Мир Печатей. Аристократ по обмену (СИ) - Батаев Владимир Петрович - Страница 62

Мы стояли в узком переулке. Настолько узком, что обойти своего раба при всём желании я бы не смог. Даже если бы он прижался к стене одного дома. А я попытался протиснуться по второй. Значит, либо мне надо было повернуть назад. Либо заставить Гару отступить и пропустить меня. Разбираться с зелёными мне сейчас не хотелось.

— Орма, я его нашёл, — внезапно заорал Гару. Я вздрогнул. И развернулся, чтобы двинуться назад. Но в том конце проулка появилась фигура орки. Я вздохнул. Отступать было некуда.

— Вот же, демоны, замуровали, — пробормотал я.

— Не замуровали, а окружили, — поправила меня Орма.

— Замуровали. Это культурный контекст. Тебе не понять, — отмахнулся я от рабыни. — Отстаньте от меня. Никуда не поеду! Буду шляться по улицам, пока не замёрзну!

— Так это. Нельзя же, — почесал затылок орк. — Там милорд Ставрос. Лютует.

— Он всегда лютует! — перебила брата орка. — Что вы натворили на этот раз? Украли очередную недоделку старика?

— Ага, недоделку, — кивнул я. — Украл, продал.

— Ничего нового, — подвела итог рабыня. Я усмехнулся. Видимо, начал понимать привычки Аарона.

— Ставрос требует вас к себе. К ужину, — уточнила рабыня.

— А я требую оставить меня. К завтрашнему вечеру!

— Так это, — замялся Гару. — Нельзя. Милорд Ставрос грозил воспользоваться Правом!

— Чем? — не понял я.

Система тут же выдала ответ. Я пробежал глазами текст и отмахнулся. Очередная сказочная чушь про долг, обязанность, возможность отобрать жизнь, дарованную однажды. Как-то так. Я не стал даже вникать. Весь этот антураж начинал утомлять.

— Вы же сами отдали ему это Право. Зачем-то, — напомнила Орма.

Вот уж действительно, зачем Аарону нужны были такие проблемы? Вляпался в очередной раз, а Ставрос вытащил? Я потёр лоб. Голова начинала болеть. И, в придачу ко всему, я, кажется, заболел. Глаза слезились, в носу щипало. И горло побаливало. Не хватало ещё свалиться от местного гриппа.

— Милорд, с милордом Ставросом шутки плохи, — затянул Гару.

— Ой, не зуди, — простонал я. — Пошли уже. Надоели!

Гару кивнул. С огромным трудом развернулся и зашагал к выходу из проулка. Я — следом. Замыкала нашу странную процессию Орма.

Всю дорогу до дома я шёл, наматывая сопли на кулак. В смысле — начался насморк. К моменту, когда мы добрались до дома Хармесов, мне хотелось одного — улечься возле камина с ведром горячего чая. И чтобы никто не зудел над ухом. И особенно — никаких упоминаний Ноктис. И Фиоре. И Витории… Короче, вообще никаких упоминаний!

Едва я зашёл в парадный холл, сразу же приказал Гару растопить камин в библиотеке. И притащить туда ведро чая. Да, именно ведро. И половник с чашкой.

Орк посмотрел на меня так, как будто я попросил найти мне восьмидесятилетнюю девственницу.

— А ужин? — робко поинтересовался орк.

Я отрицательно качнул головой и двинулся в библиотеку.

— Сын мой! — раздалось с лестницы. Я сделал вид, что оглох на оба уха и зашагал быстрее.

— Вернись немедленно! Это я разговариваю с тобой! Слышишь?

Мелория верещала что-то вслед, но я не обращал внимания. Когда за спиной закрылась дверь библиотеки, отрезав меня от противного визга матушки, я испытал настоящее блаженство. Пока Гару готовил чай, я снял с себя плащ, уложил его в Тайник и попытался сам развести огонь в камине. Но после того как пару раз чуть не спалил себе брови, отложил огниво и просто бросил огненный шар в поленья. Тот вспыхнул, разлетелся сотней искр, встретившись с каменной кладкой, и зашипел. Но поленья таки поджог. Я, довольный собой, уселся в кресло. С того раза, как я его перетащил сюда, ничего не изменилось. И кресло, и столик — всё стояло так, как я расставил. Либо мою волю тут ценили. Либо, что вероятнее, никто больше не заходил в библиотеку.

Гару, как всегда, появился неслышно. С ведром чая. С половником. И чашкой. Я подавил раздражение. Говоря про ведро чая, я не думал, что орк воспримет мои слова буквально. С другой стороны — а как ему ещё было их воспринимать?

Я кивнул орку. И дождался, пока он разложит всё на столе. Как оказалось, помимо ведра он притащил ещё всё, что было заготовлено для ужина. Это я увидел, когда он вышел из библиотеки и снова вошёл с корзиной еды.

— Эх, друг мой зелёный, что бы я без тебя делал? — я послал орку взгляд, полный благодарности.

— Худели бы. Истощались бы!

— Точно, — усмехнулся я. И, немного помолчав, спросил: — Гару, а я разве могу заболеть? У меня ж есть эти, зелёные знаки.

Ок посмотрел на меня странным взглядом. То ли испуганным. То ли удивлённым.

— Конечно, можете. Знаки эти, они ж только это, ускоряют процесс. Вспомните, как с раной было? Раз и зажила.

— Ненавижу болеть, — шмыгнул носом я. А потом чихнул. От души.

Орк от неожиданности вздрогнул.

— Я в чай вам травок добавил. Чтобы к знакам вашим быстрее исцеляли. Сопли-то ещё там, в городе учуял.

Я кивнул и уселся в кресло. Орк заботливо укрыл ноги пледом, подтянул поближе столик и ведро с горячим травяным настоем. Ещё какое-то время он крутился вокруг меня, как наседка. И только когда я рявкнул, что все хорошо и не надо меня донимать, он ушёл. Оставив меня наедине с противным, раздражённым, заболевающим мной.

Я выпил три чашки чая, плотнее завернулся в плед. И провалился в сон. К моему счастью, на этот раз без сновидений.

Проснулся я от невыносимого жара. Как будто меня посадили задницей на горящее полено. И связали руки-ноги, лишив возможности бежать. Я кое-как разлепил веки и тут же зашёлся в приступе кашля. Все вокруг было в дыму. Едкий, чёрный, он раздирал нос и глотку. Я попытался встать, но тут же повалился на пол. Плед, в который я так старательно заворачивался, сейчас пылал всеми цветами пламени. И коварно опутал ноги, не давая возможности освободиться.

Я взревел, чувствуя, что просто сгорю заживо в этом пледовом коконе.

— Ab igne ignem, — над головой раздался мужской голос.

Огонь зашипел, съёжился и исчез. Оставив после себя дымовую завесу.

— Так-то лучше, — все тот же голос прозвучал чуть вдали. А поток свежего воздуха подсказал, что хозяин голоса открыл окно.

Все ещё кашляя, я постарался высвободиться из пледа, который теперь представлял собой обуглившиеся ошмётки.

— Сплошное недоразумение, — снова голос.

Я поднял голову и не смог сдержать рвущиеся наружу слова.

— Герцог Фиоре!

— Господин пришелец! — прозвучало в ответ.

Между нами повисла немая пауза. Во время которой я мысленно призвал свет, чтобы лучше рассмотреть своего неожиданного спасителя. То, что он был как две капли воды похож на герцога Фиоре, не оставляло никаких сомнений. Точнее — на истинный вид герцога, который я подсмотрел в поместье Ноктис. В спальне Дары. И заклинание для огня он использовал то же самое, что и герцог. По крайне мере сейчас мне так казалось. И даже голос был очень похож. Но было в незнакомце, стоящем напротив, что-то, что разительно отличало его от Фиоре. А что именно — я пока не мог разгадать. Вроде те же волосы, те же острые уши. Надменность на лице. Презрение ко всему окружающему миру.

— Итак, — незнакомцу надоело молчать.

— Итак? — повторил я.

— Значит, сопляку удалось сделать то, что не покорилось старику?

Я развёл руками, не до конца понимая, что тот имеет в виду.

Видимо, углядев мою растерянность, не-Фиоре пояснил.

— Печать переноса в мир иной. Аарону это удалось. Дэниэлю — нет.

— А вы, стало быть, в курсе всего, да?

— О, я забыл представиться. Ставрос Харм. Если моё имя вам о чем-нибудь говорит.

Я пожал плечами.

— Загадочный Ставрос, про которого я много слышал, но так ничего и не понял.

— И что же вы слышали, сударь? — Ставрос склонил голову, не переставая рассматривать меня. Как будто я чудо света.

— Например, что вы вытащили Аарона из какой-то переделки. И теперь я вам должен.

— Ну, технически, мне должен Аарон. А как быть с телом, которое заняли вы — пока не знаю. Таких прецедентов на моей памяти ещё не случалось. Как вы себя чувствуете? — внезапно сменил тему Ставрос.