"Фантастика 2023-201. Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Семенов Павел - Страница 1180

— Мотоцикл-то есть, — внезапно раздался над ухом спокойный голос Ванессы. — А вот желания связываться с таким навозом, как ты — вот его нет.

Я покосился на баронессу, которая стояла, сложив руки на груди, и тихо спросил:

— Ты доверишь мне мотоцикл?

— А ты собрался с ним гоняться? — так же тихо ответила она, и я улыбнулся:

— Гоняться — нет. Скорее так, урок преподать.

— Ого, подружка вмешалась! — обрадовался Винсент. — А что, сам за себя ты говорить уже не способен? Или ты только по чужой указке рот открываешь, а?

Винсент откровенно накручивал сам себя, ему казалось, что так он выглядит всё круче и круче, хотя на самом деле с каждой новой фразой его речь становилась все бессвязнее и бессвязнее.

— Так что раз мотоцикл есть, стало быть, погоняемся, а? Или ты крутой, только когда колес якобы нет и можно куда попало хайло открывать⁈

— Твой пример показывает, что наличие колес никак не связано с открыванием хайла куда попало. — Я усмехнулся. — Хотя, судя по твоему поведению, связь все же есть, только не с теми колесами, а немного с другими… Впрочем, неважно.

Я поднял руку, в которую Ванесса вложила ключ от мотоцикла, и крутнул его на пальце:

— Ты все еще желаешь прокатиться или поорал — и полегчало?

Винсент снова побагровел, сжал кулаки, развернулся и зашагал к своему мотоциклу, что-то тихо бормоча.

Толпа возбужденно загудела и быстренько перетекла к стартовой линии, оставив меня наедине с баронессой и тем мужчиной с тросточкой.

— Опасное ты дело затеял, сынок. — Он покачал головой. — Как зовут?

— Марк. — Раньше, чем я успел открыть рот, ответила Ванесса. — Он в курсе.

— Ну раз так, то хорошо. — Мужчина вздохнул. — Только не убейся, прошу тебя. Так хорошо день начинался…

И он тоже поковылял к толпе, что собралась возле стартовой линии, мы же подошли к мотоциклу Ванессы.

— Насколько хорош Винсент?

— Середняк. — Ванесса покачала ладонью. — Я его обхожу девять раз из десяти… Но ты же первый раз за рулем, что ты собрался ему противопоставить?

— Ничего. — Я пожал плечами, устраиваясь в седле. — Я ничего не собираюсь ему противопоставлять.

— А как тогда ты намерен выиграть?

— А кто сказал, что я намерен выиграть? — Я натянул шлем и застегнул застежку. — Я планирую ехать так, как получится, а выиграю или проиграю — это уже не суть важно. Главное, что люди услышали, что я сегодня первый день за рулем, так что даже если я проиграю, что наверняка, это уже нанесет огромный удар по имиджу этого петуха расфуфыренного — много чести победить того, кто сегодня проехал первую сотню метров на мотоцикле. Проще, наверное, только ребенка на трехколесном велосипеде победить.

— Кажется, начинаю понимать, — медленно произнесла Ванесса. — Тебе и не нужна победа.

— Конечно нет, нахрена она мне? — Я пожал плечами. — Я задерживаться в этом обществе не собираюсь, вливаться в него — тем более. Мне все равно, какое мнение обо мне останется у этих людей. А вот какое мнение у них останется о Винсенте — это уже более интересный вопрос. Ему-то не все равно. Ему ой как не все равно.

— Да уж. — Ванесса кивнула. — Представляю, что случится, если ты вдруг победишь…

— Я думаю, после этого он уйдет в добровольное изгнание из общества гонщиков. — Я усмехнулся и взялся за ручки руля. — Давай за двадцать секунд — что меня ждет на трассе?

— Нормальный асфальт, ям нет, иногда лежачие полицейские, помеченные знаками на обочинах, — быстро вспомнила Ванесса. — Перед ним поддавай газу, чтобы разгрузить перед, и ни за что не въезжай в них на тормозах — сразу разложишься. И самое главное…

— Да?

— Не убейся, — буркнула Ванесса, глядя в сторону. — Если все пойдет не по плану, черт с ним, используй магию. Тем более, если тебе все равно на все эти гонки и гонщиков.

— Все будет хорошо, дорогая. — Я улыбнулся, хотя из-за шлема Ванесса все равно этого бы не увидела. — Все будет хорошо.

— Уж сделай одолжение. — Она отошла, а я завел мотоцикл и, поддав чуть газу, медленно покатился к стартовой линии.

Винсент уже был там. Он натягивал щегольские облегающие перчатки на руки. Непрозрачный тонированный визор его шлема был направлен в мою сторону и готов биться об заклад — сейчас он там плотоядно ухмылялся, еще не понимая, в какую ловушку попал.

Мы встали на стартовую линию и приготовились.

— На старт! — Уже виденная мною девушка подняла одну руку. — Внимание!

Я поддал газу, заставляя мотор крутиться быстрее, а мотоцикл — мелко вибрировать, и чуть приотпустил сцепление…

— Марш!..

Глава 9

Как только девушка присела, взмахивая ярким платком и давая старт гонки, я до отсечки выкрутил газ, заставляя двигатель взреветь на максимальных оборотах, и тут же наполовину отпустил сцепление.

Отпустил резко, совсем не так, как учила Ванесса и как следовало бы в идеальной ситуации, но я сделал это специально.

Мотоцикл прыгнул вперед, приподнимая переднее колесо, я навалился грудью на бак и слегка, совсем чуть-чуть прижал рычаг обратно, снимая с колеса часть нагрузки. И, как только мотоцикл снова прижал переднее колесо к асфальту, я плавно, но быстро отпустил сцепление уже полностью.

Может, я и новичок в деле управления мотоциклами, может, у меня и исчезающе мало шансов выиграть заезд даже у среднего пилота уровня Винсента… Но это не значит, что я не воспользуюсь каждым из этих шансов.

Кое-какое преимущество у меня перед ним есть.

Он постигал всё на практике, постоянно пробуя новые вещи и оттачивая их. Но он не пробовал тех вещей, о существовании которых не знает. А я, благодаря имплантированной Громовым памяти, в теории знал об управлении мотоциклами вообще все, что только знают суммарно все люди этой страны. Знал, как использовать и как применять. Не умел — это да, но учиться уже некогда. Придется осваивать на ходу.

Хотя нет, это не единственное преимущество, есть еще одно.

Этот кретин меня крепко недооценивает.

Настолько крепко, что даже не попытался стартовать быстрее, как я. Он явно ожидал, что я тронусь с места с черепашьей скоростью, а то и вовсе — несколько раз заглохну по пути, слишком резко отпустив сцепление и с испугу передавив тормоза.

И сейчас я, бросив взгляд в зеркало заднего вида, наблюдал, как Винсент, который даже не держался за руль мотоцикла, — настолько он был уверен в том, что я запорю старт, — резко отдаляется от меня. Спохватывается, хватается за руль, резко дергает газ, вздергивая мотоцикл на заднее колесо, чуть не падая назад, и летит следом за мной.

Поздно.

Я уже оторвался на три-четыре корпуса, и, пусть ему, скорее всего, не составит труда перекрыть эту фору, я уже добился своего. Какой-то жалкий новичок-неумеха обставил вызвавшего его на гонку какого-никакого, а профессионала. Ему это долго будут припоминать.

Но это все потом. А пока что — надо еще доехать до конца гонки живым.

Справа от дороги замелькали желтые прямоугольники, на которых толстыми черными линиями изображались галочки-стрелки, указывающие, что здесь дорога изгибается. Я снова бросил короткий взгляд в зеркало заднего вида, убедился, что соперник еще далеко, и перестроился на внешний край дороги, чтобы иметь запас радиуса при прохождении поворота. Поджал передний тормоз, слегка сбрасывая скорость, приподнял задницу над сиденьем, перенося вес тела в сторону поворота и, насколько получилось, свесился с мотоцикла.

Это было немного похоже на сложный прием вольтижировки, когда жокей примерно так же свешивается с лошади набок, прикрываясь ее телом например от лучного обстрела, и не теряет при этом управление.

Но именно что «немного».

Мотоцикл, в отличие от лошади, не прыгал два раза в секунду вверх и вниз, но и скорости были несравнимые, как и высота самого транспорта. Если свешиваясь с лошади, можно было не опасаться, что заденешь что-то, то сейчас шероховатый асфальт, грубее любой самой крупной наждачки, с огромной скоростью проносился будто бы в каком-то сантиметре от визора шлема.