(не) избранная для султана (СИ) - Калина Лина - Страница 21

Девушка кивнула, зная, что спорить с Азой бессмысленно. Всё равно Аня плохо разбиралась в устройстве этого мира, и рабыне было виднее, где наложница должна быть. Аня еле успевала за женщиной, пока они быстро преодолевали коридоры дворца.

В воздухе витал запах свечного воска и древесины, ковры под ногами поглощали звуки шагов. Они прошли мимо множества закрытых дверей. Спустились по широким мраморным лестницам, пересекли большую залу, украшенную золотыми узорами и драгоценными камнями. Стены были увешаны портретами султанов, глаза которых словно следили за Аней из любой точки. В конце концов Аза остановились перед массивной дубовой дверью.

— Мы пришли, — прошептала рабыня, толкая двери вперёд.

Глубоко вдохнув, Аня вошла в залу. Позади послышался негромкий хлопок. Девушка осмотрела просторную комнату для театральных репетиций. Огромные арки окон открывали великолепный вид на внутренний дворец Саттара и пропускали дневной свет, освещая всю залу. Свет падал на пол через цветные витражи, наполняя помещение тёплыми оттенками.

Маленький пухленький человек, похожий на шарик, стоял перед сценой. Ане показалось, что он выглядел как персонаж из детской книги, который вышел за её пределы и оказался в настоящей жизни. Его голова была лысой, что ещё больше усиливало образ шарика, и блестела, словно полированный камень. Маленькие глаза-пуговки были полны хитрости. Они ощупали Аню, ничего не упуская из виду. Толстые губы раскрылись в улыбке.

— Быстрее отправляйся на своё место, — указал он палкой, подобием указки, которую сжимал в руке.

Вокруг него на полу были разбросаны шелковые подушки разных размеров и цветов, создавая ощущение царства удовольствия. На этих подушках устроились наложницы. В воздухе витала волшебная пыль, словно пелена, застыла над потолком, переливалась всеми цветами радуги, как миллионы маленьких алмазов.

Аня заняла единственное свободное место между двух девушек, которых видела раньше на уроке в шатре. По их перешёптыванию она поняла, что блондинку звали Яра, а шатенку – Аника.

— Для вновь прибивших, — вздохнул мужчина и посмотрел Ане в глаза. — Моё имя – Заир ибн Дави, я управитель театром аль-Адхарий. — Пафосно развёл руки в стороны, демонстрируя, что это всё его. — Перевод красив и прост: нимфы, — пояснил Заир. — В моём театре двенадцать самых талантливых дев, повелевающих иллюзиями, — выделил последнее слово и элегантно махнул рукой, — с помощью ваших помощников, конечно же. Среди нимф существует иерархия: Аввалу-ль-Адхарий и Танью-ль-Адхарий. Аввалу – первая из дев, она основа. Все главные роли и любовь султана принадлежат ей. Танью – вторая. Если с аввалу что-то случится, танью её заменяет. Кроме того, она вторая, кто выберет себе ту роль, которую захочет. Если вы вздумаете убить аввалу, то танью станет первой, и мы выбираем новую вторую. Всё понятно?

Наложницы закивали.

— Эти почётные должности следует заслужить, — продолжал Заир.

— Интересно, кто сейчас аввалу? — прошипела Яра.

— Даже если ты её убьёшь, — хмыкнула Аника, — тебе не украсть любовь султана.

Блондинка хихикнула.

— Не собираюсь я никого убивать, просто хочу занять место подле Саттара. Чтоб он не смел ни никого смотреть, кроме меня. А значит, я буду новой аввалу!

— Ты слишком высоко метишь, девушка. Понизь планку.

Яра фыркнула.

— Не стать тебе аввалу, коли будешь много болтать, — рядом с ними остановился управитель, а его палка-указка расположилась в сантиметре от лица урусски. — Я терпеть не могу, когда нимфы болтают!

— Простите, — выдавила из себя Яра, и губы раздвинулись в своей самой обольстительной улыбке, которая не произвела впечатления на Заира.

— Ещё раз услышу галдёж, удалю. И вы будете не вправе претендовать на роли в моём театре, — мужчина вернулся поближе к сцене. — Итак. В труппу нужно три нимфы, а потому вы будете участвовать в постановке, и я выберу самых толковых. — Управитель нахмурился. — Наш повелитель желает посмотреть пьесу про Ясмину и Сулаймана.

Восхищённый ропот разошёлся по залу.

— И кто будет Ясминой? — тут же раздался холодный голос Яры.

— Конечно же, моя аввалу, девушка. — Он указал сначала в одну сторону, потом другую. — А вы все будете духами: шесть джиннов на шесть ифритов. Это будет красивый танец-бой иллюзий: когда ифриты похищают Ясмину, то джины пытаются их остановить.

— И кто будет учить нас танцу? — спросила Наката.

— О-о-о, в этом и суть задания, — расплылся в улыбке управляющий. — Вам придется договориться между собой и придумать всё самим, зал в вашем распоряжении. Признаться, с нетерпением жду вашего танца. И не забудьте о своих помощниках: если умело используется их дар — у вас выйдет замечательная постановка.

Глава 18

Несколько дней для Мехтаб пролетели незаметно. Они со Стасом гуляли, много разговаривали и наслаждались друг другом, и, каждый раз просыпаясь, девушка прокручивала в памяти события, пытаясь понять: кто она и где.

Мехтаб бинт Айман всё еще была Аней Граниной, у которой был прекрасный и любящий муж. Единственное, что удручало: Дружочек стал ещё прозрачнее, и с этим предстояло что-то делать. Мехтаб пообещала себе, что, как только они вернутся домой, в то место, которое Стас называл домом, хотя девушка не понимала, где именно оно находится и как там всё устроено, она обязательно попробует решить ещё одну головоломку, касающуюся хамелеона.

— Попрощайся с этим краем, — задумчиво произнёс Стас, когда они собрались уезжать. Он смотрел на пустыню, и Мехтаб видела, что грусть в его глазах искренняя. Она бросила взгляд на поющие барханы, понимая, что не забудет это место никогда. И, как только перенесётся назад, обязательно расскажет всем, насколько удивительными бывают другие миры. Она попробует нарисовать его, ибо её рисунки довольно неплохи, если верить отцу.

— У тебя есть листок? — спросила Мехтаб мужчину, и он тут же достал блокнот, протягивая ей.

Мехтаб приняла серую книжицу и с удивлением уставилась на четыре арабские цифры: 2023. Проведя по выпуклостям подушечкой пальца, она задумчиво спросила.

— А что это за цифры?

Стас удивился.

— 2023 год от Рождества Христова, — ответил в недоумении. — Ань, что происходит?

В её мире шёл 934 от рождения Сулаймана Великого. Наверное, Христов это какой-то султан, решила Мехтаб.

— На мгновение вдруг показалось, что я пришла из другого мира, — посмотрела ему в глаза. — Ты бы поверил?

Стас сдвинул брови, не зная, почему жена играет с ним в подобные игры, и, если раньше это было даже весело, то теперь приняло пугающие обороты. Видя, что мужчина не готов к подобному, Мехтаб улыбнулась, чтобы снять напряжение, зародившееся между ними.

— Поверил? — спросила ласково.

Стас шумно выдохнул, и она увидела, как гора спала у него с плеч.

— Иди сюда, — протянул руку, и девушка подошла, позволяя себя обнять.

— Если ты дашь мне ручку, я сделаю зарисовку, — продолжила.

— Ладно, — нехотя оторвался от жены, вытаскивая из бардачка запрашиваемое.

Мехтаб нашла чистый лист в блокноте и, смотря на натуру, принялась переносить увиденное на бумагу. Стас смотрел из-за её плеча, сравнивая оригинал с картинкой, и пришёл в восторг, когда из-под тонкого пера ручки появлялись верблюды, юрты, барханы и мелкие цветы, устилавшие землю.

— Даже не знал, что ты так отлично рисуешь, — принял от неё блокнот.

— Наверное, я тебя ещё удивлю, — пожала плечами. Обошла машину и села на своё место. Стас ещё раз бросил взгляд на пустыню и устроился на водительском сидении.

Мехтаб привыкла к мужчине, слышала незнакомцев по телефону, разговаривала с местными жителями, и, казалось, стала ближе этому миру, но, когда по пути стали попадаться деревни, а за ними города, в которых кипела жизнь, Мехтаб поняла, что он огромен. Она крутила головой, проезжая мимо домов, магазинов, парков. Смотрела на людей, которые выглядели совсем иначе, чем там, где она жила всё это время. Видела странные повозки на колёсах, созданные для одного человека, больших монстров, в которых сидело много людей.