"Фантастика 2023-201. Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Семенов Павел - Страница 1100

Следом от имени всех угэдэидов выступил Хайду. Он обвинил Дорегене в забвении законов Ясы, в растрате казны империи, в изгнании верных сторонников Великого Чингиса Ялавача, Чинкая, Чуцая и других, на место которых были назначены верные ей, но бездарные расхитители казны.

Хайду от лица всех толуидов и Байдар от рода чагатидов поддержали Менгу. Байдар предложил казнить всех назначенных Дорегене чиновников, вернуть из ссылки старых соратников Чингис-хана, а саму Дорегене заключить под стражу, до разбирательства всех ее непотребств. На том и порешили.

На следующий день были жестоко казнены наперсница Дорегене Фатима, канцлер империи Абд ар-Рахман и многие другие приближенные сановники бывшей регентши. Особо жестоко обошлись с Фатимой. Ей зашили все отверстия на теле, чтобы после смерти ее душа не могла выбраться наружу, завернули в войлок и утопили в реке. Абд ар-Рахмана колесовали. Многих сановников разорвали на части лошадями. Их имущество вернули в казну.

Саму Дорегене бросили в подземную тюрьму — зиндан, заведенный в Каракоруме по образцу Хорезма.

Затем чингизиды перешли к самому актуальному для всех вопросу — избранию нового Великого хана.

Угэдэиды предложили кандидатуру старшего из братьев — Хашина. Многочисленные и горластые чагатиды настаивали на Байдаре. А толуиды выдвинули прославленного военачальника Хубилая. Представитель джучидов Сартак отмалчивался, прикидывая, кого поддержать.

Торг продолжался три дня. В ходе закулисных переговоров толуиды согласились поддержать избрание Хашина. В обмен угэдэиды согласились уступить в улус Толуя южную часть завоеванной империи Цинь и всю империю Сун, которую еще предстояло покорить. Для этого Хашин пообещал Хубилаю полную поддержку всеми воинскими силами империи. Сартак присоединился к союзу угэдэидов и толуидов. Сартаку Хашин пообещал поддержку против чагатидов, если те снова пойдут войной на улус Джучи. А также признал завоевания Бату в западной Персии и Месопотамии.

Чагатиды, возмущенные избранием Хашина, а также признанием им завоеваний Бату в ущерб правам улуса Чагатая, подняли мятеж, не дожидаясь окончания курултая. В кровопролитной битве под стенами Каракорума чагатиды были разбиты. В сражении пали Мутуген и Бури. Борак был захачен и казнен, вместе с несколькими темниками и тысячниками. Остальные чагатиды во главе с Бораком бежали в свой улус. Преследовать их не стали.

После окончания Курултая Хашин направил к Бораку послов, повелев передать, что, в случае продолжения им между усобной распри, Великий хан поможет Бату разгромить его и уничтожит улус Чагатая. Борак вынужден был покориться.

В оставшиеся дни Курултая чингизиды уточнили и согласовали границы улусов.

В улус Великого хана Хашина вошли коренная Монголия, земли татар, уйгуров, найманов, меркитов, кара-китаев, чжурдженей, тангутов и бывшая империя Цинь до реки Хуанхе на юге. Хашину предстояло окончательно покорить царство Корея и завоевать Японские острова.

В улус Хубилая вошли земли империи Цинь южнее Хуанхэ, а также еще не побежденная империя Сун и все земли далее к югу, которые смогут завоевать толуиды.

В улусе Чагатая остались бывшие земли Хорезма восточнее реки Сыр-Дарьи, восточная часть Персии, Афганистан и северная Индия. Чагатидам предстояло завоевать всю Индию.

Хану Бату достались земли западного Хорезма, башкирские и кипчакские степи в междуречье Тобола и нижнего Итиля, западная Персия и Месопотамия. Ему предоставлялось право завоевать Аравию. Джучидам досталась, также, неблагодарная задача воевать с Русской империей за Армению, Грузию, Сирию и Египет.

Через четыре месяца все это стало известно императору Юрию Всеволодовичу. Курултай закончился наилучшим для Руси образом. Главные силы монголов будут надолго связаны в империи Сун. Чагатиды завязнут в Индии. А у хана Бату нет, и в обозримом будущем не будет достаточных сил, чтобы воевать с Русью. Более того, с Бату следует заключить династический союз и направить его притязания на улус Байдара, как на слабейшего из соседей.

У Юрия Всеволодовича появилась возможность еще несколько лет спокойно заниматься внутренними делами империи.

26. Присоединение Польши

Император вызвал к себе дьяков Тайного, Посольского и Податного приказов Малюту, Остромира и Егория.

— Четыре года минуло уже, как я вам, дьяки дал задания по устройству Русского мира. Часть заданий этих вы уже выполнили. Византия, Дания и Болгария стали вассалами Руси.

Теперь настало время приступать ко второй части. А именно, вассальные славянские государства Польша, Чехия и Болгария должны войти в состав Руси на правах земель. С монголами в ближайшие годы войны не будет. Можно спокойно этими делами заниматься. Что скажете мне, дьяки?

Первым начал отчитываться Остромир, поскольку императорский пристав Польского королевства Семен по должности входил в ведомство Посольского Приказа.

— Благодаря мудрым повелениям твоего Императорского Величества, государь наш Юрий Всеволодович, которые мы все воплотили в действие, по мере наших сил, Польша к вхождению в империю вполне готова.

— Ближе к делу, Остромир, про мудрость мою мне все уже давно известно.

— Слушаюсь, Государь! Как ты, Государь, помнишь, восемь лет назад, после того, как мы помогли молодому королю Казимиру подавить всех мятежных польских князей и шляхтичей, ты их вотчины отписал в свое владение. А потом мы в них заселили своих дворян. Так что, во всех польских землях, кроме Куявии, наши дворяне владеют тремя четвертями поместий. На остальной четверти земель сидят князья и шляхтичи, сохранившие верность королю. В Куявии все земли принадлежат королю и его вассалам.

Тогда же в Польше, ты повелел ввести в действие русские Уложения. Согласно Уложениям, наши дворяне платят подати в нашу казну и несут воинскую обязанность Императору. А вассалы короля платят подати ему и подымную дань в нашу казну. Воинской службой они обязаны королю.

Так что, вассалы Казимира, по сравнению с нашими дворянами, платят существенно больше. Ясное дело, они этим не довольны. Многие из них уже обращались к приставу Семену с просьбой принять их под твой сюзеренитет. Семен им отвечает, что без согласия короля сделать это ты не можешь. Король Казимир этими прошениями уже завален по уши. Однако, он, по своей гордыне, всем отказывает. Сколько именно таких просителей, точнее скажет Егорий. По сбору дани пристав отчитывается перед ним.

— Польша нам платит дань в 30 тысяч гривен в год. То есть, по два с половиной рубля с дыма в год. Вассал Казимира, имеющий сотню дымов, платит 25 гривен. Не маленькие деньги! Города польские тоже платят нам дань в таком же размере, сверх податей своему королю. Поэтому, городские магистраты тоже рвутся к нам и тоже осаждают короля. Он им тоже отказывает. Так что, горожане и селяне обоими руками за то, чтобы добровольно присоединиться к Руси.

— А кто против?

— Против сам Казимир, — ответил Малюта, — и близкие к нему вельможи, которые имеют доступ к королевской казне. Если королевство становится Польской землей Руси, право распоряжаться казной, собранной из податей, у них исчезает.

— Какими воинскими силами обладает Казимир? — спросил Юрий.

— Всего у него может быть около четырех тысяч конницы и до восьми тысяч пехоты. Но это по полному списочному составу. Если же вычесть тех шляхтичей и горожан, кто готов присоединиться к Руси, у него останется не более тысячи конницы и тысячи полторы пехоты.

— Значит, те, кто готов присоединиться к Руси могут выставить против Казимира три тысячи конницы и шесть тысяч пехоты?

— Ну, не все из них рискнут выступить против короля воинской силой. Это, как ни крути, мятеж получается. И в случае неудачи, они легко могут головы лишиться. — Ответил Остромир. Так что, думаю, они смогут собрать тысячи полторы конницы и тысячи две пехоты. То есть, примерно столько же, как и у Казимира.

— Государь! Мои люди готовы распустить слухи, что в случае такого мятежа, наш гарнизон в Польше поддержит мятежников. — Вступил в дискуссию Малюта. — Наша пехотная рать в состоянии разгромить и войско Казимира и войско мятежников, если до этого дойдет. К тому же, и колеблющихся князей можно подкупить задешево. Тогда у мятежников точно соберется гораздо больше сил, чем у Казимира.