Осторожно! Некромант! (СИ) - Молотов Виктор - Страница 51

— Ну что, Петрович, — положил я руку на плечи умертвию, которое как нельзя кстати оказалось рядом, — что делать будем, а?

— Опохмелиться бы, — промычал бомж.

— Правильно! — воскликнул я, обращаясь затем к Лизе. — Вот видишь? Какой он у нас сообразительный! С ходу раскрыл мой хитрый план.

— Дашь опохмелиться бомжу… — с сомнением посмотрела на меня Лиза. — И всё?

— Ага, — кивнул я. — Именно! И всё! А дальше — о-го-го! В общем, усаживайся поудобнее, — я повернул кресло в сторону большого окна, смотрящего во двор. Отодвинул штору, — Вот. Кинозал, первые ряды. Скоро начнётся хит сезона… Петрович, за мной!

Я налил в кружку боевой самогон, и над поверхностью напитка заплясали фиолетовые искры.

Петрович выпил до дна, а затем выхватил у меня двухлитровую бутыль, и опустошил её за один присест.

— Только без отрыжки, — поднял я указательный палец вверх. — С нами дама.

— Да пусть, если хочет, — засмеялась Лиза. Она не смогла усидеть на месте, когда я сказал, что пошёл набухивать Петровича. — Мне даже как-то забавно.

— Незабавно будет, если его отрыжка половину моей лаборатории разнесёт, — возразил я. — Лучше чуть попозже.

— Буль-буль, — кивнул Петрович и посинел.

— Ещё хочешь? — спросил я его.

— Опохмел, — кивнуло умертвие.

— Вот же неугомонный, — хрюкнул от смеха Пук на моём плече. — Интересно даже, что дальше будет.

Я подал Петровичу вторую бутыль, и её постигла участь первой.

Затем в ход пошла третья бутыль, четвёртая… пятая.

— Я лучше отойду, — сказала Лиза, испуганно косясь на бомжа, в котором булькало десять литров убойного боевого самогона. — Пойду лучше вон… в театр, на первый ряд.

И быстро испарилась. Но из дома уйти так и не успела.

Владик эвакуировал Брумхильду и что-то ей нежно приговаривая, переместился в тёмный угол гостиной, чтобы, как он выразился, «у беременной женщины не случился выкидыш». Ох уж этот Владик!

Даже обычно спокойный к таким делам Пук, наблюдая, как Петрович выпивает десятую бутыль, сказал, что нужно срочно отправиться на крышу, на доразведку.

Я и Петрович, в котором было уже двадцать литров боевого самогона.

И ничего не происходит.

Вдруг во дворе раздался страшный грохот, и в прихожей завизжала Лиза.

Я подбежал к окну. Инквизиторы осмелели, подойдя вплотную к моему дому. И один из самых жутко смелых или глупых кинул огненный шар, который не долетел и взорвался во дворе, оставив после себя большую дымящуюся воронку.

Ах вы ж, уроды! Ещё газон мне портите!

Ну ладно. Пока я жду реакции от Петровича, нужно воспользоваться тем самым артефактом с болота, который меняет действия заклинаний.

Я убежал к себе в спальню и вернулся с камнем, накрытым тряпкой. Затем вышел на улицу, открывая его. Главное, на него не смотреть.

И вдруг стало темно. Я поднял голову и увидел солнечное затмение. Для нас, некромантов, это знак. Значит, всё будет отлично!

Вдруг впереди себя я заметил прыщавого инквизитора. Он от неожиданности вначале растерялся, но потом засопел, нахмурил брови и по жестам я понял, что он хочет бросить в меня огненную глыбу. Но вот камень-артефакт засветился и…

Клац!

У него в руках появился большой леденец в форме петушка. Такой, лизать не перелизать. С него ростом. И, конечно, петушок победил, упав на инквизитора.

Я положил камень под куст, чтобы никто его не смог увидеть. Повернулся спиной.

И тут услышал хлопок конфетти, и возмущённые крики. Затем весёлую музыку какого-то ансамбля, следом плеск волны.

Обернувшись, я расхохотался. Один уходил мокрый, видимо, на него обрушилась морская волна. Перед вторым уже третья хлопушка бахнула, а он ведь хотел прямо сейчас меня накрыть пламенным взрывом. Третий недоумённо смотрел на какой-то большой ящик, из которого раздавалась задорная бразильская музыка.

А вот и четвёртый — решил, что он самый умный. Пытался накинуть сеть на артефакт и украсть у меня его. И как увидел, собака, я ж его спрятал. Но вместо этого вызвал секс-машину на гусеничном ходу. Робот явно желал познакомиться и катался за ним по дороге, а инквизитор в панике убегал от него.

Весело им, в общем.

Ну а потом я увидел, как камень потускнел. Что с ним происходит? И тут ко мне прилетело воспоминание из прошлой жизни. Я ещё молодой. Учитель стоит у доски и рассказывает, что артефакты-метаморфы при большой нагрузке разряжаются и нужно их закрывать, чтобы они вновь подзаряжались. Ну вот, видимо, и этому пришёл кирдык, правда, временно.

Я забрал его, накрыв тряпкой, и зашёл с ним в дом. Надо проверить Петровича. Может, уже пора выпускать зверя наружу?

Хорошо, что зашёл в экспериментаторскую. Петрович вылакал тридцатую бутыль и уже начинал меняться. Увеличился в полтора раза, посинел ещё сильней. И хотел пустить отрыжку.

— Пойдём, дорогой, — я кое-как вывел раздувшегося Петровича через дверной проём к входной двери.

— М-м-мамочки, — Лиза вытаращилась на меняющееся на глазах умертвие.

— Всё под контролем, — поспешил я успокоить девушку.

И только Петрович кое-как пролез через дверной проём, произошла очень бурная реакция.

Он увеличился раз в десять и стал похож размерами на Кинг-Конга. Его одежда разорвалась в клочья, у него появились мышцы, которые вздулись буграми, и цвет кожи стал металлическим.

— Буль-буль! — заревел гигантский бомж.

Те инквизиторы, которые начали подбираться к моему дому, остановились и с ужасом выпучились на великана.

— Петрович! — крикнул я, и монстр опустил взгляд на меня. — Вон, смотри! Все, кто в тёмно-серых рясах — плохие люди! Они хотят тебя закодировать!

Петрович взревел ещё сильней. Так, что окна задрожали.

А затем он побежал вперёд, начиная раскидывать инквизиторов.

За молниеносными движениями Петровича я кое-как различал выпускаемые фаерболы, ледяные стрелы, смерчи, шаровые молнии, вспышки света. Один чудак даже стоял с какой-то большой книгой и читал молитвы. А когда Петрович оказался неподалёку, начал читать громче, и тем самым привлёк внимание гигантского бомжа. После удара он отлетел в одну сторону, книжка в другую.

А затем в Петровича посыпались различные магические снаряды, которые отскакивали от него, как горох от бетонной стены.

Бомж-гигант заревел и бросился в самую гущу врагов.

Я повернулся и зашагал к дому, слыша звуки избиения инквизиции Петровичем. Щелчки используемых тотемов, взрывы чего-то мощного, крики возмущённых магов, вопли возмущённых магов, стоны поверженных магов.

Я зашёл в дом.

— Ну что там? — спросила испуганная Лиза.

— Всё хорошо, — успокоил я её. — Петрович нагибает армию инквизиции. Ждём, — я посмотрел на время, — ещё минуты две.

Когда время истекло, решил я немного прогуляться по улицам.

Красота! Вся проезжая часть и тротуары были усыпаны инквизиторами, словно переспелыми ягодами. Они, охая, отползали от маршрута Петровича, ведь он возвращался.

Но вот бомж-гигант стал уменьшаться, и к нашему дому он уже дошёл обычным Петровичем, который опять жаждал опохмелиться.

Рассмотрел я, что наделали эти придурки, и покачал головой. Своей магией они расфигачили прилегающие жилые кварталы. Много частично разрушенных домов с зияющими дырами в стенах, ещё больше — руин на их месте, а часть просто стёрта в пыль до фундамента. Благо все жители были вовремя эвакуированы.

И что удивительно мой старенький домишко остался цел и невредим.

Только я собрался зайти внутрь, как услышал ещё один звук.

Конечно, я обернулся. И мне не понравилось увиденное.

— Ну что, некр, вот мы и встретились, сска! — услышал я от какого-то бородатого мужика в магических наколках. От него разило страшным перегаром. А в руке он держал лакированный и сияющий, как его лысина… ботинок!

Глава 25

А я где-то видел этого гада. Точно! Это же Мефодий. Мы сверлили друг друга глазами, и каждый из нас готов был среагировать в любой момент.