Сделай и живи спокойно 3 (СИ) - Демидов Вадим Николаевич "Vicont" - Страница 46

Не, ну то, что товарищ Собкин умеет разговаривать, как настоящий прораб это не новость. Приходилось слышать от него и покруче выражения. А вот то, что коллектив отдела милиции испарился из Ленинской комнаты за каких-то три-четыре секунды это достойно упоминания. Единственная кто осталась это Катерина. Попробуй тут не остаться, когда начальственный рык: - "Воронцова, а ну стоять!" был слышен, наверное, на станции Тихонова Пустынь. Она и рассказала, что тут происходило, на самом деле...

Катерина, добрая душа и активный секретарь комсомольской группы, по своей инициативе решила разыграть целый спектакль с моим награждением. Да, вот такие дела! Меня, отдельным приказом по Калужскому МГБ, оказывается, наградили почётным подарком. Целый лёгкий мотоцикл германского производства, должны вручить перед строем и вдобавок ещё одну почётную грамоту. Ну а Катя просто хотела всё это обставить так, чтобы запомнилось на всю жизнь. А получилось так, как получилось. Но одно могу сказать точно, что я запомню ЭТО, на всю жизнь! Потом, я минут десять пытался понять, как это должно было выглядеть, если бы Катерине всё удалось, но так и ничего не придумал. Впрочем, женская логика не поддается мужскому осмыслению. Тем более логика счастливой женщины, которой охота сделать всех окружающих такими же счастливыми, как и она. Собкин меня молча поддержал, а Катерине предложил, раз уж она это дело заварила, побыстрому собрать личный состав на улице. Надо же закончить начатое и, наконец-то: - "Вручить этот мотоцикл товарищу Тихому и побыстрее", чем она и занялась.

Пока Катя носилась по отделению и изображала из себя систему оповещения, мы с Собкиным успели немного обсудить насущные дела. Вся чехарда, с этими наградами, началась со звонка из Москвы лично товарищу Собкину. Там предложили подумать и, своей властью, исходя из возможностей, наградить отличившегося члена бригадмила памятным подарком и прекратить названивать в Москву, чтобы напоминать, о его героическом поступке. А, по прошествии неполных суток, Собкин был вызван в главное управление МГБ по Калужской области. Где его похвалили за прекрасно проведённую операцию по задержанию опасного преступника. Ну там ещё много чего наговорили и пообещали, а главное - очень строго попросили больше о этом деле не вспоминать. Но Собкин не был бы Собкиным и поэтому, он решил разобраться в этой ситуации кардинально. Пришёл в отделение и позвонил, какому-то своему знакомому в Москве. Мне он подробности не рассказал, да и не надо мне это. Но видимо этот знакомый был - "ого-го какой знакомый!" - раз сразу же выложил информацию о награждении в Кремле. А Собкин ошалев от новостей, не придумал ничего лучше, как позвонить в Сочи, чтобы ошалел уже я. Дальше проще - собрались всем отделением, где быстро решили, чем наградить Вилора, когда он вернётся из санатория. Все знали, о моём участии в задержании и полученном ранении, поэтому посчитали, что мотоцикл будет прекрасной наградой. Тем более что в калужском железнодорожном депо их было несколько. Всё равно - лежали на складе и ржавели. От немцев осталось много трофеев и не только мотоциклы, а вот запчастей почти не было. Выбрали самый, на вид, новый и заменили в нём, в течении одного вечера, всё что можно, используя в качестве доноров другие. Собрали, помыли, почистили, а где нужно ещё и покрасили. В итоге получили вполне годный мотоцикл. И теперь он будет мой. Даже не знаю - радоваться или горевать? Бензин нынче дорог, а уж про запчасти я вообще молчу. Катерина заглянула в кабинет и доложила, что все нас ждут. Собкин показал мне на дверь. А я что? Пошёл, что тут ещё сделаешь-то?

Как мне не хотелось домой, а эту процедуру пришлось выдержать до конца. Да собственно всё прошло, как-то буднично. Лейтенант зачитал распоряжение и вкратце освятил мои похождения в поезде. Потом поблагодарил за службу и вручил очередную почётную грамоту. Затем пошли неожиданности. Вместе с грамотой мне передали офицерский планшет. Грамота хорошо смотрелась внутри этого кожаного мини-портфеля с ремнями, чтобы носить через плечо. Ещё был значок сотрудника бригадмила и лётчицкий зимний шлем с очками(смотреть в доп.материалах). Задарили меня выше крыши, аж немного неудобно стало. Но всем всё нравилось и каждый подарок строй милиционеров встречал аплодисментами. Жаль оркестра не было, а то бы выглядело совсем по праздничному. Но и так проходило прекрасно. Мне понравилось.

Так-то у меня был, в той жизни, мотоцикл. После армии купил "Яву 350/638" с рук. Но ни грамма не пожалел о приобретении. Отработала, пока была у меня, на все сто процентов. Так что обращаться с этой техникой я умею. Тут же был какой-то непонятный пепелац, под интригующим прозвищем "NSU-Quick"(смотреть в доп.материалах). Больше всего это чудо было похоже на велосипед с моторчиком. За каким фигом и как его использовали во время войны, я даже представить не могу. Хотя... может какие-то бесстрашные связисты на таком рассекали по дорогам Калужской области или ленивые и очень стройные курьеры. Не знаю! Знаю одно - это аппарат теперь мой, а те козлы - бывшие хозяева которые, где-то закопаны, а может в плену - восстанавливают всё что успели порушить. По крайней мере, я очень на это рассчитываю.

Полчаса ещё постояли, поговорили, пока не прибежала Катерина и, в присутствии всех, начала отправлять меня до дома. Я сопротивлялся, как мог и говорил всем, что зову всех присутствующих в гости - надо же мотоцикл обмыть, иначе он ездить нормально не будет, но меня настойчиво выгоняли. Катя, на ушко мне, сказала, что обо всем позаботится, а я должен ехать. Тогда, раз уж такое дело, действительно надо быстрее добраться до дома. Усаживаясь на мотик, я неожиданно вспомнил, на какую советскую модель похож этот аппарат. Это же "Рига - 7" в самом её архаичном виде! Я могу ошибаться в мелочах, но на внешний вид почти один-в-один. Завёлся мотик очень легко. Хотя, о чём это я! Над этим памятным подарком колдовало всё Калужское железнодорожное депо, под присмотром ребят из линейного отдела. Я просто уверен что, пока мотоцикл не стал заводится с полпинка, от мастеров далеко не отходили. Так что чего тут удивляться?

Раз уж меня гонят домой, то не буду задерживаться. Шлем с очками одел, планшет как и положено повесил через плечо и стартанул. Хорошая машинка мне досталась. По ощущениям тот же велосипед, только педали не надо крутить. Так что теперь мне пофиг, на всё калужские горки и подъёмы. Это не ногами работать, тут моторчик трещит и тащит, только и успевай рулить.

Денег с собой нет, как нету и рюкзака. Поэтому никуда заезжать не буду. Была мысль занять у Катерины пару червонцев, на хлеба купить. Но не стал. Не думаю, что это будет правильно. Мне почему-то кажется, что Конкордия Прохоровна обо всем позаботилась. Одно мне даёт покоя - сегодня воскресенье и неужели все ребята, которые меня поздравляли, собрались только из-за меня, лишившись при этом положенного выходного? Или это была дежурная смена? Или... Я вообще ничего не понимаю.

Весь путь до дома мечтал о тарелке хорошего, наваристого борща. Время-то уже обеденное. Кушать охота, как-никак час дня, на моих иностранных. А я, в последний раз ел, если мне не изменяет память, в поезде ночью. Так что организм, избалованный санаторным режимом, напоминал о себе громкими руладами. Моторчик моего мотоцикла рычит, а желудок ему в унисон отвечает голодным рёвом. Я даже стал оглядываться, не дай бог, кто-то услышит такой дуэт. Вот будет разговоров в нашем маленьком городе. Да уж!

Не смог проехать мимо мастерской Лепестока. Так уж получилось, что на Социалистической образовался затор из телег и автомобилей. И мне ничего не оставалось, как свернуть на улицу Ленина. А тут, как раз и мастерская прямо по курсу. Заглянул и был поражён. Весь коллектив трудился не покладая рук. И это в воскресенье, между прочим! Загадка разрешилась быстро. Большие заказы, в преддверии осенних заготовок, исполнялись прямо на моих глазах. Куча баков из нержавеющей стали, трапециевидные жбаны с крышками и много других нужных изделий громоздились возле входа. Но и, как я успел заметить, про мой пресс для опилок, тут тоже не забывают. Несколько готовых к использованию ручных прессов стояли, сохли после покраски. Сам Михаил Михайлович лупил киянкой по куску жести. Причём грохот от этого действа, не мешал ему громко кричать, на какого-то работника, что что-то делал неправильно. Хотел уже повернуться и уйти, чтобы не отвлекать народ от работы, но был замечен мастером. Кто бы сомневался. У этого человека всё находится под неусыпным контролем. Киянка полетела на верстак, а лист жести был отодвинуть в сторону. Два шага и мастер стоит, улыбается прямо передо мной. Поручкались и похлопали друг друга по плечам. Вышли на улицу, где я показал свой подарок.