Режим бога. Вспышка Красной Звезды (СИ) - Вязовский Алексей - Страница 28

- Поговорите с ней, чтобы она помирилась со Львовой и извинилась перед ней. Все претензии пусть предъявляет Коростылеву. Иначе гримера мы заменим. Склок в коллективе я не потерплю.

Прощаюсь с «собутыльниками» и возвращаюсь в свой номер.

- Ну, что? Надавал идиоту по мозгам? – ехидно интересуется Альдона

- Угу… Второй глаз ему подбил. Для симметрии.

- Правда, что ли? – изумляется подруга.

- Правда. Он на очкового медведя теперь похож.

Звездочка не выдерживает и начинает хохотать. Видимо представила себе мамонта с двумя подбитыми глазами. Я устало улыбаюсь, сажусь рядом и беру ее за руку

- Аленька, пойдем спать, а? Вот просто молча. Без упреков и выяснения отношений. Если бы ты знала, какой объем работы я сегодня проделал на этом чертовом приеме, ты сама бы предложила отнести меня в спальню на руках.

- Устал? – смягчается она – А я ванну для тебя набрала.

- Боюсь, усну я там.

- А я на что? Пойдем…

Она тянет меня в ванную, помогает раздеться. Стоит мне усесться в воду, девушка начинает осторожно втирать в мои волосы шампунь и массировать кожу головы. Потом разминает мои шею и плечи. Я уплываю в нирвану, чувствую только нежное касание рук и воды, расслабляющих мое бренное тело. Похоже, я даже сам не догадывался, как устал за сегодня. День был бесконечным, и даже у молодого организма есть какой-то предел сил. Я свои силы сегодня точно исчерпал…

30 июня 1979 г. суббота, 6.30

Япония, Токио отель Нью Отани

- Вставай, соня. Сам просил тебя разбудить.

- Зачем так рано-то…?

- Пробежка, завтрак и проводы Кальви.

- А можно что-нибудь из этого списка заменить на утренний секс?

- Конечно, можно – женская рука скользит по животу, подбираясь к самому ценному, но коварно останавливается на полпути и цапает меня за мышцы пресса – Кальви!

- Роберто неприкосновенен, он наша священная итальянская корова – сонно протестую я, перехватывая руку девушки и пытаясь направить ее ниже - уж лучше я голодным останусь.

Получив протестующий шлепок по руке, сползаю с кровати и плетусь к шкафу за спортивной одеждой. Альдона тоже быстро одевается

- Жду у лифта через три минуты. Время пошло.

- Яволь, май фюрер… - насмешливо фыркаю ей вслед.

В лобби и в парке сегодня на удивление пустынно. Ах, да... Саммит закончился, гости разъехались. Не все еще пока, но большинство. А новые заедут не раньше полудня. Американской охраны вообще не видно, все секретные агенты свалили вслед за Картерами. Мы с Альдоной и ребятами-охранниками бегаем по совершенно безлюдному парку - раннее утро, вокруг ни души. Делаем три больших круга и возвращаемся в отель. Завтрак уже ждет нас в номере – Ичиро постарался. Нахально затаскиваю свою ледышку в душ и получаю все, что мне причиталось со вчерашнего вечера. Потом мы вместе быстро завтракаем.

- Ну, все, я побежал, любимая. Встретимся на репетиции. И помоги там Клаймичу с дисциплиной. Припугни всех, что вернусь я злым и покусаю тех, кто будет лажать.

- …Ви-ить, ты собираешься в Италию? - игнорирует Снежная Королева мою просьбу

- А ты нет? Мы все туда собираемся.

- Не прики-идывайся, тебе не иде-ет. Ты же понимаешь, про что я спрашиваю.

Снова здорово…! Как только самой не надоело себя мучить, изводя пустой ревностью к Анне.

- Алечка, как еще мне до тебя донести, что Анна - закрытая тема? Кальви ясно выразился – репутацию дочери он угробить не даст. Вот твою - ему не жалко - улыбаюсь я - Поэтому будем гробить ее вместе

- А сама она что говорит? - Альдона подозрительно смотрит на меня

- Ничего не говорит! Вернула все мои подарки, приложив к ним вырезку с заметкой Саттера. Всё!

- Это там, где про нашу свадьбу?

В ответ я закатываю глаза, прося у неба терпения с этой ревнивой упрямицей, и, чмокнув ее в белобрысую макушку, сваливаю из номера. Нет, ну почему даже самые умные женщины начинают вести себя глупо, стоит им найти повод для ревности? Даже мнимый. Загадка…

На проводы Кальви я угрохал больше трех часов. Международный аэропорт Нарита это вам не Ханеда, который расположен практически в центре Токио. А тут пока мы выехали, пока с полицейским кортежем и мигалками добрались до Нариты, а это на минуточку 75 километров от центра японской столицы, потом я подождал, пока итальянцы взлетят. И лишь тогда с чистой совестью мы вернулись в город и поехали на репетицию в Будокан. В посольстве до трех дня нам все равно делать нечего. Суббота, лето – раньше девяти утра в Москве никто на работе не появится.

С Кальви в машине мы пообщались неплохо. Заметив свой ролекс на моем запястье, Роберто по-отечески улыбается, ему приятно видеть свой давний подарок

- Носишь еще?

- Практически не снимая. Часы напоминают мне о вас.

- А у меня твои в кабинете на специальной подставке стоят. Когда вижу их, тоже о тебе всегда вспоминаю.

Потом я ему немного про московские новости рассказал, он мне про обстановку в Италии. Ультралевые опять бузят, в середине июня атаковали в Риме отделение КПК. Не знаю, что там думают Веверс с Пельше, но если через год эти твари устроят теракт в Болонье, у Кальви будут большие проблемы. Надо же как-то помочь нашему другу, а то так и до отставки недалеко.

.К моему приезду работа на сцене кипит. Народ бодро репетирует новые песни, то и дело прерываясь и повторяя особо сложные моменты. Здороваюсь с Майклом и Григорием Давыдовичем, плюхаюсь в соседнее кресло. Татьяна Геннадьевна машет мне рукой, давая понять, что готова показать мне результат Вериной дрессировки. Звучат первые аккорды «You´re My Love», Вера довольно сносно исполняет первый куплет. Альдона с Ладой изо всех сил стараются под нее подстроиться. Вера видя, что я не проявляю признаков недовольства, второй куплет поет еще лучше. Только старательно выводя знакомые слова, она от волнения забывает пританцовывать, и эта ее статичность портит общую картину.

- Хорошо! – хвалю я ее, и Вера расцветает – но я точно знаю, что ты можешь еще лучше. Правда, Татьяна Геннадьевна?

Наш педагог по вокалу жарко убеждает меня, что это только начало. На генеральной репетиции Веру мы просто не узнаем. Хочется верить…

В перерыве я залезаю на сцену и собираю группу вокруг себя. Музыкантов, звездочек и танцоров.

- Друзья мои, мне кажется, вы до конца не поняли одну важную вещь. Я уже говорил это, но сейчас повторю: японская публика не очень хорошо знает английский язык, а итальянский и вовсе не знает. Им по большому счету наплевать, насколько правильно вы выговариваете слова и ставите ударения. Но для них очень важна картинка. Они в первую очередь пришли смотреть шоу, а значит, все должно быть красиво. Красивые лица, красивые костюмы, точные красивые движения солистов и танцоров, шикарное оформление зала и сцены…

- …и обалденная музыка – добавляет Коля Завадский

- И обалденная танцевальная музыка - соглашаюсь я - Будем считать, что это специфика японских гастролей. В Америке все будет по-другому – там важны слова песни, а значит, наше правильное произношение. Но здесь вот так. Японцы ценят слаженность, видимую легкость и лучезарные улыбки артистов. Эти улыбки буквально не должны сходить с ваших лиц весь концерт.

- А как же «Дорога в ад» или «Wind Of Change»?

- Так это серьезные песни, они поймут. И на сцене в это время будем освещены только я и Коля.

- Значит, надо сразу привыкать держать намертво улыбку на лице – делает вывод Лада.

- Вот именно.

Перед тем, как мы уезжаем в посольство, музыканты снова берутся за «Pretty Young Girl». Я даже успеваю спеть с ними один раз.

- Лучше, чем вчера. Но до идеала далеко. Репетируйте дальше, через час вернусь…

Субботним утром в посольстве тишь и благодать. Ни-ко-го… Нас встречают только местные охранники и Владимир Петрович. Обмениваемся приветствиями, отправляемся в комнату спецсвязи. А вот и первая неожиданность – Веверса нет на месте. Путин бодрым голосом информирует меня, что сегодня мне не удастся с генералом поговорить, он в отъезде. Ладно… надеюсь там ничего серьезного. Прошу ВВП передать своему боссу, что с Кальви я помирился, и прощаюсь с ним, утешая себя тем, что это была не слишком секретная информация.