"Фантастика 2023-200". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Куковякин Сергей Анатольевич - Страница 169

Круг подозреваемых сузился. Тем более, что согласно сообщению Доктора, понятно, что после распоряжения Шестиугольника шестого, стоявшие и лежавшие перед его светлыми очами пациенты не то что навредить первой группе Десантников, себя то обслужить в бытовом плане не всегда могли, требовали постоянного постороннего ухода и являлись инвалидами. Большинство с самого детства.

Информация с патрулирующих малых кораблей, которую в режиме реального времени за последние двое суток имел в своём распоряжении Шестиугольник шестой, свидетельствовала о том, что никакие группы или одиночки из местных разумных интернат не покидали, в направление всех частей света из данного лечебного заведения не выдвигались. Нет, всё же трое кратковременно чуть за его границу вышли, но вскоре вернулись. Вчетвером. Вот и информация о пришельце подтвердилась. Беспристрастными механизмами зафиксированная.

Значит, где-то они близко от интерната прячутся. Задача Шестиугольника шестого становилась проще. Возможные похитители Мыслящих обозначены. Зачем они это сделали – узнаем после их нахождения. Оставалось найти.

Тут Шестиугольник шестой немного ошибся. Совершил небольшую промашку. Не чётко и не однозначно он сформулировал вопрос Ивану Ивановичу. Позволил Доктору его многопланово истолковать и соответственно дать ответ с размытыми границами, предложить несколько вариантов. Давно известно, что каков вопрос – таков ответ. Тут так и произошло.

Где могут прятаться новоявленные партизаны? Так вопрос был задан. Иван Иванович высказал горячее желание сотрудничать с новыми хозяевами и примерил на себя шапку Сусанина. Защитный купол над интернатом и его ближайшими окрестностями Агапит не снял. Поэтому выявить беглецов можно было только визуально. В пределах прямой видимости.

Калитка на центральных воротах психоинтерната Десантникам не требовалась. Сами ворота сейчас прорезанной бластером дырой зияли.

Хозяйственный Доктор посожалел об имеющемся беспорядке, по многолетней привычке даже прикинул – во сколько необходимый ремонт обойдётся или если новые ворота ставить. Всё уже изменилось, а он ещё по инерции старыми категориями жил. Да и придавленным своим сознанием не как раньше соображал, мельчил, на текущем концентрировался…

Помня о просьбе Агапита начал Иван Иванович балогов по лесу за собой водить. Где могут прятаться? Да где угодно. Шестиугольник шестой границы поиска не обозначил. Гипотетически мог Агапит со товарищи в джунгли Амазонки податься или куда ещё. Вот и продирались сейчас Шестиугольник шестой и его силовая поддержка сквозь дебри лесные, смахивали со своих лиц паутину и от комаров отмахивались. Не нравились вятским насекомым пришельцы. Доктора, как своего, они не трогали, а на них отыгрывались по полной программе.

Шажочек за шажочком Иван Иванович Десантников в болото и завёл. Знал он хорошо окрестности своей лесной медицинской организации, имел понятие – куда можно, а куда лучше не соваться.

Глава 72 Болото

Иван Иванович приказа губить свою жизнь молодую от Агапита не получал. Агапит просил его только задержать Десантников от поиска самого Агапита, а также Сокола и Володи. Про Владимира он не имел точной информации – кто он, зачем и почему в интернате появился… Знал только, что гость имеется и всё.

Доктор для начала Десантников по сосновому бору поводил, потом и еловым лесом позволил тем полюбоваться. В окрестностях интерната любого вида деревьев хватало. Дорогу он выбирал подальше от тропочки, что от задней калитки медицинской организации начиналась, так что расстояние от Десантников до Агапита и его попутчиков только увеличивалось. Секунды сливались в минуты, тех тоже всё больше противники балогов получали в своё распоряжение.

Шестиугольник шестой нервничал, отведённое ему время на выполнение задания шло, а результата не появлялось. Вопросы он стал Ивану Ивановичу неудобные задавать, подозревать его в саботировании розыскных мероприятий. Истинные свои цели Доктор пытался скрыть за умалчиванием, расплывчатыми ответами, так как врать напрямую балогу у него не имелось возможности.

Чтобы подольше задержать Десантников, решил он завести их в болото. Не утопить их там, а пусть немного грязевые ванны попринимают, страху натерпятся.

Лес, по которому он их сейчас вёл, становился всё более буреломным, плохо проходимым. Под ногами хватало сухого валежника и гниющих веток, сломленных когда-то ветром. Лежащие стволы с торчащими во все стороны ветвями не позволяли идти прямо, приходилось отклоняться то вправо, то влево. Ноги Десантников то и дело скользили и так и норовили быть поломанными в какой-нибудь ямке. Наши мужики давно уж бы несколько раз такую дорогу матом покрыли, а балоги перли как заведённые и ни слова, ни полслова от них было не слышно.

Постепенно лес стал реже, а под ногами сырости всё прибавлялось. В туфлях у Десантников всё больше хлюпало. Из райцентра они в неподходящей для лесных прогулок обуви приехали. По таким местам самое то в резиновых сапогах ходить, а не в лёгких ботиночках.

День клонился к вечеру, в лесу начинало темнеть. Холодком откуда-то потянуло. Туман даже неожиданно появился. Словно специально кто его наколдовал. Стволы деревьев сменил кустарник, путанный, низкорослый, а на ветвях его эти клочки тумана как будто повисали. Птиц стало совсем не слышно. Словно их как выключили. Неуютная совсем пошла местность, да и небо что-то затянуло. Для полного счастья только дождика ещё не хватало. Не помешал бы, конечно дождик, всё больше бы балоги здесь в лесу задержались.

Травы под ногами на открытых местах поприбавилось, затем моховые кочки, большие такие, всё чаще попадаться стали.

Гнилью в воздухе ещё потянуло и сырыми грибами. Вроде в пределах видимости и нет их, а всё равно грибами пахнет. А может и не сами грибы так пахнут, а место где они из мха свои шляпки показывают? Опять у Ивана Ивановича мысли какие-то в голове появились странные. Никогда он про грибы и не думал раньше, а тут вот что-то про них на ум пришло. Чудеса, да и только.

Почва под ногами стала немного пружинить, при каждом шаге почему-то где-то сбоку и внизу раздавалось хлюпанье. Жирное что-то хлюпало. Почему-то такая ассоциация голову Ивана Ивановича посетила. Именно про жирное. Совсем уж мозги съезжают под подчиненностью у балога…

Кустарник с отдельными чахлыми деревцами вдруг кончился и перед Десантниками возникла полянка. Если бы они вышли на её на три-четыре часа раньше, то увидели бы под солнышком на ней яркую сочную свежую зелень, сейчас же её краски как-то поблекли, стали темнее, прикрылись клочками тумана. Но и сейчас луговина манила, обещала отдых наломанным по лесному неудобью ногам.

Про эту полянку у местных жителей поверье ходило, что живёт здесь кикимора болотница. Вот к ней в гости Иван Иванович балогов и привёл. Светлыми ночами в начале июля сидит кикимора на полянке одна-одинёшенька и греется под ночным светилом, скучно и одиноко ей. Завидит если случайно забредшего к ней человека, обрадуется, начнёт его приманивать своими чёрными, раскинутыми по плечам и спине волосами, обнаженным телом, чуть-чуть прикрытым украшениями из осоки… Ноги только свои она в болотине прячет – они у неё на гусиные похожи, пальчики соединены тонкими черными перепонками.

Солнце до конца ещё не село, так что кикимора пока где-то пряталась. Десантники-милиционеры храбро рванули поперёк полянки. Тело Ивана Ивановича с Шестиугольником шестым немного задержалось – шнурок на ботинке у него развязался и мешался при движении. Вот он и наклонился его завязать. Сделав несколько шагов бывшие милиционеры провалились сразу двумя ногами и почти до пояса.

– Стоять и не дергаться. Сейчас помогу. – немногословно обратился к ним Шестиугольник шестой. Немного вернулся обратно – проходя он заметил там прислонённый к старому мёртвому стволу берёзы шест. Кто-то его там оставил для неизвестной надобности.