Развод неизбежен, предатель (СИ) - Берг Аруся - Страница 56

Мы будто вечность друг друга не видели. Как два оголодавших зверя набрасываемся... Целуемся, обнимаемся...

— Мам! — доносится издалека голос сына.

Резко оторвавшись от Бурака, я отхожу от него. Слышу быстрые шаги. Али, кажется, бежал. Он заходит в комнату с планшетом на руках.

— О, папа! Ты тоже здесь! Можно мою комнату вот такой сделать?

Маленьким пальчиком сын тычет в экран. Бурак забирает гаджет, всматривается. А потом показывает мне. У меня перед глазами плывет, губы горят. Внутри — буря эмоций. Но ни капли сожаления о том, что я поддалась мужу.

— Понятно... Обои голубые, как море. Кровать в виде корабля... Люстры... То есть со всех сторон хочешь быть окружен сине-голубыми оттенками? Моряком, что ли, стать собрался? Ну, спасибо, что не космонавтом. А то потолок пришлось бы сделать со звездами... — Бурак улыбается сыну, а тот задумывается и пристально смотрит на отца.

— А можно потолок сделать как ночное небо? — Али вопросительно выгибает бровь. Как Бурак. Точь-в-точь! — Было бы круто!

— Давай подождем, а? — Опустившись на корточки, муж щелкает сына по носу. — Вечером принесут несколько вариантов домов. И я попрошу, чтобы и дизайн детских комнат показали. Выберешь то, что тебе больше всего понравится. Договорились?

— Хорошо! — сразу соглашается Али, но взгляд у малыша хмурый. — Пап, а в садик я когда пойду? Мне тут скучно...

— Скоро и в садик пойдешь. И репетиторов найдем, чтобы ты языкам обучился. Некогда будет скучать, обещаю.

— А в парк когда меня отвезешь? Ты утром обещал.

Я вздыхаю. Мы были готовы к такому раскладу. Знали, что Али будет сложнее всего пережить этот период нашей жизни. Он привык к садику, к своим друзьям. К постоянным прогулкам. А тут мы будем заняты как минимум пару недель.

— Я попрошу водителя. Иди, одевайся. Бабушку Ясемин уговори, чтобы она согласилась с тобой поехать. Окей?

Али расплывается в улыбке.

— Ура-а-а! — выкрикивает он и выбегает из комнаты.

Бурак оборачивается ко мне. Снова пристально смотрит в глаза, потом опускается взглядом к губам.

— Позволишь... сегодня в этой комнате переночевать? Вместе с тобой? — говорит с хрипотцой, которая вибрацией проходится по грудной клетке.

Я облизываю пересохшие губы и едва заметно киваю.

Бурак хочет что-то сказать, однако его телефон звонит совсем не вовремя. Посмотрев на экран, он цедит сквозь зубы что-то неприличное.

— Надо трубку взять, — шепчет.

— Я так и знала, что без работы ты не сможешь и день продержаться.

— Это не по работе... Люди должны были приехать. Костян направил их сюда. Нам переехать надо, Лейла. В нормальный дом, со всеми удобствами. Тут слишком тесно.

— Что тебя здесь не устраивает, Бурак? — тихо смеюсь я.

Качнув головой, он берет мое лицо в свои ладони и нежно впивается в губы, оставляя короткий поцелуй.

— Я вернусь буквально через пару часов. Вечером сядем, выберем дом и решим, когда переедем. Вещи не трогай. Сядь хотя бы, отдохни. Лейла, ты помнишь, что тебе врач сказала? Нельзя на ногах стоять долгое время. А ты с утра туда-сюда бегаешь.

Мы съездили в больницу и прошли обследование перед тем, как прилететь в Штаты. Действительно, так и было. Но я не привыкла бездельничать. И, честно говоря, понимаю Бурака, когда вижу, что он на взводе. Постоянно ищет, чем заняться. Я себя тоже не очень хорошо чувствую. Хочется отвлечься чем-нибудь.

— Иди, — киваю на дверь. — А я в душ пойду. А потом... с подругой поговорю.

— Ты про жену Альпарслана?

— Про бывшую, — напоминаю.

Загадочно улыбнувшись, Бурак кивает и, поцеловав меня в щеку, выходит и комнаты.

Я нахожу легкое домашнее платье и белье и иду в ванную.

— Лейла, родная, — зовет меня бабушка Ясемин.

Она категорически отказывалась лететь с нами. Однако Бурак все-таки уговорил ее, ссылаясь на то, что первое время мне будет очень сложно привыкнуть к новой обстановке. Бабушка не хотела от слова совсем, но мой муж умеет убеждать.

— Что случилось? — интересуюсь я, замечая на лице бабули некую тревогу.

— Я тут с Нихан только что разговаривала... — начинает она. Глаза ее бегают. Руки, которыми она телефон сжимает, дрожат.

— И? — Мое сердце ускоряет ритм. Ощущения странные. Будто произошло что-то ужасное.

— Бабуль, идем? — появляется Али. Он полностью переоделся. То ли бабушка помогла, то ли сам справился.

— Сын, подожди. — Я не свожу взгляда с бабушки. — Ба?

— Голос ее мне не понравился. Она ничего такого не сказала, но, когда я спросила, где ее муж, мне показалось, что она начала плакать. Лейла, позвони сестре. Что-то неспокойно мне.

Прикусив губу, я мысленно мечтаю, чтобы бабушке показалось. Но она не из тех, кто делает из мухи слона. Поэтому... сомневаться в ее словах не получается.

Надеюсь, Эмре ничего плохого не сделал, не причинил боль моей сестре. Она же маленькая, хрупкая. Совсем не такая, как я...

Глава 47

— Лейла, ты почему так рано встала? Иди сюда, — сонным голосом зовет меня Бурак, и я неосознанно расплываюсь в улыбке.

— Подожди немного, — шепчу едва слышно. — Я сейчас.

— Что ты там делаешь? — ворчит он снова. И судя по звукам, переворачивается набок.

Ничего не ответив, я втягиваю носом воздух и поправляю теплый плед на своих плечах.

Сейчас я стою у большого панорамного окна, расположенного в нашей спальне, и наблюдаю за тем, как восходит солнце. Нереальное зрелище, освещающее весь город.

Эту ночь, как и другие до нее, мы провели с Бураком. Однако каждый раз я хотела поймать моменты единения с природой и запечатлеть картину, развернувшуюся перед нами в первое раннее утро. И сегодня мне наконец удалось это сделать.

Приложив ладонь к окну, я оборачиваюсь и вновь с удовольствием подмечаю детали интерьера нашего дома. Все же не зря Бурак настоял на своем. Он убедил меня в том, что нам нужно что-то особенное... То, что подходило бы именно нашей семье. И выбор пал на огромный белый особняк в классическом стиле. Просторный. Светлый. Уютный. Здесь и вправду гораздо лучше, нежели в том, который изначально присмотрела я. Здесь даже дышится иначе.

С тех пор, как наша семья переехали сюда, прошла пара недель. Мы полностью обустроились. Купили новые вещи. Мебель. Теперь в доме все именно так, как я и представляла когда-то. Правда, чтобы получился должный эффект, потребуется больше двух месяцев. Тем не менее ремонт дал свои плоды. А главным нашим достижением стала детская. Точнее, две детские. Для Али и второго малыша...

Дочки.

На этом моменте я все же подхожу к кровати и ложусь рядом с Бураком, который тут же кладет ладонь на мой уже заметно округлившийся живот.

— Как там поживает моя принцесса? — спрашивает он.

Недавно мы сходили на УЗИ и узнали, что у нас будет девочка. Пожалуй, я еще никогда не видела Бурака таким счастливым. Он буквально сиял, сидя в кабинете у врача. Постоянно сжимал мою руку, словно не веря в реальность происходящего. Даже с Али такого не было. А может быть, в силу того, что я все же решила дать нам шанс. Ведь если бы я не пошла тогда навстречу, то ничего этого не было бы. Ни минут любви, ни тепла, ни «нас». Ничего. Да и вряд ли я сказала бы ему о поле ребенка заранее. Но об этом я стараюсь не думать. Более того, я ни капли не жалею о выбранном пути. Бурак — замечательный отец и муж. Постоянно заботится о нас. А значит, я все сделала правильно.

— Все хорошо... — говорю, глядя на него. — Когда ты рядом, нам спокойнее.

— Рад слышать, — отзывается он, укрывая нас одеялом. — Давай спать. Еще пяти даже нет...

Просыпаюсь я от настойчивых и нежных поцелуев, которыми то и дело осыпают мое лицо. Зажмуриваюсь, смахивая морок от сна, и чувствую все больше и больше жарких прикосновений мужа. Они пробуждают меня.

Его ладони тянутся к моей ночной сорочке. Задевают бретельки, которые непроизвольно соскальзывают с плеч, открывая ему ложбинку между грудей.