Дон Алехандро, человек и чародей (СИ) - Видум Инди - Страница 29

Так мы и поступили, наняв одного из охранников. Конечно, мальчишек, жаждущих подзаработать, хватало, но не факт, что они сразу после нашего ухода не попытались бы устроить распродажу нашего имущества. Очень уж пронырливые рожи были у тех, кто рядом крутился. Серхио захватил мешок, в котором были ингредиенты на продажу, и мы двинулись за покупками.

Процент чародеев здесь был велик: постоянно кто-то да виделся на горизонте, если вообще не шел рядом. В Вилье на чародеи привлекали внимание, здесь же они были частью пейзажа. Возбуждал интерес разве что Шарик, который активно работал навигатором, постоянно сообщая, куда надо завернуть, чтобы попасть туда, куда мы собирались. К его словам я относился со скепсисом, и как оказалось зря — привел нас Шарик аккурат к лавке с надписью «Все для чародейских эликсиров». Чуть ниже значилось «Альфредо Пенья, поставщик Мибийского королевского двора». Имя выглядело чуть ярче и новее основной надписи, но фамилия точно была несменяемой уже давно.

— Даже название не изменилось, — удовлетворенно сообщил Шарик. — Потому что чародейское сообщество инертно. Даже если владельцы сменились, они все равно будут продавать здесь то же самое, ибо место удачное. А тут не сменились — потомок основателя торгует. Чего застыл, Хандро? Дуй вперед, сейчас начнем продавать и покупать. И не вздумай соглашаться на первую же цену — уважения не будет. Лучше глубокомысленно помолчи, пока я для тебя слова подберу.

Заправлял в лавке чародей, причем на плече у него тоже сидел ками, первый из увиденных здесь, если не считать Шарика. Так-то Серхио говорил, что чародеи их стремятся заполучить, но, похоже, стремиться и заполучить в данном случае даже близко не одно и то же.

— Чего угодно благородному дону? — спросил владелец лавки. — Вы впервые в Кимике, если не ошибаюсь?

— Только не вздумай его тоже назвать доном, — прошипел Шарик. — Их семья, конечно, побогаче иных королей, но благородства деньги не прибавляют.

На мой взгляд, стоящий напротив меня сеньор выглядел вполне благородно: мантии на нём не было, был камзол, наверняка из дорогой ткани и пошитый по индивидуальному заказу, потому что сидел на сухощавой фигуре, удачно ее подчеркивая, нигде не морща и не натягиваясь. И ками на его плече смотрелся очень элегантно. С Шариком они обменялись коротким приветственным понятием лап и на этом потеряли друг к другу интерес.

— Впервые. Мне угодно кое-что продать и кое-что купить.

С этими словами я кивнул Серхио и тот выставил на прилавок приватизированные в Сангреларе контейнеры. Они оказались с чародейским секретом — ничего из хранящегося там не испортилось и выглядело как будто сорвано (или оторвано, вырезано, отпилено — нужное подчеркнуть) только что.

— Личное ученичество? Интересный набор, но не слишком ценный, — скучающе сказал сеньор Пенья, ознакомившись с содержимым.

Слишком любопытный сеньор, но недосказанностей лучше не оставлять — кто знает, на кого он работает и кому сливает информацию. Лучше убедить сразу, что ничего не замышляю и вообще лицо сугубо неинтересное.

— Увы, учитель погиб и приходится крутиться одному. Если мой набор не представляет для вас ценности, продам в другом месте, — заявил я. — У вас же только куплю нужное.

— Кто сказал, что не представляет ценности? Вы неправы, дон…

Он сделал паузу наверняка рассчитывая, что я представлюсь, чего я делать не собирался.

— Вы, только что.

Я подвинул к себе контейнеры, делая вид, что собираюсь их закрыть и передать Серхио, который опять встал за моей спиной. Но сеньор Пенья не дал этого сделать, ловко перехватил контейнеры и бросил:

— Вы глубоко заблуждаетесь, дон. Скажем, как на счет?..

Дальше шла торговля между ним и Шариком, где я служил только передатчиком слов моего ками. Шарик торговался азартно, наверняка вспомнив дни своей юности, когда он ходил за покупками вместе с доном Леоном. Наконец они пришли к консенсусу, но сеньор Пенья выплачивать сразу не стал, поинтересовался, что же мы собираемся купить.

В результате прибыль оказалась мизерной, потому что Шарик разошелся не на шутку и даже вытяжку на чародейской тяге выторговал, не считая всяких склянок, перегонного куба, кучи травок и порошков. Закупили мы и недостающие для антиправительственного ритуала ингредиенты. Правда, с одним получилась небольшая заминка, потому что продаваться он мог только чародеям с лицензией. Использовался он широко, в том числе и при обучении студентов, а зелий с его участием было запрещено всего несколько. Поэтому сеньор Пенья закрыл глаза на отсутствие лицензии, выставив в качестве компенсации двойную цену, которая и так была немаленькая. Скрепя сердце и скрипя зубами, я согласился. Вдобавок к списку, утвержденному Шариком, я высмотрел мешалки на чародейной тяге, у которых было аж три режима: медленный, средний и быстрый. И были они тоже в трех вариантах: стеклянные, темного дерева и медные. Наверняка были бы и из нержавейки, но этот мир такого материала не знал. Зато знал чары укрепления стекла до такой степени, что его не всякий направленный взрыв взял бы. Правда, стоило это стекло немало, поэтому бо́льшая часть наших покупок была из бьющегося.

— Хандро, зачем тебе эта ерунда? Настоящий чародей полагается на свой глазомер и чувство времени. Давай-ка лучше семян прикупим. Вон те три набора, второй в двойном экземпляре. А то пока выучим тебя, разоримся.

— У меня и глазомер и чувство времени такие, что я бы никому не советовал на них полагаться, так что мне мешалки нужны точно.

— Хорошо, бери, — с видом ками, делающего глубокое одолжение, разрешил Шарик. — Только семена не забудь.

— Семена-то зачем? Я ни разу не огородник.

— В этом вопросе никакого компромисса быть не может, — сурово выдал Шарик. — У всех приличных чародеев есть свой чародейский огородик. И чем чародей приличней, тем огородик больше, ибо он служит не только источником ценных и не очень ингредиентов, но и для отработки ряда чар. И я сейчас предлагаю взять так мало только потому, что понимаю: ты пока дубина дубиной и ждать от тебя чего-то приличного не придется еще пару лет.

— Я вот подумал, что я не такой уж плохой поэт и пару двустиший, а то и четверостиший, посвященных постоянно меня обзывающим ками, могу выдать…

— Я невольно сравниваю тебя с доном Леоном и сравнение — не в твою пользу, — пробурчал Шарик. — Ладно, признаю, ты не так глуп, как могло бы быть. Но семена возьми. А еще вон ту рассаду в горшочках и вон ту тоже заберем.

Шарик разошелся не на шутку, как будто мы уже имели жилье и нам не хватало только огорода. Но даже с башней, документы на которую у меня лежали, пока была полная неопределенность, поскольку о ней могли знать, и тогда нас поджидают ищейки короля именно там. Но ками меня убедил, что оседать для учебы все равно где-то придется, а такого выбора больше нигде не будет, поэтому к семенам добавились еще и два ящика с рассадой, которую нужно будет как-то поберечь в дороге. Хорошо хоть, животных никаких не надо было покупать, а то двигались бы мы дальше, как переселенцы, гоня за собой маленькое стадо разной живности. Или немаленькое — ками был хозяйственным и по мелочам не разбрасывался.

— Не переживай, Хандро, мы еще сделаем из тебя настоящего чародея, — заявил необычайно взбудораженный ками.

Покупок набралось прилично, и сеньор Пенья расщедрился на носильщика с тележкой, который под присмотром Серхио должен был доставить все до нашего фургона, в котором теперь не поспишь — слишком много места займут нужные вещи. Палатку, что ли, прикупить на случай дождя?

Размышляя об этом, я отправился в книжный магазин, направление на который тоже указывал Шарик. Когда я удивился тому, что и это заведение нашлось именно там, где говорил ками, тот с насмешкой сказал:

— Хандро, я же не глухой, а на Сангреларе чародеи — обычное дело. А чародеи друг с другом делятся информацией, усек?

— Думаешь, они стали бы говорить о перемещении каких-то магазинчиков? — с изрядным скепсисом уточнил я.