Ярость Света (СИ) - Неженцева Екатерина - Страница 39

Тогда, богиня, ты будешь стоять передо мной, а твои глаза будут светиться искренностью и покаянием. Душа очистится от скверны Тьмы, и ты примешь ответственность за свои грехи.

И я не отвергну тебя, а подам руку. Именно тогда начнётся твой долгий путь искупления. Вместе мы пройдем через испытания и трудности, примиряя внутренние противоречия и обретая новое понимание. Ты обретёшь прощение, а я – понимание того, что справедливость может смягчиться в милосердии.

Так будет решено наше судьбоносное противостояние, и мир будет преображен. Баланс Тьмы и Света восстановится, и Вселенная узнает о нашем пути искупления, о нашей способности прощать и изменяться. И тогда, богиня, ты вознесёшься вновь, став символом надежды и возрождения».

Задыхаясь и корчась от жгучей боли, пронзающей всё тело, Каин даже не застонал, а заскулил. Как странно вышло. Он надеялся вспомнить, как встретил Тьму, но вместо этого вспомнил нечто поистине ужасающее.

Боль начала понемногу отступать, и тёмный бог принялся слепо шарить руками по холодной земле, укрытой снегом, в попытке ухватиться за камень, чтобы подняться. А когда показалось, что он никогда не найдёт этот демонов камень, по миру прошла волна энергии невероятной мощи. В тот же миг пальцы наткнулись на тёплую ладонь Создателя, который навис над Каином и улыбнулся. От этой улыбки по земле пробежала дрожь.

– Ещё слишком рано, мой мальчик, – тихо проговорила женщина в рваном балахоне, и помогла Каину подняться. Притронувшись к его лбу, Создатель покачал головой и добавил: – Вспоминай то, ради чего сюда пришёл. Первая печать скоро будет разрушена. Свет и Тьма обязательно встретятся вновь. А ты пока что забудь.

Перед глазами всё мгновенно поплыло, отчего Каин нахмурился, а когда моргнул, то Создателя уже нигде не было, как и воспоминаний. В итоге тёмный бог снова сидел на одиноком холодном камне и не мог вспомнить, как встретил Тьму. К слову, на миг показалось, что ему удалось вспомнить нечто невероятно важное, но что именно?..

– Бесит! – прошипел Каин, и вновь закрыл глаза.

Удивительно, но в этот раз память услужливо показала всё с самого начала, словно кто-то помог пробудить воспоминания.

Теперь на него смотрели две пары детских глаз: синие, как весеннее небо, и чёрные, словно ночь. Моргнув, Каин в изумлении перевёл взгляд на Создателя и спросил:

– Кто это?

– Тиарин и Эриолин, твои брат и сестра, – озадачил тот. – Ты же хотел создавать живых существ… Если сможешь воспитать этих юных богов, то я разрешу заселить мир новыми созданиями.

Оставшись с двумя мелкими богами наедине, Каин лишь ненадолго задумался, почему они такие маленькие. Ему всегда казалось, что все боги изначально взрослые существа – всё же он и сам помнил себя только взрослым – а тут дети…

Но, как бы Каин не удивлялся, ему пришлось воспитывать этих двух мелких. Не выбросишь же их на улицу, как нашкодивших щенков! Да и не был он способен на такое. Более того, слишком долго Каинарини сидел в полном одиночестве, не помня кто он и как тут оказался, поэтому появление малявок его обрадовало.

Спустя несколько столетий Создатель вновь появился, но в этот раз вместе с двумя идентичными мальчишками. Близнецы Гайорин и Геолин оказались шутниками, и зачастую доводили Каина своими проказами. Только он не был против и с удовольствием возился с малышнёй. Ведь нет ничего хуже одиночества, а тут Создатель подарил ему настоящую семью!

Всё изменилось с появлением Леарин – юной богини с пылающими, словно пламя волосами – а также людей.

Богиня судьбы была всеобщей любимицей и могла заставить любого улыбнуться. Каин полюбил эту девочку, как родную сестру, возился с ней, учил, воспитывал. А вот люди ему не понравились. Совсем. Раньше он видел их мельком в зеркале, через которое наблюдал за другими мирами. Эти существа всегда казались богу самыми ужасными из всех, кого только можно было создать.

Но так спокойно он рассуждал, пока их не было в его мире. С их появлением, Каин всё чаще начал раздражаться, злиться и терзаться сомнениями. Последние были связаны с действиями Создателя. Сколько ещё тот притащит богов и этих гадких людишек, прежде чем сдержит своё слово? Благо все эти мысли появлялись у Каина лишь на мгновение, а после растворялись в предрассветной дымке.

И вскоре свершилось то, чего Верховный бог Каинарини так ждал. Он наконец-то получил разрешение создать своих первых живых существ! Сияющие были прекрасны во всём. Они озаряли мир своим светом и могли излечить любой недуг. Никогда сердце Каина не пело от восторга при одном взгляде на живое существо. Так он познал ту самую родительскую любовь, о которой постоянно говорил Создатель.

Только вскоре весь его мир перевернулся. Людям требовался бог, и по какой-то неведомой причине, Создатель решил, что на эту роль больше всего подходит Каин. Конечно же тот не был согласен с таким произволом и попытался отделаться от сомнительной чести.

Тот день, когда Верховный бог Каинарини перешёл незримую черту, навсегда остался в памяти его братьев и сестёр. Он отправил войной своих последних созданий, самых слабых и неудачных, чтобы уничтожить людей. В то время Каин был готов на всё, лишь бы не становиться их богом.

– Эти людишки такие мерзкие и жалкие… – шипел он, глядя на Тиарина, после сообщения, что некоторым людям всё же удалось уцелеть и сбежать. – Вот кто подсказал Создателю эту идею? Почему именно я должен стать для них богом?! Они все невероятно слабы и двулики…

– Чушь, – донёсся мужской голос от входа в тронный зал.

Резко развернувшись, Каин уже хотел наказать того, кто посмел перебить его и оспорить истину, сказанную Верховным богом, но вместо этого замер и побледнел. На него смотрел Создатель, который явно был недоволен резкими высказываниями в адрес людей. Заметив, что Каин нервничает, Создатель усмехнулся и принял облик старика в рваном балахоне, после чего вновь заговорил:

– Что же ты замолчал, Каинарини? Продолжай. Расскажи, как несовершенны мои создания. А ещё попробуй объяснить, чем они тебе не угодили.

– Но они же действительно слабые и мерзкие! – воскликнул Каин. – Я отправил к ним самых слабых своих созданий, так люди даже пикнуть не успели…

– Ты сделал что?.. – глаза Создателя полыхнули золотым светом ярости, а в зале внезапно поднялся ветер. Сделав шаг вперёд, старик прищурился и проскрипел: – Ты должен был их оберегать!

При всей своей нелюбви к людям, Каин понял, что перегнул палку, поэтому опустил голову и, изобразив раскаяние, попытался оправдаться:

– Я всего лишь хотел проверить, насколько они способны сопротивляться. Кто же мог предположить, что они сами помогут себя уничтожить…

– Мальчишка! – прикрикнул Создатель, отчего пол под ногами затрясся, словно готов был разрушиться в любой миг. – Как ты посмел ослушаться и причинить вред моим созданиям?!

Скрипучий голос эхом отразился от стен и болью полоснул Каину по сердцу. Разве это справедливо, обвинять его, когда эти жалкие уродцы сами радостно открыли ворота и пустили врагов, чтобы те убили всех жителей!

– Но я… – начал было Каин.

Только жалкие оправдания не были способны избавить Создателя от самого жуткого кошмара – Первый бог Каинарини ослушался и пошёл по стопам Айнарики. Не желая допустить повторения истории, он принял тяжёлое, но единственно верное решение. Грохотом в ушах абсолютно всех живых существ в мире, отозвались слова, сказанные Создателем в тот день:

– За свою жестокость, неумение держать под контролем эмоции и непослушание, за сомнение, которое ты пустил в своё сердце, ты лишаешься статуса Верховного бога. Отныне тебе будут доступны лишь человеческие эмоции. Ты проведёшь в теле человека столько времени, сколько потребуется, чтобы признать людей равными себе!

Острая боль пронзила тело Каина насквозь, отчего тот открыл в беззвучном крике рот и упал на колени. Сколько эта боль терзала бога, он и сам не знал, но вскоре всё закончилось темнотой, в которой раздавались чьи-то голоса. Открыв глаза, Каин не мог понять кто он, где, и что делать. Рядом с ним сидела очень красивая девушка с волосами цвета алого заката и синими испуганными глазами.