"Фантастика 2023-201. Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Семенов Павел - Страница 1473

Шел и думал — застану ли Вику? Ей в противоположную от универа сторону, но мало ли куда ее могло понести с утра пораньше? Успокаивал себя, что вроде бы не должно, но упрямая тревога все равно продолжала грызть.

— Слава богу! — налетевший во дворе ураган из двух тел завалил навзничь, хорошо еще, что в подтаявший сугроб, — Нашелся! Живой!

— Макс, Вика! Как хорошо, что вы у меня есть! Живые! А где Юля?! — нервно завертел головой, принимая более-менее вертикальное положение.

— Не волнуйся, Юля на работе, — успокоил меня друг, выдирая из грязной снежной кучи, — Ты же не забыл, где она работает? Боюсь, мы теперь ее долго не увидим — работы им там будет через край. Как ты? Я как услышал, сразу к тебе помчался, надеясь перехватить. Тебя не застал, зато Вику успел предупредить.

— Нас на сегодня распустили, контору закрыли на два дня. Все равно сегодня и завтра ничего толком работать не будет, — отчиталась Вика.

— Спасибо! — обратился к Максу, — Стыдно сказать, но я про тебя только сейчас подумал — сам-то как? Не попал, надеюсь? — чистенький вид друга говорил сам за себя, но мне хотелось еще услышать подтверждение.

— У меня сегодня все пары во вторую смену — отсыпался. Разбудили сирены. Теперь даже не знаю — не безработный ли я? По радио передают сводки — такой пиздец я вообще на своем веку не припомню! Слышишь, бухает? Если это по университету, то застанем мы там только руины.

— Руины — хуйня! Представь, сколько ты коллег не досчитаешься и студентов! Девчонки…

Пошатнувшись, сел обратно в сугроб и позорно завыл, размазывая по лицу сопли и слезы. Сколько держался, не давая себе возможности задуматься, а тут расслабился и накрыло.

Трясущегося меня Макс отпаивал водкой. Даже Вика, не любившая меня пьяным, без разговорчиков сгоняла за второй бутылкой, принеся сразу две — умница, наш человек! Огненная вода лилась в горло, но желанного забытья не приносила — перед глазами так и стояли шагающие на площадь волчихи.

— А ведь они, получается, ее телохранителями были, — заметил друг, разливая по стаканам новую порцию, — Валя твоя — явно не простая штучка. Как бы даже не та самая великая княжна инкогнито.

— Да, ну! — не согласился я, — Какая из нее княжна? К тому же у них фишка — брать себе "говорящие" фамилии: Королева, Царева. Сталкивались, знаем.

— Да будет тебе известно, мой юный необразованный друг, имя Василий происходит от греческого "басилевс", что в переводе на русский означает "царь", поэтому твоя теория ничуть не страдает. Так что, сдается мне, Лосеныш, надавал ты морде не просто девице, а девице из рода Рюриковичей! Что еще может тебе аукнуться!

— Да и насрать! — водка, наконец-то, сделала свое дело, и на этом оптимистическом высказывании я отрубился.

— Вставай! Вставай! — сквозь головную боль и туман кто-то настойчиво пробивался к моему сознанию, — Лось, я тебя убью!

— Лучше бы убил! — честно признался я Максу, который возмутительно прилично выглядел, протягивая мне банку рассола, — На хера ты меня растолкал?

— По радио приказ — всем военнообязанным и добровольцам явиться на пункты сбора. А кто-то у нас, помнится, капитан, не припомнишь — кто?

— Бля… — куда-то тащиться в моем состоянии — это, конечно, самое то! А с другой стороны — в мыслях опять выстроилась картинка, где три девчонки шагают на смерть, — буду чем-то занят, хоть отвлекусь. Кто бы сказал, почему я не могу себя простить? Мы с волчихами и друзьями не были, и троллили они меня постоянно, и сам знаю, что на их месте сделал бы меньше — у меня даже пистолета не было! Да и стреляю я из него не так, чтобы метко…

Эх, где бы взять психотерапевта, чтобы успокоил?

— Ты не виноват! — обняла меня Вика, закутывая в тепло своей души, — Это все блядские твари!

— Я на тебя плохо влияю! Всего три месяца, а ты уже со мной материться начала! — выдавил из себя благодарную улыбку.

— Так! Хватит! — хлопнул ладонью по столу Макс, — Где мой друг Лось, который прет напролом, не боясь ни черта, ни бога?! Заберите это сопливое чудовище и верните мне моего друга! Ты не виноват! Виновата малолетняя избалованная идиотка, которой приспичило утолить любопытство! А теперь ноги в руки — и марш на сборный пункт! Я с тобой!

— Ты-то зачем? Ты же не военнообязанный?

— Затем, что я доброволец! Встал и пошел!

Как говорил кот Матроскин: совместный труд, он облагораживает! В моем случае он еще отуплял, оставляя в голове одни команды: "Поднять! Утащить! Погрузить!" Как офицера меня поставили командовать сразу тремя бригадами добровольцев — разборщиков завалов. Военные, закрывая прорыв, повеселились знатно — чем ближе мы пробирались к эпицентру, тем больше было разрушений. К тому же схлопнутое окно не гарантировало смерти всех тварей, и из-под кирпичей вполне могла выскочить какая-нибудь кусачая пакость. Двое моих временно приданных подчиненных уже отправились в медпункт, нарвавшись на таких. Впрочем, гораздо чаще мы натыкались на трупы, которые уже начали пованивать, несмотря на холодную погоду.

— Нда… — растерялся Макс, выйдя на четвертый день к площади, с которой все началось, — Шуточка про безработного, похоже, вовсе даже не шуточка…

Фасадная стена здания университета отсутствовала напрочь. Как и у других зданий, окружавших площадь. В зияющих проломах виднелись закопченные парты, ветер носил по площади обрывки бумаг, на месте, где было окно, лежал обгоревший остов вертолета, жалобно скрипя погнутыми лопастями. А над всем этим сюрреалистическим зрелищем витал мерзкий запах сгоревших тварей.

— Тараном закрывали, что ли?

— А?.. — оторвался Макс от печального вида, — Окно там было?

— По-моему, да.

— Тогда, может и тараном… Само окно так не разрушить, но какую-то передышку взрыв у арки вроде бы дает. А может быть просто твари пилотов достали — некоторые, суки, высоко могут летать…

— Ну, что, девчонки, — обратился я к своей команде, — Глаза боятся — руки делают. Последний рывок!

Расчистка площади шла ударными темпами. Люди устали, но видимость конца монотонной и скорбной работы придавала сил.

— Все понимаю! Сумки, тетради, одежда… — измотанный Макс присел на подножку грузовика, — Но вот скажи — что здесь делает чемодан? Кто и что мог нести на учебу в чемодане? Или наоборот — за знаниями приехал? Чтобы побольше влезло?

— Да что ты к чемодану прикопался? — Я остановился перевести дух рядом с ним, — Человек, может, на вокзал ехал или наоборот с вокзала домой добирался…

— Надоело! — сплюнул на землю Макс, — Ты в курсе, что за это время только в центральной части еще восемь окон открылось?

— Откуда? — удивился я, — По радио тишина.

— Юлька вчера ночевать приходила, сказала. А сегодня ее в командировку с утра дернули и явно не на курорт! Надоело! — повторился он, — Вернется — женюсь, семейных на такие мероприятия не отправляют! А то думай тут!.. И вообще — распустят нас, Ван-Димычу звонить буду, пусть меня обратно берет. Надоело!

— Госпиталь не на переднем крае располагают, — попытался я его утешить.

— Скажи это людям, которые на том конце проспекта жили! — злобно тряхнул головой друг, — И с моей дурехи станется, может и на первый круг вызваться! Она же у меня ответственная! — он снова сплюнул на землю, — Вернется — в койку и ляльку, чтобы дома сидела, а не по окнам шарахалась!

— Так вот чего ты сегодня такой дерганый…

— Будешь тут дергаться… Шел себе человек спокойно, ехать куда-то собрался или домой торопился, гостинцы кому-то тащил… а его — раз!.. — Макс хмуро отпнул валяющиеся под ногами грязные обломки чемодана, — А она сейчас там…

— О! — вдруг уставился он на что-то за моей спиной, — А не по нашу ли это душу?

Обернулся. Среди суетящихся занятых уборкой людей в нашу сторону уверенно продвигалась процессия рослых военных.

— Если это наши — я их прямо расцелую! — пообещал товарищ, вставая и отряхиваясь.