Проведи меня через туман. Летопись первая: Велесовы святки (СИ) - "Kira Bullet" - Страница 61

— Да етижи-пассатижи, — разочарованно протянула Мирослава, наблюдая, как на табло сменяется счет на 1:1. Что ж, пора применять новую тактику. Игра продолжалась, и ей надо было кровь из носу определить, где мотыляется невидимый мяч.

Она резко полетела в центр поля, маневрируя и обгоняя игроков соперника, которые еще радовались забитому мячу. Выхватывая биту и чуть подкидывая ее, Мирослава сбросила рукавицы, которые сейчас только мешали. Перстни заблестели на сразу покрасневших из-за мороза пальцах.

— Давайте, дорогие, — кричала она своим магическим фокусировщикам, — мне нужен весь талант и магия, я же ведьма, или гори оно все синим пламенем! — яриловка чувствовала, как с ее кос слетела лента. Что ж, теперь она точно лохматая, взмывающая к полной луне, как настоящая ведьма с картинок детских сказок! Только вместо метлы ковер и в руках бита. Представив, как выглядит со стороны, прижала шапку к голове, не желая получить менингит, и истерично расхохоталась.

Она вырвалась вперед и, применив приклеивающее заклинание, перевернулась, ловко выбивая ослепляющий мяч. Применять дополнительные заговоры или заклинания на мячи было бесполезно, поэтому важно было не только сильно бить по атакующим мячам, но и метко целиться.

— Да! — крикнула она, когда мяч прилетел прямо в грудь Лугового, ослепленного восторгом от своего гола и подлетевшего к трибунам болельщиков. Что ж, не будь изначально слепым, чтобы не получить ослепляющий мяч. — Всем собраться! — во всю мощь закричала Мирослава, и ее сокомандники тут же оживились.

Надо ли уточнять, что после такого в нее летали мячи теперь в два раза чаще.

— Главное найти невидимку, — успокаивала себя девочка и на всякий случай пока не отклеивала свои ноги от ковра, чтобы избежать очередного падения. Команды бились, словно это была не игра новичков и однокурсников, а заядлых и опытных врагов, жаждущих выгрызть победу зубами.

Снова пошел снег, валя с неба крупными хлопьями.

В игру активно влился Данила, не дававший Третьякову много возможностей для непредвиденных действий, тем самым чуть ослабил «поводок», не позволявший свободно играть Мирославе.

Когда прошло почти восемнадцать минут от начала второго периода, ничего не изменилось, кроме того, что юные игроки уже выдыхались от высокого темпа полетов. Ничего легкого в том, чтобы летать на ковре не было — надо было полностью контролировать свое тело, держать в напряжении каждую мышцу, тянуть ковер, словно за поводья или стоять на нем ногами. В общем, по физической нагрузке это было близко с серфингу на больших волнах океана.

Решив, что стоять на месте и выслеживать невидимый мяч, да еще и являться недвижимой мишенью для мячей-дезориентаторов было не лучшим делом, Мирослава носилась по полю так, будто за ней гонялась стая упырей.

Луговой был до сих пор ослеплен и сидел без лишних движений на ковре почти у самого низа поля, куда его откатили сокомандники. Поэтому опасность представлял только вездесущий Иван, который, казалось, тут же оказывался там, куда пока только летела Мирослава.

Но судьба решила, что ничейный счет игры — совсем не их вариант. Когда Ваня также облетал поле на коротком от нее расстоянии, в него чуть не прилетел замораживающий мяч, а летел он прямиком в его голову. Когда же парень увернулся от него, то Мирослава случайно увидела, что рукав его белой рубашки согнулся совсем не как от ветра, а очень резко и тут же вернулся обратно. Третьяков, кажется, не обратил на это внимание, занятый замораживающим мячом.

Очень вовремя Данила решил метнуться в сторону, подрезая атамана команды «Сокол», что дало ей фору. Она рванула туда, куда, как ей показалось, полетел невидимый мяч. Ох, и сложная это была задача, но так как недавно пошел снег, то свершилось чудо: мяч, летевший сквозь белую пелену, оставлял после себя почти невидимую дорожку. Игроки хорса, привыкшие к тому, что она и до этого металась по полю «как резанная», не обратили должного внимания и в этот раз.

А яриловка летела вперед и уже начала снова паниковать, боясь упустить мяч из виду, но тут он резко стукнулся ей в живот, и она замахала руками, ища его в воздухе. Схватив крепче свою добычу, Мирослава понеслась к аспиду Скифу.

— У нее мяч! Помешайте ей! — послышался голос Дениса Лугового, к которому только что вернулось зрение. Но было поздно. Третьяков был уведен дружинником Емельяненко на другую половину поля, поэтому ему было бы очень трудно развить нужную скорость, чтобы догнать ее.

Облетев Скифа два раза, девочка воспользовалась тем, что клюволапый змей решил стряхнуть снег и сильно замотал телом и головой. Стража хорса явно не ожидала такого исхода событий и, носясь за яриловкой, не смогла ничего сделать. Мяч был заброшен. Первая игра команды «Аркуда» выиграна!

Когда стадион разразился бурными криками и свистом, сменилась музыка с воинствующей на более плясовую, комментаторы объявили счет, и Богдан Добрыйвечер почти выпал из окна комментаторской кабинки. Он махал им, высунувшись в окошко, поздравляя ватагу ярилы с победой, а игроки обеих команд в это время пожимали друг другу руки в районе предплечья.

— Это было здорово, — улыбнулся Ваня Мирославе, когда подошла очередь и им обменяться рукопожатием.

— Взаимно, вы отлично играли, — ответила ему девочка и побежала к ждущим ее одногруппникам.

Когда все переоделись и пошли к школе из раздевалок, она выглядывала подруг и Яромира, но они, видимо, уже ушли внутрь. Пообещав команде, что сейчас вернется в общежитие, направилась в медзнахарские палаты, но там никого не было.

Медзнахарка вышла на скрип открывшейся двери и сказала, что Никите наложили временный гипс, выдали лекарство и отправили в хребет. У него оказалась всего лишь трещина и пара ушибов, а не перелом, поэтому за пару-тройку дней на крепких снадобьях все срастется. Магия! Медицина простаков бы залечивала такое повреждение минимум несколько недель.

Вздохнув с облегчением, Мирослава поблагодарила медработницу и побежала в «курятник». То, что творилось внутри их маленькой гостиной в блоке «Терем», стало для нее полной неожиданностью. Как в гостиной, сплошь заставленной диванами, стеллажами и столами, площадью не более нескольких десятков метров, поместилось, как показалось девочке, не меньше ста человек!

Тут были не только изъявившие желание прийти первокурсники, но и ученики со старших курсов. Здесь же были и Богдан Добрыйвечер, подпрыгивающий на диване с Ильей Ярославцевым, их старостой. Парни закинули руки друг другу на плечи и громко кричали. Все держали стаканы со сладким квасом и громко подпевали слова песни:

«Ой, да в круг медвежий танец,Иван-чая лукавый румянец,Топтали листья клевера —Разорвали сердце верное!Заступись за меня, Ярила!Зуб за зуб, да око за око…Видно, зря я к нему ходилаПо волнам травы высокой…»(текст песни Ярило – Калевала)

— Она пришла! Ребята! — из толпы выскочил бледный Никита. Рука с трещиной в гипсе была подвязана повязкой, и он приобнял здоровой рукой подругу за плечи. Все резко повернулись в их сторону и подняли стаканы вверх. Богдан, пробежав сквозь толпу, подхватил Мирославу и приподнял ее от пола, будто они были сто лет знакомы.

— Два гола! За первую игру! Финт с переворотом на ковре! «Аркудааа»!!! — он взвыл, как раненный медведь, но все тут же подхватили его рев, гостиная снова наполнилась громким криком. — Никита, тебе респект, ты мужик, спас свою сокомандницу, — он пожал ему руку свободной рукой, второй все так же держа первокурсницу. — Мария и Веня! Замечательно держали оборону около Есаула! Молодцы! Ксюша и Данила! Отличная и меткая игра, бита вас любит!

Он опустил дрыгающуюся Мирославу на пол.

— Я в восторге, правда! Скажу вот что, многие команды разваливаются спустя одну-две игры! Я готов поставить свою руку с перстнем на то, что вас это не коснется, желаю и предсказываю вам высшую лигу по «шабашу!».

Гуляния и поздравления продолжились, а Мирослава двинулась сквозь толпу искать Яромира. Почему-то его она нигде не видела, да и он ее отчего-то не искал, хотя всегда ждал подругу даже после обычных тренировок.