Мир Печатей. Аристократ по обмену (СИ) - Батаев Владимир Петрович - Страница 66

— Дара?

— Аарон⁈

— Вот же крашеная стерлядь, — пробормотала Орма за спиной. И воцарилась тишина.

— А ты что тут делаешь? — первой воскликнула блондинка. Только сейчас я понял, что выглядит она, мягко говоря, по-домашнему. Я бы даже сказал — по-спальному. В чем-то кружевном, длинном, полупрозрачном.

Блондинка сообразила, что от меня её внешний вид не укрылся. Гордо вздёрнув подбородок, она поджала губы.

— Я приехал к своему будущему тестю, — мило улыбнулся я. — А ты?

— А я… А я… А я к своему!

Я не смог сдержать усмешки. Как и Орма за спиной.

— Ты тоже собралась связать себя узами брака с леди Саяной?

Кажется, я поставил блондинку в тупик своим вопросом. Она несколько мгновений молчала — наверняка перебирала все свои лживые варианты. И уже открыла свой маленький ротик, чтобы выдать очередную чушь. Но из того же прохода появился герцог. В маскировочном облике. Толстый, с ёжиком русых волос на голове, с недельной щетиной на лице. В глазах полопались сосуды, как будто он не спал трое суток. Или беспробудно пил.

Он с трудом сфокусировал взгляд, пошатнулся, схватился за перила и, наконец, изрёк:

— Это ты?

— Я. Вы же сами сказали…

— Сказал, — коротко кивнул тот. — Давно. Цаца больше нет. Не слышал, что ли?

Теперь я почувствовал себя на месте Дары, судорожно придумывая подходящий ответ. И не придумал ничего лучше, чем просто развести руками.

— Не слыхал. Своих проблем по горло. Из дальнего имения старый лорд вернулся. Шумит второй день.

Герцог склонил голову, внимательно выслушивая мою версию.

— Ставрос с ним? — прорычал Фиоре. И было что-то в его тоне пугающее. Я бы даже сказал — леденящее.

— Орма, ты Ставроса видела? — я повернулся к рабыне. Та кротко кивнула. — Значит с ним.

— А ты что, не видел?

— А мне он зачем? — я пожал плечами. — Я сам себе хозяин! Я будущий герцог Хармес! Сейчас маркиз! А Ставрос кто мне?

Фиоре хмыкнул. Видимо, мой ответ пришёлся ему по душе.

Я переступил с ноги на ногу и решил взять инициативу в свои руки. Пока герцог не предложил мне свалить в закат подальше.

— Ваша светлость, я прибыл, чтобы ознакомиться с делами. Вы, помнится, именно этого желали. Вот он весь я. Во всей своей красе. С лучшими намерениями прославить род Фиоре!

— Не зуди, — оборвал меня герцог. — Я звал от Цацев. А их нет.

— А дела есть! — не дал ему закончить я.

Герцог нахмурился. Дара, до этого молча стоявшая у него за плечом, решила напомнить о себе покашливанием.

— А? А, это ты, — герцог дёрнулся, окинул Дарэллу беглым взглядом и снова повернулся ко мне. — Тебя определят, — бросил он, прикрывая глаза — Рабыню в конюшни. Не спорить!

Я прищурился, внимательно разглядывая герцога. Видимо, поддержание личины требовало особых усилий. По крайней мере, сегодня он говорил особенно отрывисто. И выглядел нервно. А, может быть, всему виной моя внезапность?

— Встретимся за ужином, милорд, — процедила Дара и прошествовала вслед за герцогом.

Мы с Ормой остались стоять внизу, посреди холла.

Орма молчала. Я осматривался. Серо. Бедно. Никак не похоже на имение класса супер-люкс. Я высказался вслух. Рабыня задумчиво протянула:

— Говорят, предки Фиоре жили здесь. Ностальгия…

Я не стал посвящать Орму в свои соображения. Скорее всего, всему виной близость поместья Ноктис. Которое раньше принадлежало Фио. В котором он положил под землю рабов своих. В больших количествах.

Я не сильно верил в историю Ставроса про победу над смертью и всё такое. Но с другой стороны, до попадания сюда, в магию я тоже не особо верил. Нет, я, конечно, ждал свою сову одно время. Но быстро перерос это состояние. Вот уж точно — и придёт тебе, когда перестанешь ждать. Я усмехнулся. Орка бросила на меня вопросительный взгляд.

— И куда меня определят? — пробормотал я.

— Тебя-то в спальню. А вот как мне прикрывать ваш великосветский зад, милорд, если вы будете в спальне, а я в конюшне…

— Значит, пока что будешь в моей спальне! Не могу же я сам раздеваться, сам расчёсываться, сам себя в постель укладывать!

Орма кивнула.

Из-под лестницы появился дворецкий Ноктис. Они что сюда, всем домом прикатили? Осталось только полупьяного мужа Дары встретить для полного набора.

— Пойдёмте, милорд. Велено одного в спальню сопроводить!

На этот раз в голосе дворецкого не было и тени былой учтивости. Теперь-то я знал, что он в одной связке со своими хозяевами! Но он не знал, что я знаю. Мог бы ради приличия соблюдать субординацию!

Хотя для слуг-рабов это было в порядке вещей. Быть абсолютно верным своему хозяину. И ни во что не ставить других. Я, например, в своих зелёных тоже не сомневался. Куда я, туда и они. А уж если прикажу…

— Одному! — напомнил о себе дворецкий.

— Так я один, — я развёл руками и кивнул в сторону Ормы. — Это тень моя. Или Ты, милейший, будешь массировать кончики моих волос? Чтобы они не секлись и не пушились? Иначе я не смогу предстать перед неотразимой Дарэллой во всем своём великолепии!

Дворецкий нахмурился. По лицу было видно, как ему мерзко от одной лишь мысли — массировать мне что-то. Я с большим трудом сдержался, чтобы не съязвить на эту тему.

— Только это, резво массируйте! А то мне его светлость причиндалы поотрывает!

— Мы со скоростью света, — подмигнул я дворецкому.

Тот молча кивнул и двинулся наверх. Я — следом. Орма, чем-то озадаченная, замыкала нашу процессию.

Спальня была такой же убогой, как и весь остальной дом. Даже в башне борделя интерьер был солиднее!

Я начал высказывать дворецкому, что мне нужна купель, душистые масла и прочее. Но он сбежал сразу после купели, оставив меня сотрясать воздух своим негодованием.

Орма же, не обращая внимания на мои причитания, подошла к окну. Осмотрелась. Оценила обстановку. И кому-то помахала рукой.

— Эй! Мы вообще-то в стане врага!

— Ага, — не оборачиваясь ответила Орма.

— Вот что за жизнь! Все самому приходится! Беспредел! Я аристократ или кто, в конце концов!

— Или кто, — не отрываясь от окна, бросила Орма.

— Что, прости?

Я надеялся, что Орма что-то имела в виду. Не то, что она сказала, а я услышал.

Но рабыня резко развернулась. Зажала рот руками. А в расширившихся глазах я увидел страх.

На этот раз повисшая тишина казалась звенящей. У меня от услышанного дух захватило. Орма, сообразив, что она ляпнула что-то не то, отвернулась. Но я успел заметить, как она покраснела.

— Та-а-ак. А теперь давай подробно и с выражением! — тихо протянул я. И на всякий случай добавил:

— Это приказ!

Я услышал тяжёлый вздох. Потом ещё один и ещё.

— Орма! Хватит дышать! Кислород закончится! Давай объясняй!

Девушка принялась теребить край мехового жилета. Потом повернулась и на одном дыхании выдала:

— Ты же не наш лорд, да? У лорда получилось, и он сбежал, да? В лучший мир!

Я присвистнул. Вот это проницательность.

— На чем я прокололся? — я улыбнулся рабыне. Та покачала головой.

— Когда ты бок о бок живёшь с человеком много лет, довольно легко понять, что его подменили.

— Статистика разводов в моей стране говорит о том, что часто люди понятия не имеют, с кем они живут годами!

Орма грустно улыбнулась:

— Орки не люди!

Вот уж действительно. Очевидность. Я не нашёл, что возразить.

— Он… — начала Орма и осеклась

— Я думаю, он жив. И если сообразил, что произошло, если смог приспособиться, если понял, куда…

Тут осёкся я. Из всего, что я узнал про Аарона, в моем мире ему должно было быть несладко. Ни власти. Ни денег. Ни связей. Ни-че-го.

Орма сглотнула.

— Аарон сильный. Он справится! Особенно если рядом не будет деда! Старик не давал ему шансов вырасти.

Я не стал разубеждать орку. Иногда неведение — лучшее, что может с нами случиться. Вместо этого я присел на кровать и снова посмотрел на пока ещё свою рабыню.

— Я вас освобожу. Как только разделаюсь со Ставросом и Фиоре.