"Фантастика 2023-201. Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Семенов Павел - Страница 1330

В эту секунду в дверях школы показались троттлисты.

Сразу три облаченных в Дымные Доспехи фигуры уверенной походкой вышли из дверей, и один из троттлистов направился к Адаму, а двое других встали рядом с дверями.

Нечего было и думать пробраться мимо них, там расстояние даже метра не наберется, так что надежды на то, что получится все провернуть проще, чем я задумывал, не осталось.

— По плану, — велел я, и мы, не привлекая внимания троттлистов, двинулись в обход школы — туда, где мы сможем проникнуть внутрь.

Завернув за угол и пройдя до середины стены, мы остановились возле окна кабинета географии, который наметили как точку для входа, поскольку ни в нем, ни рядом с ним, если судить по карте, которую нам показывал Адам, никого не должно быть.

На всякий случай я уцепился за отлив окна, подтянулся и заглянул внутрь через стекло, все еще скрытый Вуалью, пока остальные осматривали окрестности, не забывая и верх тоже контролировать, на случай, если кому-то из троттлистов приспичит покурить из окна.

В кабинете и правда все было пусто. Перевернуто вверх дном, но пусто.

Тетради, глобусы, линейки, карты, валялись прямо на полу, и где-то на них красовались красноречивые отпечатки ног — отсюда всех выводили в спешке и явно не в добровольном порядке. Но сейчас тут было пусто.

Поэтому я вытянул руку, приложил ее к стеклу и пустил по пальцам две струйки маны — красной и голубой.

Сплетаясь в один поток, мана неторопливо растеклась по стеклу, обволакивая каждую молекулу, а потом я обрезал и замкнул мановые потоки, активируя плетение… Стекло с тихим шелестом осыпалось тем, из чего оно, собственно, и было сделано — мелким песком.

Можно было вырезать стекло ножом, можно было вообще прорезать саму стену, хотя не факт, что хватило бы длины клинка — стены тут приличной толщины… В общем, стекло можно было просто вырезать, но не было никакой гарантии, что оно не вывалится от этого внутрь или что остатки стекла в раме, лишившись целостности, не сломаются от собственного же веса и все это не зазвенит, разлетаясь на осколки, по полу, выдавая наше местоположение. Нет уж, лучше так — тихо, быстро и эффективно.

Да еще и приятно, черт побери! Чего скрывать — мне просто было приятно снова пользоваться магией на полную катушку!

Уцепившись руками за отливы, я запрыгнул на окно и еще раз осмотрел кабинет, ощупывая стволом углы. Никого так и не обнаружив, я развернулся обратно во двор, чтобы позвать всех остальных…

Но сказать так ничего и не успел.

Потому что магическим зрением, которым я пользовался так же привычно, как и обычным, заметил, что к нам приближается фигура, габаритами и силуэтом напоминающая человеческую…

Вот только ее не было видно в обычном спектре, а лишь в магическом, смотреть в котором мои ребята, как водится, постоянно забывают! А все это значило в свою очередь три вещи — во-первых, это маг. Во-вторых, это маг, который хочет остаться незамеченным. И в-третьих, что вытекает из первых двух — это враждебный нам маг.

Я даже не стал предупреждать остальных о вероятном противнике — иначе больше времени потратил бы на то, чтобы объяснить, где он находится, или чтобы убедить ребят перейти на магическое зрение. Вместо этого я навел маномат на приближающуюся фигуру и уже потянул спусковой крючок, как вдруг от фигуры донесся голос:

— А вы полны сюрпризов, Марк. Впрочем, не могу сказать, что я удивлена.

Мой палец дрогнул, но уже в другую сторону — отпуская спусковой крючок.

Это был голос Новы!

Остальные тоже узнали его.

— Что за черт? — поморщился Нокс. — Мне чудится?

— Нет, — ответил я, опуская маномат. — Посмотрите нормально, магическим зрением.

— Ох, черт!.. — опешила Ванесса, видя перед собой сияющую маной фигуру. — Сента… Нова? Я не ошиблась?

Вместо ответа Нова на мгновение раздвинула нити плетения перед своим лицом, являя его миру, и спрятала снова, став невидимой.

— Но как⁈ — не мог прийти в себя Нокс.

— Я лучший оператор магии света в этой стране, а, может, статься, и во всем мире, — слегка высокомерно ответила Нова, оставаясь невидимой. — Неужели у кого-то могли возникнуть сомнения в том, что я смогу невидимой пробраться мимо каких-то там людей, которые еще и заняты своими людскими делами?

Ну да, она права — белая мана это в первую очередь всякого рода маскировка, обманки и иллюзии и уже только потом, в намного меньшей степени — копья из лучей прожигающего света и ослепляющие вспышки.

Даже плетение моей собственной Вуали на три четверти состоит из белой маны и только на четверть — из других цветов.

Так что сомнения в том, что Нова имеет возможность пробраться за кордон действительно не должны были возникнуть ни у кого, кто хотя бы поверхностно знаком с теорией спектра мановых цветов. Другой вопрос, что я до последнего надеялся, что у нее не хватит духу этой возможностью воспользоваться.

Если бы это было так, у нас бы сейчас было намного меньше проблем.

Я открыл было рот, чтобы заговорить, но Нова меня опередила и даже по пояс вышла из невидимости, чтобы выглядеть убедительнее.

— Даже не думайте, Марк. Что бы вы ни собирались сейчас сказать — лучше не говорите. Я отсюда не уйду. И здесь я тоже не останусь. Я сюда проникла и себя подставила под статус преступника, но там, внутри школы, мой ребенок. И я не намерена смотреть на то, как все эти… структуры, — она выговорила это слово с презрением, — тянут время непонятно чего дожидаясь и непонятно чего добиваясь! Если ничего не делают они, то это сделаю я сама! Конечно, я не ожидала здесь встретить вас, но это ничего не меняет. Да, я знаю о вашей группе, о всех тех делах, которые вы четверо уже успели провернуть, но для меня это ничего не меняет. С вами или без вас я войду внутрь и отыщу своего ребенка. И если кто-то встанет у меня на пути — он об этом жестоко пожалеет. Даже если это будете вы.

— Вы правда будете с нами сражаться? — недоверчиво спросил Лютес.

— Если вы меня попытаетесь остановить — то буду. Постараюсь обойтись без крови — ослепить, возможно, навсегда, или просто замаскироваться и уйти… Но, зная Марка, это все может не сработать и тогда… Да, я буду сражаться. Даже если мне не суждено выжить в этом бою. Это более правильно чем просто сидеть и ждать, когда всю работу сделает кто-то другой… И бояться, что он ее не сделает.

Нова по своей привычке говорила спокойным и твердым тоном, разительно контрастирующим с тем, как она разговаривала с полицейским возле кордона.

Тогда ею управляли эмоции, она находилась в полном раздрае и не контролировала себя, поэтому и несла первое, что придет в голову…

А теперь наоборот — она взяла себя в руки, поставила перед собой цель и наметила путь к ней.

И, как это всегда было с Каролиной Нова, которая знала куда, зачем и как идти — она отринула все эмоции, которые только мешают делать один шаг за другим.

И она не отступит.

Она действительно вступит в бой, если понадобится. И, если я сейчас сделаю так, что этот бой будет против нас — то просто зря потеряю ценные ресурсы, которые можно применить более удачно. Не говоря уже о том, что сама по себе идея сражаться с бывшей учительницей для того, чтобы не пустить ее туда, куда она хочет отправиться, чтобы сражаться… плохо умещается в голове, скажем так.

Да и потом, она же лучший маг света.

Это весьма ценное приобретение.

— Идете с нами, — попросил я. — Но два условия. Первое — мы давно работаем в команде и сработались, на вас это не распространяется. Поэтому держитесь в невидимости и желательно не сильно близко, чтобы у нас было пространство для маневра. У нас есть план, и мы будем его придерживаться, если все выгорит, то мы спасем всех и никто не пострадает, а вы можете все испортить. Так что не пытайтесь лезть в бой, если только ситуация не станет критической.

— Идет. Что второе?

— Второе еще проще. Примите как данность следующий факт — определять ситуацию как критическую имею право только я.