"Фантастика 2023-201. Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Семенов Павел - Страница 1095

Султан Аль-Малик, порлучив донесение о высадке русских в портах дельты Нила, немедля направил повеление эмиру Фаттаху половину сил срочно направить на помощь наемникам. Эмир направил десятитысячный корпус мамелюков к Дамьете. На марше военачальник этого корпуса эмир Джафар-аль-Тумбер получил известия об отходе корпусов наемников к Каиру, и повернул свой корпус тудаже.

Архистратиг конницы Галаш, получив донесение разведки об отходе части сил мамелюков от границы, немедленно обрушил на оставшихся свои два конных фема. В ожесточенном сражении мамелюки были рассеяны. Их остатки бежали к Каиру. Главную роль в битве, как обычно сыграли пищальники.

В итоге, 10 ноября у стен Каира собрались два войска. У султана остались его личная гвардия, 7 тысяч наемников и 10 тысяч эмирских мамлюков. У архистратига пехоты Лавра было 17 тысяч воинов, у архистратига конницы Галаша — 19 тысяч.

Двух кратное численное преимущество русских было подкреплено тремя сотнями полевых орудий, двумя десятками осадных пушек и семью сотнями пищалей, из которых полтораста больших. И еще сотня орудий стояла на кораблях, из которых два десятка малых осадных пушек.

Учитывая соотношение сил, Аль-Малик решил сесть в осаду. Город был весьма хорошо укреплен. Стена высотой в пять — шесть саженей имела длину около 12 верст, с полутора сотнями башен, высотой до десяти саженей и десятком ворот с подъемными мостами, была окружена глубоким рвом, заполненным нильской водой.

Население города превышало полмиллиона человек, и было весьма пестрым по составу: арабы, иудеи, эфиопы, нубийцы, копты и множество других народностей. Городское ополчение насчитывало около 50 тысяч человек, но вооружены ополченцы были плохо, и еще хуже обучены. Они годились только для обороны на стенах. Снабжаясь продовольствием по Нилу, в осаде можно было сидеть сколь угодно долго.

Каир был крупнейшим городом, не уступавшим по размеру Константинополю. Богатство Каира основывалось на торговле. В нем пересекались торговые пути из Индии, Европы, Китая, арабских государств, из Африки и Магриба. На крупнейшем рынке города — Фустате можно было купить тончайший фарфор, ароматические вещества и шелка из Китая, пряности, изумруды, сандаловые и тиковые резные изделия из Индии, слоновую кость из Занзибара, рубины из Шри-Ланки, жемчуг из Оманского залива, рабов из Византии и Конийского султаната, меха и янтарь из Руси, хрусталь из Магриба, великолепное оружие из Дамаска, шерстяные ткани из Европы. Не говоря уже о любых яствах со всего мира, египетском текстиле и папирусной бумаге.

Сжигать город император Юрий Всеволодович не велел, поэтому, командующий русскими войсками архистратиг Лавр к осадным работам приступил со всем тщанием.

Первым делом русский флот поднялся по Нилу и блокировал подвоз продовольствия и подкреплений по реке. Против каждых из трех речных ворот, вне досягаемости городских камнеметов, встали на якорь вооруженные пушками корабли. Против всех сухопутных ворот построили земляные укрепления, в которых разместили по нескольку осадных пушек, по батарее полевых орудий, по сотне пищалей и по паре полков пехоты. На осадные работы согнали жителей из окрестных селений.

Конные отряды мамлюков, пытавшиеся совершать вылазки из города с целью помешать осадным работам, были рассеяны огнем артиллерии. Конные полки рассыпались по всей округе, захватывая усадьбы мамлюков, и свозя припасы из них в лагерь осаждающих.

К юго-западу от Каира, за близлежащим городком Гиза, были видны циклопические сооружения — огромные четырехгранные пирамиды, сооруженные в незапамятные времена неизвестно кем. Пирамиды, в высоту достигавшие сотни саженей, внушали благоговейное почтение. Не верилось, что это творение рук человеческих. Однако огромные прямоугольные каменные блоки равного размера, из которых были сложены пирамиды, указывали именно на это. Кто именно и когда построил эти пирамиды, равных которым не были нигде в мире, было не известно.

Рядом с пирамидами располагалась огромная, высеченная из цельной скалы, статуя лежащего льва с человеческой головой.

Через неделю все было готово к началу штурма. Стены крепости, хотя и внушительные с виду, были сложены из непрочного известняка, имели толщину в основании не более сажени, и не выдерживали попаданий чугунных ядер осадных пушек.

За два дня непрерывной бомбардировки все воротные башни и прилегающие к ним участки стен были разрушены. На соседних участках стен и соседних башнях полевыми пушками были снесены заборолы.

28 ноября русские войска пошли на штурм. Гауфницы картечью снесли со стен обороняющихся. Под прикрытием их огня местные селяне забросали вязанками тростника и мусором из разобранных в посаде домов рвы перед проломами. Опят штурма городов у русских военачальников и пехотинцев был богатейшим.

Штурмовые отряды в составе полка пехоты, двух десятков полевых пушек и гауфниц а также полусотни пищалей каждый вошли через проломы в город и стали продвигаться по улицам к центру города. Очаги сопротивления в домах гасили огнем артиллерии. Ядра легко проламывали тонкие известняковые стены.

Однако, войска понесли серьезные потери. Особенно в центре города, где дома достигали высоты в пять — шесть этажей. Лафеты полевых пушек не имели возможности давать такое возвышение стволам. Арбалетчики и лучники стреляли по атакующим с верхних этажей. Каждый такой дом приходилось штурмовать снизу вверх по лестницам. При этих штурмах оказались весьма полезны пищали. Их выстрелы в сумраке лестничных пролетов ослепляли и оглушали обороняющихся.

Существенную помощь русским войскам оказали местные христиане — копты. Их ополчение под командованием епископа Феодора Шекуда, оборонявшее северо-восточную часть стены, после начала штурма перешло на сторону русских во главе со своим начальником. В дальнейшем копты оказались полезны в качестве проводников штурмовых отрядов по узким извилистым улочкам.

До конца дня вся материковая часть города была захвачена. Остатки мамелюков во главе с самим султаном отошли на остров Гезира, расположенный напротив центра города и отделенный протокой Нила. Лавр намерено не стал захватывать остров, давая возможность мамлюкам отступить туда.

Штурм Гезиры продолжился на следующий день. Чтобы не нести лишние потери, Лавр распорядился бомбардировать остров зажигательными снарядами. С реки пушки простреливали остров насквозь. Из города через протоку зажигательные снаряды метали трофейными камнеметами. Отделявшая остров от города протока исключала возможность перехода огня на город. Сопротивление мамлюков и наемников общей численностью до семи тысяч человек было подавлено к полудню.

Пытавшихся спастись вплавь с пылающего Гезиры безоружных мамлюков вылавливали из воды. Султана среди выживших не было. В плен взяли около четырех тысяч мамлюков и тридцать тысяч ополченцев, не проявивших особого упорства в бою.

Сбор трофеев в огромном городе занял целую неделю. Неоценимую помощь снова оказали копты. Они знали, где богатые арабы и иудеи обычно прятали свои ценности.

После приведения себя в порядок, русская армия выступила в поход вверх по Нилу. Пехота, следуя на кораблях, последовательно занимала крупные города верхнего Египта: Бохнаса, Исна, Асуан. Серьезного сопротивления нигде не было. Все воинские силы султана были уже разбиты. Городские ополчения сдавались без боя.

Конница следовала вдоль Нила по обоим его берегам, занимая малые города и селения. Взятые трофеи грузили на корабли.

Поход закончился в марте следующего, 1244 года в Нубийском городе Бербере. Оттуда войска двинулись в обратный путь. На лето русские фемы остановились в дельте Нила на побережье Средиземного моря. Огромные взятые трофеи, по меньшей мере, втрое превышающие константинопольские, отправили на Русь на кораблях флота. Пленные ополченцы, имевшие ремесленные специальности, тоже отправились в далекое плавание вместе с домочадцами, подмастерьями и оборудованием их мастерских. Лучших местных мастеров, не оказавшихся в числе пленных, соблазнили высокими доходами и льготами, которые имели мастера на Руси.