Мир Печатей. Аристократ по обмену (СИ) - Батаев Владимир Петрович - Страница 53

Я призадумался, как выгодно было все, чему не можешь найти объяснения, списывать на магию.

— Какая-то Печать, да?

Та кивнула, даже не пытаясь отрицать.

— Какой-то несчастный создал её для вас под страхом смерти?

— Насколько мне известно, он был вполне счастлив. Конечно, я при передаче не присутствовала. Но знаю наверняка, что Гильдия заплатила ему немало за эту Печать. Правда, опять же по слухам, он всё это быстро спустил при игре.

— Вот же идиот! — я не очень жаловал азартных игроков.

— М-м-м… Самокритично, — протянула Витория, не сводя с меня внимательного взгляда.

— Что, прости? — я приподнялся на локте.

— Самокритично, говорю. Печать создал ты. Точнее, лорд Аарон Хармес.

В комнате повисла тишина.

Гробовая.

Тяжёлая.

Я слышал, как сердце бьётся где-то в районе ушей.

Витория смотрела на меня не отрываясь. Я полулежал на кровати, глядя на неё в ответ. И судорожно пытался найти хоть какой-нибудь выход из ситуации. Признаться, что я попал сюда из другого мира? Так не поймёт же! Ладно, Герхард — он сам был с другой планеты. И мог принять то, что я откуда-то попал. Пусть и в общих чертах. А Витория?

Тем временем, девушка наклонилась ко мне и прищурилась, изучая моё лицо.

— А я так и знала!

В голосе киллерши звучало торжество.

Я напрягся. По спине пробежал холодок. А руки вспотели.

— Ну же, признавайся!

— В-в чем?

— Ну хватит, а. Я тебя раскусила! Ещё когда только пошли слухи о твоей одарённости. Я не верила! Скажи, что я была права!

— В-в чем п-права? — я снова начал заикаться.

Витория придвинулась ещё ближе. Я почувствовал запах её духов. Нет, не сирень и крыжовник. Что-то такое, чего я раньше не встречал. Едва уловимое. Но истинно женское. Манящее. Я смотрел в её глаза и, кажется, дышал через раз.

— Ну же, признавайся!

Локоть, на который я опирался, как-то внезапно подогнулся, и я упал на кровать. Витория нависла надо мной, продолжая испытующе смотреть мне прямо в душу.

— Это был не ты, да?

Я понял, что теряю контроль, самообладание и остатки здравого смысла. Где-то далеко я вроде бы и понимал, что надо крутиться. Но сейчас, когда рядом была Витория, мне хотелось просто сдаться и плыть по течению

— Это был не ты! — уже утвердительно повторила Витория.

— Не я, — эхом отозвался я.

Довольная собой, Витория вскочила и упёрла руки в бока.

— А я с самого начала не верила, что это ты создаёшь все эти прославленные Печати! Кто это? Признавайся!

— Кто? Что?

Я не понял, как разговор пошёл в этом русле. Отмазался, называется.

— Признавайся, кто тот талантливый мастер? Раз это не ты. Ты забирал себе славу, деньги пополам, а мозг у кого?

Я закрыл лицо руками и тихо застонал. Час от часу не легче.

Глава 28

Это все Печати. Это все они

Разговор по душам с Виторией вышел, мягко говоря, такой себе. Она пытала, кто делал Аарону Печати. Я мычал в ответ какие-то бессмысленные фразы. Она обижалась. Потом отходила. И все начиналось сначала.

Принесли обед. Мы поели в тишине. Каждый думал о своём. Или, может быть, вообще не думал. Это я про Виторию. Сам же я пытался понять, что мне дальше делать. Попробовать помочь Витории с её печатническими проблемами? Для этого мне надо было дочитать хотя бы Основы. То, что сработало с сигнализацией, могло вообще не сработать с людьми. Надо было проверять.

— Слушай, я могу помочь тебе. Если ты поможешь мне!

Я дождался, пока служанка унесёт посуду и взялся за дело. Витория недоверчиво посмотрела на меня и отвернулась.

— Нет, я серьёзно. Я думаю, что не так уж безнадёжен, как тебе представилось.

— Печать для Витора делал ты?

— Я, — честно признался и даже не соврал. Может быть, слукавил. Но в конце концов, это же я снял копию с оригинала и передал Витории? Я. Значит, я не соврал!

Киллерша снова повернулась ко мне и снова подарила очередной недоверчивый взгляд.

— Я тебе не верю!

— А ты проверь!

— Ну, допустим, — после короткого молчания ответила киллерша. — Что ты попросишь? Деньги?

— Это меня не интересует, — я равнодушно пожал плечами.

Перья паулинов в Тайнике давали мне гарант на спокойную жизнь. Даже если матушка выгонит меня из дома за отказ от Саяны. А я уже точно решил, что откажусь от неё. И от Дары. А вот Витория — совсем другое дело. Это уже мой выбор. Искренний и осознанный. Поэтому я сделаю ей Печать. Впечатлю своими талантами. Она в меня влюбится. Бросит Гильдию. И мы укатим в закат тратить перья паулинов.

Мда. Размечтался я как-то. Хотя Витория мне правда нравилась. Пусть я и не помнил её лица. Но всё остальное, даже вместе с её характером и опасной профессией, будило во мне интерес. И не только.

Но я отвлёкся.

— А что тебя интересует? Тайные общества? Интриги? Компромат на аристократов?

Она всё перечисляла, а я кривился и морщился.

— Ох, да что ж тебе надо, а? Чего ты хочешь от меня за эту проклятую Печать?

— Тебя.

Ответ вырвался прежде, чем я сообразил, что говорю вслух. Мысли об этом крутились в голове, но я старательно их прогонял. И они решили мне отомстить, вырвавшись наружу в самый неподходящий момент.

Витория запнулась на полуслове.

— Вот это ты наглец, а!

— А что мне терять? — рассмеялся я. — Любое неловкое движение — ты мне кровь пустишь. Ловкое — пустишь чуть позже. Не сделаю Печать — убьёшь сразу. Сделаю — какое-то время поживу.

Витория скрестила руки на груди.

— Ой, вот только монстра из меня делать не надо, а! Работа у меня такая. Ничего личного!

— А вот личного бы и хотелось!

Витория рассмеялась. И снова назвала меня наглецом.

— Эй! Вот только как клоуна меня не надо воспринимать!

Киллерша посерьёзнела и уже внимательнее окинула меня взглядом с головы до ног.

— Ну, допустим. Ты исправишь эту Печать, и я тебе отдамся? Так⁈

Я пил чай. Как раз хлебнул от души. Подавился от такого заявления. Начал кашлять, плеваться и задыхаться. То есть, как я ни старался — откашляться у меня не получалось. Мир перед глазами начал темнеть. Но даже в этой ситуации я думал о другом. Представил, как выгляжу со стороны. И захотел, чтобы прямо сейчас небеса над моей головой разверзлись, и меня утянула чёрная дыра. Впрочем, если я сейчас задохнусь, эффект будет тот же.

Витория среагировала молниеносно. Подскочила, сделала два коротких удара куда-то в область лопаток, один скользящий, и я с хрипом втянул в себя воздух.

— Мог бы сразу сказать, что тебя я интересую в ином качестве. А не пытаться утопиться в чашке чая.

Я потирал горло и тяжело дышал.

— В конце концов, не очень-то и хотелось!

— Да я… ты не так…

— Достаточно! — оборвала меня Витория. — Давай лучше про Печати.

Я сначала расстроился от такой смены темы. Потом подумал и усмехнулся. Очень уж забавной вышла ситуация. И к ней ещё можно будет вернуться позже. Когда я с Печатями разберусь.

— Можешь оставить меня одного на пару часов?

Витория посмотрела на меня с подозрением.

— Ну не стану я сбрасываться из окна башни, правда!

— Ты только что чуть в чашке с чаем не утонул! — парировала Витория. — Я тебе не верю!

— Ладно, — я не стал тратить время на споры. — Оставайся. Только хоть один звук, и ты пойдёшь к себе!

— Пф-ф. Напугал. Ты забыл, кто я? Я могу часами сидеть, моргая один раз в три минуты. Так что…

— Вот прямо сейчас начинаем с тишины!

— Ты будешь рисовать? — уточнила Витория.

— Когда я сказал сейчас, значит уже не должно быть звуков!

Виктория скрестила руки на груди и отошла к окну. Хоть я и не видел не лица, был уверен, что она надулась. Это же девушки.

Я удобнее устроился на кровати, если на этих досках это вообще было возможно. Достал том Основ и начал читать.

Я слышал, как набрала в лёгкие воздуха Витория.

— Ни звука! — напомнил я, погружаясь в чтение.