"Фантастика 2023-201. Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Семенов Павел - Страница 1364

— Я не… — пылко начал было Нокс, но не договорив быстро замолчал и задумался.

Он так и думал себе всю дорогу, не проронив больше ни слова.

А мы, между делом, перепрыгивая через попадающиеся траншеи, прошли с добрый километр, и я наконец почувствовал, как пальцы едва заметно закололо снова начавшей циркулировать маной.

Граница мертвой зоны осталась позади, и я с удовольствием плёл и подвешивал в воздухе незавершенные плетения, готовясь к бою. К последнему бою, который определит судьбу этого мира и заодно — мою собственную.

Одних только Личных Защит я повесил на себя целых четыре штуки, да и на остальных ребят, включая Адама — столько же, благо, жилетка и нож суммарно снабжали меня практически бесконечной маной…

Все было готово.

И все оказалось даже проще, чем я думал. Само собой, пока еще рано расслабляться, и самое сложное еще впереди… Но, проклятье, я рад, что оно наконец закончится! Я прошел крайне долгий и муторный путь, и теперь он будет окончен.

Я ожидал, что перед резиденцией Вальтора окажется хоть какая-то охрана, но не было даже ее. Резные двустворчатые деревянные двери никем не охранялись, и даже рядом с одиноко стоящим трехэтажные зданием, никого не было.

Создавалось ощущение, что Вальтор специально отослал всех прислужников и прихлебателей прочь, чтобы обеспечить нам беспрепятственный проход внутрь.

Очень не хотелось всерьез рассматривать этот вариант, ведь он означал бы, что мы идем в ловушку…

И, тем не менее, я толкнул створки дверей от себя, обшаривая мгновенно появившимся маноматом все углы. В большом холле, что открылся сразу же за дверями, никого не было. И в следующем большом зале — тоже. И в следующем.

— Стоп. — внезапно сказал Адам, останавливаясь. — Дальше я не пойду.

— Почему? — тут же повернулся к нему Лютес.

— Потому что и так далеко зашли. — вместо Адама ответил я. — Причем без прикрытия. Правильно же?

— Точно. — Адам кивнул. — Я останусь смотреть за тылами, и смогу сообщить, если вдруг сюда на подмогу императора прибежит кучка троттлистов. Если смогу — даже задержу их.

— Добро. — я кивнул. — Но лучше просто предупреди. Дальше мы справимся сами.

Адам тоже кивнул, и занял незаметную позицию в углу помещения, а мы двинулись дальше.

Мы шли по особняку, чеканя шаги по полу, открывая дверь за дверью и попадая из одного огромного зала в другой. Казалось, это здание строили только лишь для того, чтобы выиграть мировое состязание на самый большой внутренний зал, причем сразу во всех дисциплинах.

Мы обшарили первый этаж, поднялись на второй, и там тоже не добившись никаких результатов, и уже не веря в свой успех (а вдруг Вальтор успел куда-то уйти, пока мы блуждали по катакомбам наклов?) поднялись на третий.

И сразу с лестницы оказались перед дверью, которая недвусмысленно намекала на то, что весь третий этаж состоит из одного огромного зала.

Мы в него вошли.

Зал действительно был огромен. Высокую крышу держало два ряда колонн, а между ними, посередине всей площади, тянулась широкая красная ковровая дорожка, ведущая к небольшому постаменту. На нём стоял резной деревянный трон, в котором сидела одинокая фигура.

Существо, одетое в какое-то подобие Дымного Доспеха, смешанного с костяным. На его голове возвышалась корона с ветвящимися зубьями из костей. Длинный красный плащ спадал складками с трона.

И это существо ждало нас.

Меня, есть быть точным.

— Килгор… — глубоким голосом произнес Вальтор, подаваясь вперед. — Ты меня не разочаровал! Я надеялся, что ты придешь. Я жаждал этого… Вот только все никак в толк не возьму — что с твоим видом?

— Он в любом случае лучше, чем твой, — процедил я, глядя в пустые черные глазницы черного черепа, исходящего дымом, который то ли заменял Вальтору шлем, то ли вовсе — являлся головой.

— Тут не поспоришь, — гулко усмехнулся Вальтор, поднимаясь с трона. — Я лишь хотел отметить иронию ситуации. Ведь теперь, вопреки обыкновению, вопреки привычному укладу, это ты выглядишь как младший брат… А не я.

Глава 27

— Кили! Кили! А угадай, что мне папа подарил на семь лет?

— И что же он тебе подарил? — вздохнул я, отрываясь от листа бумаги, на котором зарисовывал плетение нового, буквально только что придуманного, заклинания.

Я уже предвидел какую-нибудь гадость, но иного способа отвязаться от младшего брата просто не существовало — только выслушать пакость, которую ему так не терпится высказать.

— Радужного пони! Представляешь, радужного пони! Такого красивого, блестящего! Он переливается всеми цветами радуги, совсем как мана! А тебе он такого не подарил! А мне подарил!

Издевательски хохоча во все горло, Вальтор хлопнул дверью моей комнаты и убежал прочь.

Я же изо всех сил пытался сохранить спокойствие, хотя металлическое перо — недавнее и еще не успевшее обрести популярность изобретение верховинских мастеров, — ощутимо вдавилось в мои пальцы и даже, кажется, начало изгибаться.

Вот так всегда.

С тех пор, как мой младший брат научился говорить, каждый его день рождения проходит по одному и тому же сценарию. Прибегает, хвастается подарком и обязательно добавляет, что мне такого не дарили. А он всегда знает, что мне дарили, а что нет — отец всегда ему рассказывает об этом сам, презентуя очередной дорогущий подарок младшему наследнику. «Даже у твоего брата никогда такого не было!».

Удивительно просто, наша разница в возрасте не такая уж и большая, но отношение отца к нам совершенно противоположное.

За семь лет, что прошли от моего рождения до появления Вальтора, он успел решить, что его сто двенадцать лет — это уже глубокая старость (а мага в таком возрасте можно считать максимум пожилым, и то с натяжкой, и уж никак не стариком), что детей у него больше не будет, и поэтому всю свою любовь, все свое внимание и заботу сосредоточил вокруг младшего сына.

А уделом старшего так и оставалось холодное, отстраненное отношение, больше свойственное наставнику, нежели отцу, постоянное принижение заслуг и вечные упреки в недостаточном старании.

— Ты можешь больше, Килгор. Ты можешь намного больше. Ты — сын не кого-то там, ты — мой, сын самого Аламара Грозного, а значит, ты всегда можешь больше, чем ты сам думаешь. Устал, голоден, вымотан, опустошен — это все не отговорки, и уж точно не отговорки для меня. Когда-нибудь настанет время, и ты скажешь мне спасибо за то, что я заставил тебя пройти через эту школу. Это сейчас тебе кажется, что это — школа магии, но на самом деле — это школа жизни. А я таким образом проявляю о тебе заботу.

Только вот почему-то со вторым сыном проявление заботы не работало.

Или, вернее сказать, оно почему-то принимало совершенно другие формы — почти такие же, в какие облекает их большинство обычных людей.

Пока я получал на день рождения очередной фолиант, посвященный каким-то особенным техникам магии, Вальтору доставались дорогие игрушки, питомцы, а уж про горы сладостей вообще говорить нет смысла.

И никого не волновало, что игрушки через довольно непродолжительное время ломались, а сладости периодически находились в местах, явно не предназначенных для них — в замочных скважинах, например, намертво их заклеивая и заставляя долго проливать замок кипятком.

— Что вы хотите от него? — пожимал плечами отец в ответ на постоянные жалобы слуг. — Это же ребенок. Ему положено делать подобные вещи. Можно подумать, вы сами не были детьми!

Вот только вряд ли это объяснение было применимо для ситуаций с домашними животными, ни одно из которых у Вальтора не задерживалось надолго и почему-то все они скоропостижно умирали, то подавившись чем-то, то упав в колодец, то вывалившись из окна…

И каждый раз все это выглядело так, словно питомцы действительно сами убивались самыми искусными способами, и отцу этого вполне хватало, чтобы на любые предположения о вине Вальтора моментально выходить из себя и увольнять проштрафившегося слугу.