Дело в чемодане (СИ) - Бел Анастасия - Страница 51

- Ссора? Что произошло между ними? – заинтересованно спросил Ромас.

- Кевин имел неосторожность заявить, что Шону не следует жить в этом доме, поскольку у меня наладилась личная жизнь. И хоть я его любила, Кевин не имел права указывать моему сыну, что ему следовало делать, а что нет. Шон в запале толкнул Кевина и тот ударился головой. К большому сожалению, неудачно. Если бы я могла это исправить, сделала бы. Но я была лишь в силах попробовать спасти сына.

- Вот, значит, как. А вы, Шон, хотя бы сейчас не хотите произнаться в истинной причине ссоры, раз все уже все равно стало явным? – обратился к нему Ромас.

- Не понимаю, о чем вы говорите, – прошипел Шон.

- Что же, тогда я позволю себе высказать предположение, – продолжил сыскарь. – Я думаю, что Кевин не позволял себе высказать недовольство вашим здесь проживанием. Наоборот, согласно показаниям свидетеля, он пытался найти с вами общий язык. Незадолго до своей гибели Кевин снял очень внушительную сумму со своего счета, для него я бы сказал огромную. И купил кольцо с редким черным бриллиантом. Я считаю, госпожа Ивье, что Кевин хотел сделать вам предложение.

- Как, – ахнула Лорен. – Но нет, он этого не делал.

- Но собирался, - спокойно продолжил сыскарь. – Я думаю, первой была его попытка на вашем совместном ужине в ресторации. И именно поэтому он не возражал, когда вы заменили белое вино на красное, так не подходщее к рыбе, зато прекрасно маскирующее кольцо в вашем бокале.

- Но у меня не было в бокале кольца, – запротестовала Лорен.

- Верно, не было, – согласился Ромас. – Как помните, вы высказались о признаниях на людях, увидев подобное за соседним столиком. Я думаю, ваш бокал Кевин опрокинул не от неловкости, а в попытке не причинить вам неловкость своим вопросом в публичном месте. И я позволю себе сделать еще одно предположение, что ваш сын обнаружил Кевина у вас дома, с кольцом и готовящегося попросить вашей руки, что и привело его в ярость.

- О нет, это не может быть правдой, – расплакалась Лорен. – Шон, скажи что это все неправда.

- Неправда? – заорал Шон. – Это ты во всем виновата, ты, ты, ты! Как ты могла привести домой человека, который годится мне в старшие братья или друзья? Как я мог относиться к подобному! Он еще и набивался ко мне в друзья, со своим показным дружелюбием. Проклятый лицемер! Как я мог позволить ему стать твоим мужем? Нищий, лишь на пару лет старше меня юнец! И как по твоему мне следовало называть его, отцом?! Да никогда!

- О, Шон, что же ты наделал, – крупные слезы катились по глазам Лорен. – Неужели я по-твоему не заслуживаю и капли счастья? Я ведь все для тебя делала и была прекрасной матерью.

- А ты и была счастлива, с отцом, – отбрил Шон. – Но никак зеленый выскочка не мог занять его место.

- Так где же кольцо? – вмешался Сарен.

- Спрятано в цветочном горшке, – кивнул в сторону окна Шон.

Ромас подошел и, покопавшись в указанном месте, подошел к Лорен.

- Госпожа Ивье, это предназначалось вам. Так пусть у вас останется хотя бы память о Кевине.

- Благодарю, – сжала в руке кольцо госпожа Ивье.

- Значит, с госпожи снять обвинение в убийстве. С ложными показаниями будем разбираться отдельно. А господина Шона Ивье заключить под стражу, – распорядился Сарен.

- Нет, – встрепенулась Лорен. – Во всем виновата я, и отвечать мне. К тому же я признала свою вину.

- Госпожа Лорен, вы ведь знаете, что так не будет, – покачал головой Сарен. – Да, вы в какой-то степени могли рассчитывать на самый мягкий приговор ввиду собственных заслуг, но тем не менее он был бы в рамках законов Моранской Части. И учитывал также ваше признание. Я понимаю, зачем вы это сделали. Тем не менее, вина вашего сына более весома. Он не раскаялся в содеянном и свалил вину на другого человека, к тому же, увы, не имеет вашего авторитета. Его судьбу будут решать судебники.

- Как вы узнали про кольцо? Неужели проводник так хорошо меня запомнил? – не выдержал Шон.

- Прибор Миры, визуализатор. Мира записывала все воспоминания на него. После мы вместе посмотрели все имеющиеся записи. Правда, с первого раза я не понял про кольцо. А Мира подметила.

- Я зацепилась за него волосами на прогулке, – прошептала, но меня все услышали.

Шон громко расхохотался.

- А ведь я сразу понял, что в тебе есть что-то особенное. Вначале я планировал только выяснять у тебя ход расследования. Но не вышло. А я сам не заметил, как заинтересовался, – покачал головой Шон, безумно вращая глазами, – выходит, именно это меня и подвело.

- Уведите его, – бросил Сарен.

Подошедшие стражники вывели Шона, вслед за ними и мы покинули особняк Ивье.

Эпилог

Пару дней не утихала шумиха вокруг новых открывшихся обстоятельств гибели Кевина Мириса. Городские газеты всячески смаковали эту новость, добавляя все новые детали и подробности, а порог городской управы оббивали все желающие взять интервью у участников громкого дела. Благо сыскари умели выдворять наглых писак без особых церемоний. Мы с Ромасом сидели в кабинете и заполняли последние отчеты, касающиеся дела, когда раздался очередной стук в дверь.

- Да сколько же можно! Как эти назойливые газетчики проникают в управу, – простонал Ромас, вставая и направляясь к двери, чтобы выдворить очередного лазутчика.

Однако на этот раз предположение оказалось неверным, и когда сыскарь распахнул дверь, на пороге оказалась Нейли Трис.

- Светлого дня, господа сыскари! – поздоровалась девушка. – Я не отниму у вас много времени. Я слышала, чем закончилось дело Кевина. Весь город только обэтом и говорит. Хорошо, что истинный виновник ответит за свой поступок. Мне бы не хотелось, чтобы убийца Кевина разгуливал по городу и жил в свое удовольствие. Хотя в какой-то мере я теперь понимаю поступок Лорены, любая мать готова пожертвовать собой, чтобы спасти своего ребенка. Даже если и от заслуженного наказания. Простите, я отвлеклась. Я не поэтому же к вам пришла. Вот, Мира, это вам.

На стол перед удивленной мной Нейли поставила внушительных размеров корзинку со свежайшей ароматной выпечкой, отчего рот непроизвольно стал наполняться слюной.

- Спасибо большое, но зачем? – спросила озадаченно.

- Это не купленное, не подумайте, сама приготовила, по собственному рецепту. Такого нигде больше не попробуете, – пояснила девушка. – За вашу помощь и наш последний разговор. Он помог мне взглянуть на ситуацию с другой стороны. Я долго обо всем думала, и решила поступить так, как вы подсказали. Если получится доказать родство Кристофа и Кевина и таким образом вступить в наследование, пусть к совершеннолетию у моего мальчика будет хоть что-то. А после, будучи взрослым, уже он сам решит, стоит ли оставлять это себе или распорядиться тем, что осталось от отца, по-другому.

- Очень мудрое решение, – похвалил девушку Ромас, поняв суть разговора, и задумчиво глянул на меня.

- Да, теперь буду воплощать это в жизнь, – слегка улыбнулась Нейли. – Пусть о Кевине останется хотя бы такая память.

- Я в скором времени закончу прибор, о котором говорила, и, возможно, смогу вам помочь с установлением родства, – пояснила я и спешно добавила специально для сыскаря. – Естественно, если он будет работать должным образом и после проверки будет заверен.

- Спасибо, тогда я вскоре зайду снова, – поблагодарила перед уходом Нейли.

- Значит и здесь ты успела отметиться и помочь, – прокомментировал Ромас, когда мы вновь остались вдвоем.

- Да, я помню, что это не вписывается в службу управы, – передернула я плечом. – Но я считаю, что управа не только должна следить за соблюдением законов, но и помогать людям в трудные времена. Хотя возможно ты со мной и не согласен.

- Я давно хотел с тобой поговорить, – начал Ромас.

Нас прервал громкий стук в дверь и показавшаяся в проеме голова посыльного.

- Письмо для госпожи Эльвис.

- Да, это я. Спасибо.

На стол передо мной лег конверт со штампом городской палаты и молодой человек удалился.