская меня на пороге усадьбы.

— А, так вот он каков мой подарочек, а я уж было размечтался…

— Я тебя не понимаю. Ты не рад?

— Очень рад, Катя. Но мне подумалось, что под подарком ты имела ввиду мое лечение, которое доставит мне особое удовольствие.