"Фантастика 2024-1" Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Булаев Вадим - Страница 308

Понимая, что напарник его сейчас жалеет и не ставит на вид полусонное состояние, Иванов понуро признался:

– В голове помойка. Соображаю плохо. Дважды Печать прикладывал. Помогает ненадолго. Вообще удивляюсь, как сработало… Вчера и позавчера Машка с Анисием все нервы вытрепали, дорога… В машине поспал немного, сидя, но лучше бы этого не делал. Шею тянет… Затем общага, Грабчаки с цыганами, шеф с его закидонами невнятными. Два с лишним часа через пробки тряслись. Издёргался… Обычно для меня пара суток на ногах не проблема… Таблеток нажрался, жду, когда подействуют. Кто хочешь ох… изумится, – попутно подкорректировав лексикон, почти закончил страдать инспектор, вспомнив о работе. – Кто звонил?

– Не поверишь. Юра. Новую работу ищет. По знакомому профилю. Расстроился, узнав, с кем разговаривает.

– Понятное дело. Ему урожай пристроить надо.

– Ага… У тебя телефон песенки поёт.

Коря себя за неважное состояние, Серёга извлёк смартфон, посмотрел на экран, повернул аппарат к напарнику.

«Руководство»

– Теперь то что? – взвыл Антон, предчувствуя новые команды из разряда: «Всё срочно меняется. Успевайте вчера».

Изобразив на физиономии вселенскую печаль, инспектор ответил на звонок:

– Слушаю.

– Иванов! Бери своего закадычного приятеля в охапку и быстрее ветра мчитесь на пост, – далее следовало доступное описание стационарного поста ГИБДД на южной дороге, километрах в двадцати от городской черты. – Там меня найдёте, в ложбинке. Позади. Немедля!

Связь прервалась. Швец принялся теребить начавшего впадать в ступор от таких новостей друга.

– Ну чего там? Чего?

– Нам приказано всё бросить и прибыть на гибэдэдэшный пост. С другой стороны города. Ехать будем часа три, не меньше. С пересадками и стоянием на всех светофорах. На такси разоримся.

– Он издевается?!

В руки призраку ткнулся смартфон напарника.

– На. Позвони. Спроси.

***

Добравшись к пункту назначения лишь в начале третьего пополудни, инспекторы торопливо прошли за пост, в указанную начальством низинку, где имели обыкновение парковать свои машины сотрудники ДПС. Удобное местечко, созданное самой природой и благоустроенное людьми. Укатанный съезд, небольшая площадочка, выложенная невесть кем и когда дорожными плитами, незамысловатая беседочка с положенными ей столом и скамейками, по сторонам, за оградой – кусты. Иванов и не подозревал о такой любви к комфорту у стражей дорог. Сколько раз здесь проезжал, а кроме скучного домика с большими окнами, мобильного шлагбаума, дежурной стоянки и неторопливо работающих жезлами сотрудников в форме, ничего и не видел.

Там их уже ждал шеф в компании неизвестного мужчины в гражданском.

– Видите? – не здороваясь, он сразу вогнал подчинённых в рабочее русло. – У дороги два автомобиля стоят?

Повертев головами, друзья отметили полицейский микроавтобус в характерной раскраске, припаркованный практически вплотную к зданию поста и тентованный фургончик чуть поодаль, кабиной к краю площадки и кузовом к дороге. Второе транспортное средство выглядело откровенно уставшим, державшимся на четырёх колёсах из последних сил и не видевшим заботливых рук механика как минимум никогда.

Смотрелись здесь обе машины совершенно естественно – одна стоит, потому что ей тут самое место, а другая сильно смахивала на те ехалки, в которых торговые кавказцы обожают возить овощи и фрукты без всяких сопроводительных документов.

– Видим, – признал Антон. – А в чём дело?

– В цыганах. Будем вашего Славу задерживать. В машинах группа специальная, натасканная, – далее проследовала крайне сжатая вводная с упоминанием событий в цыганском доме, закончившаяся кивком в сторону не влезающего в начальственный монолог человека в штатском. – Знакомьтесь, Вадим. Он над воинами в секрете главный и ваш… кг-м… наш коллега. Дай-ка бестолковку… – на лоб Иванова без предупреждения легла ладонь шефа.

Полыхнула начальственная Печать. Надоевшая боль исчезла. Парень поблагодарил, схлопотав напутственно-наставительное:

– О здоровье смолоду думать надо. Беречься… Кофе хлестал с таблетками?

– Да так…

Получив столь уклончивый ответ, Фрол Карпович лишь бросил в сердцах:

– Дурень! Воспитывать тебя и воспитывать!

Дождавшись окончания воспитательного процесса, мужчина протянул пятерню сначала Антону, стоявшему ближе к нему, потом Сергею, представился. Пока ручкались, напарники с жадностью рассматривали данного гражданина.

Постарше Серёги, худощавый, среднего роста, светловолосый с короткой, типичной для оперов стрижкой, гладко выбритый, уверенный. Глаза цепкие, взгляд умный, сканирующий, поза полурасслабленная. Чувствовалось – человек опытный, тренированный, в любой момент при необходимости готовый к драке. Одет просто – однотонная футболка на выпуск, джинсы и кроссовки. На шее золотая цепь в полпальца, на поясном ремне, справа – сумка-грыжа дорогой буйволиной кожи.

Первое впечатление – обычный розыскник, со стажем, из районного отдела полиции, без претензий на индивидуальность и не чуждый мелким понтам.

Единственное, что несколько портило образ – дорогая карманная радиостанция, висящая на левой половине ремня.

– И он колдун, – добавил Фрол Карпович, позёвывая, – государев…

– Это как? – обалдело воскликнул призрак, с ещё большим интересом, без всякого стеснения рассматривая Вадима.

– Как положено, – снисходительно поглядывая на изумлённого подчинённого, принялся объяснять шеф. – В столице службу несёт. Сюда на самолёте прилетел, в безотлагательном порядке… Имеется у него в ведомстве самолёт… За нечистью бдит, зарвавшихся окорачивает. Вроде нас, только от правительства. Или вы думали, что про наш Департамент никто ничего не ведает? Творим, что хотим, и всё тайно?

Примерно так напарники и думали, хотя и сомневались. Неоднократно по вечерам, на любимой кухне они рассуждали на эту тему, вполне логично предполагая, что раз есть на белом свете колдуны и прочие малопонятные по своей природе штуки – за ними обязательно должен кто-то приглядывать от государства. Гаранта охранять, заклинания шпионские блокировать. Да мало ли каких происков как из-за океана, так и внутри страны? Не сошёлся же на них, Сергее с Антоном, свет клином?

Вот и объяснение… Иванов на всякий случай сконцентрировался на ауре нового знакомого: средняя, привычная, почти как у него.

А начальник продолжал:

– Его ведомство, конечно, те ещё калачи с мякиной… При каждой власти нас на зуб пробуют. То так подлезут, то эдак… подчинить желают, чтобы, значит, мы на побегушках скакали. И каждый раз по сопатке давать приходится особо ревностным… Так бы давно и разбежались – горшок об горшок, и каждый в угол, да служба не даёт. Приходится иногда вместе союзничать. Правда, Вадим?

Колдун от силовиков хмыкнул, признавая правоту Фрола Карповича и добавил:

– Чистая правда. При мне такого не было, но наслышан, как вас орлы товарища Дзержинского поймать пытались.

Упоминание о железном Феликсе привело шефа в неописуемое веселье:

– Было дело! – смеясь от воспоминаний, согласился он. – В кандалы заковывали, маузерами пугали. А как я исчез прямо на глазах – едва в штаны со страху не наделали! Бегают, кричат, за каждый кустик заглядывают, каждый других винит, вы упустили мол… Боялись ответ держать перед начальством. Двое в Финляндию, слыхал, даже подались. Суров поляк был, ох суров. Но умница, – посерьёзнел рассказчик. – Мы с ним опосля, зимой встретились, долго говорили… Сейчас полегче стало. Нынешний президент с пониманием… Толковый, разумеет, у кого что спрашивать… В охрану колдунов поднабрал, ведьм, а они никого не подпустят. Ни оборотней, ни демонов, ни иных долгоживущих…

– Последнее не понял, – Иванов слушал с раскрытым ром, жадно впитывая в себя новое.

– Нельзя им во власть, – пояснил Вадим вместо Фрола Карповича. – Представляете, что может натворить тот же вампир во главе государства? Бессменное правление на сотни лет, как следствие – уничтожение института власти его роднёй, проникающей во все структуры, полная блокировка социальных лифтов, – тут он демократично поправился. – Их и сейчас почти нет, но тем не менее… В итоге – полное отупление населения, деградация, развал страны под влиянием других государств, регулярные бунты, падение экономики из-за непомерно раздутого силового блока, призванного держать обывателей в подчинении, неспешность реформ. В случае человеческого срока жизни, конечно, тоже существует вариант самодура у власти. Только он надолго не задержится. Лет тридцать, максимум – сорок. А там, глядишь, и режим поменяется…