Миры Тани Гроттер (сборник) - Метельская Анастасия - Страница 24

– А на что Шурасики существуют? Парочки оглушающих заклинаний было достаточно, тем более все возились с новенькими, а их прибыло в два раза больше. Кому мы нужны? Сейчас, конечно, они могут что-то заподозрить, но тут… Парам-парам, парарарарам! Появляется неподражаемый Ягунчик с отрезвляющей настойкой в руках. Все заметано. Кстати, а тебе не капнуть моего волшебного напитка?

– Да нет. Мне и так уже лучше.

– Ну, тогда я полетел на крыльях славы спасать этот безумный мир.

Надеясь, что теперь ей никто не будет мешать, Таня вновь достала книгу и внимательно рассмотрела ее. Увесистый пухленький томик, потрепанный, на котором было оттиснуто: «Книга Отважных Сердец». Осторожно открыв книгу на титульном листе, Таня не увидела мерцающего штампа: «Библиотека Тибидохса. Вернуть до такого-то новолуния, иначе кирдык башка!»

«Значит, книга не библиотечная… замечательно, не надо будет нестись галопом, сдавать эту книженцию и уверять Абдуллу, что я не подхожу на роль подопытного кролика для его новых проклятий», – со вздохом облегчения подумала Таня.

– Так, посмотрим…

– Безумство храбрых – вот мудрость жизни! Безумству храбрых поем мы песню! – проскрипело кольцо Феофила Гроттера.

– Дед, ты чего?

– 1476.

– Что? 1476? Дед, ты снова в своем репертуаре, не говори загадками, – недовольно сказала Таня, поспешно пролистывая книгу. Она смекнула, что на странице 1476, возможно, будет что-то интересное.

– Ну и тупица же ты, открывай скорей и читай!!! – ворчало кольцо на Таньку, которая уже не обращала внимания на сварливого старика.

Девушка нашла нужную страницу, которая оказалась пуста, но в нижнем левом углу было небольшое углубление для кольца. Оно говорило о секретности хранящихся там файлов.

Гроттерша приложила кольцо. По бумаге пробежала рябь, запрыгали буквы, цифры, знаки препинания, а затем появились зеленые человечки… И Таня решила, что все-таки нужно отоспаться!

Но, видимо, сегодня был день открытых дверей… На этот раз в комнату вполз Гломов.

– А че ты тут делаешь, Гроттерша?

Таня сочувственно посмотрела на Гуню и ответила:

– Читаю.

– О-о-о… Это правильно. Ученье свет, а неученье – чуть свет и на работу! – проревел местный авторитет.

– Да, Гломов, тебе, наверное, очень плохо.

– Не то слово! О, раковина, интересно… – сказал он, заходя в ванную комнату. Нагнувшись к умывальнику и прислушавшись, Гуня изрек: – А чего моря не слышно? Канализация ведь туда выходит.

– Очень, очень плохо, – сделала заключение Таня.

– Ну ладно, бывай! – с такой фразой бакалавр Гуннио удалился из комнаты.

Бессонные ночи подготовки к экзаменам взяли своё, и Таня наконец-то заснула крепким, продолжительным сном.

Открыв глаза и посмотрев на часы, она поняла, что завтрак давно прошел, а вот на обед она как раз успевает.

Выйдя из комнаты, она встретила Пипу.

– О, я тебя как раз ищу! – тяжело дыша, сказала «сестренка», поднимаясь по лестнице.

– А в чем дело? – спросила Гроттер, ожидая очередного подвоха. Однако Пипа была спокойна и серьезна.

– Сарданапал волнуется, что ты завтрак пропустила. Вот меня и послал узнать, что с тобой.

Девушки спустились в Зал Двух Стихий, за столами никого не было, все находились под ними. Таня сразу очутилась под обстрелом поручика Ржевского. Он взял любимую Ванькину скатерть-самобранку и размахивал ею над головой с воплями: «Лови, фашист, котлету!!!» Таня растерялась лишь на долю секунды, но потом запустила в призрака Дрыгусом.

Все покатились со смеху. У стоящей рядом с Танюшей Пипы подкосились коленки, она схватилась за живот и с диким хохотом рухнула на пол.

Как позже выяснилось, народ в зале поспорил. Кто прогонит Ржевского, тот объясняется с Клепой (не без участия Пупсиковой и Попугаевой преподы узнали о вечеринке).

– Нам нужен был козел отпущения, но так как оных среди нас не водится, мы выбрали тебя.

Не выразить словами ту радость, которую она испытала, когда до нее дошел смысл сказанного. Таня с надеждой посмотрела на Глеба. Он мило улыбнулся, поиграл тросточкой, и желудок Поклепа взбунтовался.

Гроттер не без гордости подумала, что ИНОГДА хорошо иметь в поклонниках некромага.

– А ТЕПЕРЬ ОБЪЯВЛЯЕТСЯ ПОБЕДИТЕЛЬ В БЕГЕ НА ДАЛЬНИЕ ДИСТАНЦИИ! ПОООКЛЕЕЕЕПП ПОКЛЕЕЕЕПЫЫЫЫЧ!!!! – проорала на всю столовою Склепова, наблюдая за мелькавшими пятками преподавателя.

– Решительный шаг вперед – результат удачного поворота тросточки! – бодро сказал Ягун, выползая из-под стола.

Поняв, что объяснение с завучем откладывается на неопределенный срок, Гроттер решила наконец-то пообедать. Тане по жизни «везло», и она ничуть не удивилась, когда перед ней расстелили манную скатерть. С соседнего стола на нее смотрела Зализина. Она нагло обнимала Ваньку и ела шоколадный торт. Но даже выражение лица маечника не смогло отбить аппетит у голодной Танюхи. Наполнив свой желудок, девушка вспомнила о книге.

По пути на Жилой Этаж ее догнал Валялкин.

– Еле от Лизона отмахался! – отдышавшись, сказал он. – Как-то странно она себя ведет в последнее время.

Таня невинно улыбнулась:

– С чего бы это?

– Вот и я не знаю… Слушай, а как насчет смотаться на Лысую Гору? Только ты и я.

– Очень мило. Поднимемся ко мне, я возьму свой контрабас?

– ОТЛИЧНО!!! – радостно крикнул Ванюшка.

– Присаживайся. Я сейчас, только переоденусь. Ты можешь отвернуться.

– Да, мне всегда нравилась твоя красная футболка с глубоким вырезом, – сказал Ванька, смотря на отражение в зеркале.

– Слышь, не наглей!

– Юбочку, ну ту! Которая нравится мне оооочень.

– Она всем понравится, особенно если я еще полечу в ней на контрабасе.

– Не, тогда не надо!

Валялкин вновь посмотрел на зеркало, в котором отразилось лицо Тани. Она улыбалась, ее лучезарные глаза были наполнены нежностью и добротой.

– Ну, я готова.

– Блин!!! У меня же пылесос сдох! Может, тогда поближе куда-нибудь сгоняем?

– Например?

– В Заповедную Рощу.

Таня кивнула.

– Ну что, полетели? – спросил Ванька, когда они выбрались с контрабасом на площадку Большой Башни.

– Ага.

Таня села на контрабас со словами:

– Садитесь за мной. Вам куда?

– В Заповедную Рощу, – ответил Ваня. – А сколько это будет стоить?

– Один поцелуй. Оплата производится вперед.

Их лица сблизились. Ванька прильнул к пылающим губам Тани. После поцелуя хотелось кричать и рвать на себе одежду…

Парень и девушка взлетели.

Глава 4

Первое испытание

Контрабас с трудом справлялся с перегрузкой. И неудивительно, ведь с собой они еще взяли большую корзину с едой.

У самой земли контрабас резко затормозил. Таня, не ожидавшая такой подлянки от своего инструмента, перелетела через гриф, а сверху на нее упал Валялкин. Ванька улыбнулся, чмокнул ее в щечку, встал и подал руку ошарашенной девушке.

Закат и восход. Это великолепное зрелище. Ты сидишь и смотришь вдаль, на солнце. Его лучи окрашивают облака, придавая им различные оттенки: от ярко-оранжевого до нежно-розового, от темно-фиолетового до насыщенно-красного и зеленого. Еще интереснее наблюдать за дневным светилом у воды, в которой небо отражается как в зеркале. Небольшой ветерок волнует водную поверхность, точного рисунка уже нет. Теперь это больше похоже на палитру художника. Холодные краски воды смешиваются с теплыми красками солнца. Вода каждый вечер принимает разный оттенок… В воздухе царит атмосфера любви, спокойствия, счастья…

Вдруг Танин внутренний колокольчик завибрировал настойчиво и звонко.

– Что-то должно случиться, – беспокойно сказала Гроттер.

– С чего ты это взяла? Не волнуйся. Я с тобой.

– Нет, сейчас непременно что-то произойдет…

Едва Таня успела договорить эту фразу, поднялся ветер и появилась… книга.

– Ха, а я-то думал… – сказал Ванька, облегченно вздохнув. Он взял книгу, которая открылась сама. – Упс! Хотя правильно я так думал. Таня, взгляни на это.