Дело в чемодане (СИ) - Бел Анастасия - Страница 16

Последний от неожиданности нервно икнул.

- Нет, не у господина Шима.

- У кого же тогда? – вцепился словно репей дотошный сыскарь.

Повздыхав некоторое время, молодой человек понял, что без ответов его не выпустят и принялся рассказывать.

- В мастерской стеклодува в последнее время много работы. С одной стороны это хорошо, когда в мастерской достаточно прибыли мастер не жадничает и подмастерьям перепадает надбавка за труды. Да и опыта получается набраться, не всегда же в помощниках сидеть, когда-то и самим хочется уже свою мастерскую заиметь и уже там самому распоряжаться.

- А я смотрю поболтать у этой семейки передается даже не через родственные связи, – пробормотал Гасан, вызвав усмешку присутствовавших утром в управе.

- Чегось? – уточнил сбитый с мысли Герам.

- Не отвлекайтесь, молодой человек, продолжайте. И по возможности ближе к делу, – приободрил его Дюк.

- Так я про дело-то и говариваю. Работы много, трудимся у стеклодува не покладая рук, да и забывая про все на свете. Вот и подзабыл малость про именины папеньки супруги. В день утром и вспомнил только, когда она напомнила что празднование в таверне вечером и наказала что посля работы зайти освежиться да и идти сразу по какому месту. А я в мастерской так устал, да и замотался, и как без подарка к такому дню явиться не знал. Вот как работа в мастерской закончилась, в тяжелых думах по дороге и зашел нервы успокоить в небольшой кабачок.

При этой фразе Шим неодобрительно покачал головой и поджал губы, показывая, что запомнил эту неизвестную ранее деталь.

- В питейных часто разговаривают оказавшиеся рядом люди, хоть раньше никогда и не видели друг друга. Вот и сидящий рядом парень, изрядно выпивши, рассказал что проигрался в карты и чтобы не наказали надобно долг отдать, да побыстрее. Я хоть сам не играю, но пожалел дурака. А там, чтобы немного отвлечь унылого соседа и рассказал непростую ситуацию в которую угодил. А парень неожиданно встрепенулся, обрадовался, да и предложил в качестве подарка купить у него борта для телеги. Отличные, с резьбой, сделаны так, что даже благородным иметь такие не зазорно. Да и цену предложил хорошую. Ну я и решил чего не глянуть? А как увидел сразу понял, что надо брать, не будет стыдно такое отцу Савору вручить.

- Занятная история. А как парня звали-то? – уточнил Ромас, потирая подбородок.

- Не спросил, – растерянно отозвался подмастерье.

- А это уже хуже, – вздохнул сыскарь.

- Да вот же он! – внезапно воскликнул Герам, показывая пальцем куда-то нам за спину.

Обернувшись мы увидели юношу, бодро шагающего по дорожке в сторону дома.

- Сивор?! – воскликнул Шим. – А ну-ка, гаденыш, иди сюда! Эх, мало я тебя драл в детстве, а так уму-разуму и не научил! Это ты в карты играешь? Да папкину работу без ведома продаешь? А дальше что, из дома добро выносить начнешь! Быстро иди сюда!!!

Остановившийся при первой фразе юноша, на последней развернулся в обратную сторону и все набирая ускорение двинулся подальше от заслуженного родительского гнева.

- Ну, я тебе покажу, гаденышу! – прокричал вслед Шим непутевому чаду. – Никуда не денешься, если не сегодня, то край завтра вернешься.

- Итак, вот вся картинка круговорота бортов для телеги в пределах Мораны и сложилась, – прокомментировал Дюк.

- Да, только осталось решить чье имущество-то в итоге, – задумчиво добавил Гасан. – Один сделал, второй расписал. Но куплены и подарены не совсем законно.

- Господа сыскари, если уважаемый Шим выслушает, можно я скажу, – вклинился Савор, и дождавшись нескольких кивков и общего молчания, продолжил. – Господин Шим, борта вы сделали на совесть, материал, обработка, резьба достойны похвалы. Но согласитесь, и мои труды не мало значат. Ценность их с появлением качественной росписи только возросла.

-Да, ваша правда, – признал столяр. – И что же делать?

Повисшую на несколько секунд тишину решилась нарушить я.

- А что, если вам, уважаемый Шим, сделать еще одну пару очень похожих бортов, а уважаемый Савор их распишет? И тогда у каждого из вас будет то, что вы хотите, и никаких претензий друг к другу. А уже внутрисемейные воспитательные дела сами решите, без вмешательства управы.

- Ай, дельную мысль барышня советует! – обрадовался Савор. – Согласен, господин Шим? А там глядишь и дальнейшее сотрудничество обсудим.

- Ну, если уже дальше вместе работать, то чего не согласиться, – подумав, кивнул столяр.

- Все это, конечно, хорошо. Но вы забыли одну деталь. – заговорил Ромас. – В управе находится уже два заявления по этим бортам. И необходимо закончить разбирательство и наказать виновных согласно закону.

- Мы заявление господина Савора не зарегистрировали, – отметил Дюк, – оно было написано перед самым выходом и все двинулись сюда чтобы разобраться на месте.

- Так и я не регистрировала заявление господина Шима, – обрадовалась я, – мы тогда выезжали к госпоже Ивье и я забыла это сделать.

- Ты что? – уставился на меня Ромас – Не внесла заявление, хотя я специально сказал тебе это сделать? Просто прекрасно!

- Но в данной ситуации это же хорошо, – осторожно отмечаю, не понимая причины такого бурного недовольства сыскаря.

- Конечно, в данной ситуации это просто прекрасно, – пронизывая меня ледяным взглядом заговорил Ромас. – А представь, если бы это было дело об убийстве. Или надругательстве. Или краже действительно ценного имущества. И кто-то сидел бы и не понимал, почему же сыскари ничего не делают. А сыскари не понимали бы почему помогающие управе маги или собирающие улики работники не делятся никакой информацией. А все просто, одна пустоголовая девица не внесла в журнал нужную информацию, и остальные просто-напросто не в курсе, что необходимо выполнить работу по еще одному делу. Ведь как можно это сделать, если ты даже не в курсе, что это самое дело имеется. А так конечно, Мира, ты молодец. Можешь радоваться что в данной ситуации твое разгильдяйство принесло всем избавление от дачи пояснений в управе по поданным заявлениям и итогу сегодняшнего разбирательства.

Закончив, Ромас отвернулся от меня и слушавших всю его тираду мужчин, и удалился в полной тишине. А мне стало так грустно, что я не оправдала возложенное на меня доверие и подвела сыскаря, да еще поначалу как дурочка и порадовалась этому, что я не прощаясь уныло поплелась следом.

Глава 12

Осознание допущенной ошибки вызвало внутреннюю неловкость и чувство вины вкупе с озабоченностью. Даже сегодняшние успешные испытания новенького визуализатора померкли на фоне словесной тирады строгого и правильного Ромаса. Смогу ли я когда-нибудь заслужить его одобрение? Интересно, этот человек никогда в своей жизни не совершал ошибок? И каким образом он относится в собственным неудачам, еще более строг к себе, чем к остальным, или же напротив на многое закрывает глаза? Подозреваю мне не узнать ответа на этот вопрос, ибо вокруг сыскаря сплошная завеса тайн и нет варианта попасть в его ближний круг. Ночь для меня прошла в размышлениях и апогеем всего стала мысль, а верно ли я поступила, когда ухватилась за мысль пойти на службу в управу. А с чего я вообще взяла, что способна справиться с подобной работой и возлагаемой ею ответственностью? Что если последствия моих поступков будут такие, что помощь не получит действительно в ней нуждающийся и не понесет заслуженное наказание виновный? Смогу ли я с этим смириться?

Одевшись в соответствующий моему настроению унылый серый костюм, я шла на службу, словно на эшафот. Единственной мыслью было, что если едкий Ромас не высказал все, что обо мне думает вчера, не позволить себе порадовать его расплакавшись в управе. Меня посетила мысль даже извиниться, но потом я подумала, что такому человеку, как сыскарь, не особо-то и нужны чьи-либо извинения.

Подойдя к знакомому маленькому кабинетику я коротко постучала и зашла, сразу проходя к собственному столу.

- Светлого дня, – тихо поздоровалась.