Мир Печатей. Аристократ по обмену (СИ) - Батаев Владимир Петрович - Страница 72

Я не стал спорить. Тут она была абсолютно права. Да и фехтовальщик был из меня так себе. По правде говоря, я понятия не имел, что делать. Если с Витором всё было более-менее понятно…

Стоп.

Витор.

Точнее — его Печать. Я же не просто какой-то там мастер-печатник. Я же научился кое-чему! И это кое-что уже срабатывало дважды! А это значит — не так уж все безнадёжно.

— Орма! Не реви! Я знаю, как выпутаться! — я положил руку на плечо девушки и несильно пожал. Та подняла на меня заплаканные глаза, в которых я увидел проблески надежды. Или это было отражение моих проблесков? Я не стал вдаваться в подробности. А потому лишь ободряюще улыбнулся.

— Правда? И как?

Я покачал головой.

— Здесь даже у стен есть уши. Поэтому все, что тебе остаётся — просто поверить мне на слово. И ждать.

— Ненавижу ждать!

— Полностью поддерживаю. Можешь ещё поспать. Ночь у тебя была без сна. Кормить нас вряд ли будут. Чего зря тратить нервы и силы?

Орма прищурилась. Видимо, взвешивала моё предложение. А после молча кивнула и улеглась прямо на пол. Через пару мгновений я услышал размеренное дыхание — орка отключилась. Я покачал головой, подобрал плащ, который она вернула мне едва мы оказались в камере, и поплотнее укрыл девушку. Сам же уселся около решётки и принялся перебирать в системе базу скиллов в надежде нарыть что-нибудь полезное.

Навык ручного управления режимом энергосбережения.

Дополнительная информация: режим энергосбережения позволяет сводить практически на нет потребление жизненно важных ресурсов, а также позволяет свести до минимума все естественные потребности организма.

Желаете активировать?

Желаю! В условиях заточения без еды, воды, отхожего места и возможности нормально выспаться — это просто дар небес. Хотя, наверняка, не без подвоха.

Я включил режим на максимум и тут же почувствовал, как замедляюсь. Сердце пропускает один удар за одним. Мысли превращаются в вязкую жвачку. Дыхание переходит в поверхностный режим.

Так. Ну ладно, сидеть и едва дышать не проблема. А вот голова мне нужна.

Я покрутил настройки. Одно, как обычно, тянуло за собой другое. Другое — третье. Нельзя было оставить одни мозги — необходимо увеличивать скорость передачи нервных импульсов. Ещё необходимо поддерживать кровеносное питание на нужном уровне. Ещё процессы отведения лишней жидкости из тканей. Ещё… Короче, пока я со всем этим разобрался — прошёл краткий курс анатомии человека. Который в школе беспощадно прогуливал. Зато следующие несколько часов провёл в относительном спокойствии. Орма спала тревожно. То и дело до меня доносились стоны и фразы на латыни. Но, несмотря на кошмары, она спала. Как я приказал, незаметно для неё же. Пусть отдыхает. Это лучшее, что можно сейчас сделать.

Время близилось к вечеру. Если верить теням, которые лениво переползали от одного угла комнаты к другому. Про нас, конечно же, никто не вспомнил. За весь день — ни крошечки. Ни капельки. Хотя мне в моем режиме было, в общем-то, неплохо. Главное — привыкнуть к мухам, которые внезапно стали напоминать реактивные истребители — и рёвом крыльев, и скоростью перемещения. В остальном же я довольно неплохо провёл эти часы за перерыванием базы. Но чего-то более-менее ценного, что могло бы помочь мне в схватке с Фиоре, я не нашёл.

Когда это занятие мне вконец надоело, я перешёл в обычный режим функционирования. Не без наслаждения почувствовал, как сердце забилось в прежнем ритме. Сделал глубокий вдох полной грудью и повернулся к Орме.

— Ох ты ж рваная матрёшка! — вырвалось у меня помимо воли.

— Кто? Мартышка? Матрышка? А кто это?

Это был Скартан. Как он тут появился — я понятия не имел. Точнее, имел, Конечно, но весьма отдалённо.

— Ты что тут делаешь? — отдышавшись, спросил я.

— За дружочком наблюдаю, — пожал плечами пустынник. Лицо его всё также было скрыто глубоким капюшоном. Но мне казалось, что он сейчас непременно ехидно улыбается.

— Подсматривать нехорошо! В детстве не научили? — пробормотал я в ответ.

Скартан лишь ехидно рассмеялся.

— Очень смешно! — снова раздражённо бросил я.

— А чего это дружочек такой весь без настроения? Кто малютку обидел?

Скартан выставил перед собой руки и принялся перебирать пальцами.

— Слушай, ты бываешь серьёзным хоть когда-нибудь? Тут мир на грани фола, а у тебя всё шуточки!

— Чего? — пальцы на миг замерли, а потом снова побежали барабанить друг друга.

Я вздохнул и потёр лоб.

— Короче. Один нехороший эльф решил призвать сюда какого-то демона и всех превратить в мертвецов.

— Людей? — уточнил пустынник.

— Ну… наверное, ещё орков. Может быть эльфов.

— А, так им и надо, подлым конкистадорам! — в голосе Скартана не было и доли обеспокоенности.

— Эм… Скартан, ты услышал, что я только что сказал? — на всякий случай уточнил я.

— Что остроухий решил уничтожить себе подобных, и-ха-ха-ха-ха!

— Нет! — вскрикнул я. — Что остроухий решил призвать сюда тварь из другого мира. А все истории с призывами, сколько я их смотрел, всегда выходят из-под контроля! И мир превращается в… В… Короче, миру конец приходит. Всему миру, ты слышишь? Включая Великую Пустыню.

— Всю?

— Абсолютно. Целиком и полностью. Со всеми жителями!

— Не верю! — после недолгого молчания изрёк пустынник.

Вот же ж Станиславский, ты погляди.

Я зашагал из стороны в сторону, пытаясь придумать наиболее убедительные доводы. И чувствовал, что вот ещё немного, и я непременно найду слова.

Но женский визг отвлёк меня.

— Орма, не ори! — приказал я, и девушка тут же замолчала. Но в глазах её я видел страх.

— Тише. Успокойся. Это Скартан.

— Ух ты ж лапушка, настоящая зелёная, — рассмеялся тот.

— Это… Это же…

— Да, это пустынник. Или как вы их там называете. Это мой знакомый. Так что всё в норме.

— Зачем он здесь? — Орма с недоверием смотрела на фигуру в балахоне.

— Хотел бы я знать, — пробормотал я, и Скартан снова рассмеялся.

— Вообще-то я исполнил твою просьбу, дружочек! — Скартан ткнул меня крючковатым пальцем в грудь, и я сморщился от боли.

— Я передал твоему лорду все, что ты просил и принёс послание в ответ.

Балахонщик принялся рыться в карманах. Потом хлопнул в ладоши и изрёк:

— Все понял. Буду.

— Чего? — не понял я.

— Чего, чего. Это ответ твоего лорда. Что непонятного?

— То есть, Ставрос едет сюда? Или в столицу? Он не сказал?

— Сказал, — ответил Скартан.

— И-и-и-и? — моё терпение медленно, но верно подходило к концу.

— Сказал, что выезжает.

— Да это я понял, куда выезжает-то?

— Я думаю, что сюда. Имение Фиоре лежит на пути в столицу, если не объезжать. Новая дорога лучше. Но эта короче. Думаю, Ставрос двинулся сюда, — тихим голосом разъяснила Орма.

Одной проблемой стало больше.

Сверху, возле решётки, послышалось какое-то движение. С потолка на голову посыпалась пыль. А после — раздалось голодное рычание. Видимо, кто-то распустил трупаков по двору шататься. Или у Дары возникли проблемы с контролем.

— А это что ещё за гомункул?

Скартан одним прыжком взвился под потолок, вцепился руками в решётку и прижался к ней капюшоном. Со стороны это выглядело странно. Но не более чем восстание сотни мертвецов. Или полоумный эльф. Поэтому я лишь наблюдал за тем, как балахонщик пытается познакомиться с творениями Фиоре.

— Они… Они что, мёртвые? Цельные и мёртвые? — Скартан спрыгнул вниз и заходил взад-вперёд по камере.

— Аллилуйя! — пропел я. — А я тебе про что говорю! Ты слышал, что Фиоре съехал с катушек и хочет ваш мир добить? Я ж тебе только что это объяснил.

— Про мёртвых ты не сказал! — с нотками обиды в голосе возразил Скартан.

— Я думал, ты видел их по дороге. Сюда или отсюда.

— В первый раз я переместился прямо к тебе из недалёкой точки. Поэтому у меня остался запас, чтобы переместиться от тебя в ту же недалёкую точку. А оттуда уже своим ходом к твоему лорду. Там не было мёртвых!