Роман Суржиков. Сборник (СИ) - Суржиков Роман Евгеньевич - Страница 37

Лидер Науки скептически покачал головой.

— Альма, для меня время восторгаться природой морфитов миновало ровно год назад — на Синупсе.

— Такой природой я мог бы восторгаться вечно, — заметил магистр.

— Вы — возможно. Меня сейчас интересует только ответ на вопрос, который я поставил вам вчера. А именно: как могла возникнуть такая форма жизни?

— Ну что ж… Так бы и сказали сразу, что вы спешите.

Альма эм Юния вздохнул. Постоянно погруженный в непроглядные пучины ксенологии, магистр находил общий язык со считанными собеседниками, коих обожал и готов был общаться с ними часами. Его Мудрость входил в это число.

— Начнем с простого. Гипотезу об эволюции я отметаю. На Морфии есть лишь один вид живых существ — морфиты. Если кто-то предшествовал им в эволюционном процессе, то все более простые виды вымерли начисто. Включая одноклеточных.

— Это единственный аргумент?

— Нет. Даже не главный. Главный — здесь.

По приглашению помощника, Лидер Науки склонился к монитору атомарного сканера. Трехмерный снимок электронного микроскопа показывал клетку морфита, увеличенную в миллионы раз.

— Видите — зоны однородных атомов чрезвычайно малы. От миллионов атомов вот здесь и здесь, до… при таком разрешении не видно… до тысяч и сотен атомов вот здесь, в ядре. Клетка собрана из сотни кирпичиков молекулярного размера. И не забывайте — это не органика, только металлы! Какова вероятность, что металлы смешаются так тщательно и упорядоченно — по случайности?

Лайон кивнул.

— Согласен с вами. Это не случайное зарождение жизни, и не эволюция. Машины, способные к воспроизводству?

— Это не роботы, Ваша Мудрость, — с некоторым оттенком обиды проворчал магистр.

— Я бы усомнился.

— Уж поверьте слову ксенолога… Внешне может и похожи, но примите во внимание социальные вопросы. У морфитов нет строгой специализации, нет приспособленности для какого-то определенного вида работы, и главное — нет ярко выраженной цели! Зачем создавать роботов, которые не выполняют какой-либо явной функции?

— Откуда знаете? Возможно, у них есть цель, неясная нам.

— Лингво-психический анализ… Записи коммуникативных полей нашими робошпионами… Глухие дебри, анализаторы вскрыли только самую поверхность — но кое-что уже ясно.

— Однако вы привели меня не к анализаторам, а к трупу. Что хотели мне показать?

Альма эм Юния широко улыбнулся за лицевой панелью шлема.

— Сладости оставил на десерт. Вот она, вкуснятина!

Магистр ткнул пальцем в грудь Лайона. Броня на груди сияла голубым светом отраженной радиации. Крошечный дозиметр на запястье сходил с ума.

— Ну и?.. Он радиоактивен — что удивительного? Тело морфита на четверть из трансурания.

— Ходят слухи, вы на днях общались с живым морфитом. Причем, говорят, без скафандра. — Магистр подмигнул Лидеру. — Если бы он излучал так же как этот, с вас бы слезли волосы вместе с кожей.

Его Мудрость оторопел.

— Живые морфиты не излучают радиацию…

— Ага! Именно! А почему — не скажете?

Бледнея от стыда, Лидер Науки промолчал.

— Посмотрите на снимки внимательнее. Вот здесь, вот здесь! В их клетках есть микроскопические нити, переизлучая телесное поле они могут ускорять или тормозить процессы распада трансурания! Морфиты управляют радиоактивными процессами в своих телах. При жизни, конечно — после смерти контроль отключается.

Даже на снимке электронного микроскопа нити-катализаторы были еле видны. Их толщина составляла единицы атомов. Его Мудрость пораженно глядел на монитор.

— Но это ядерный синтез…

— Вот и ответ на вопрос, Ваша Мудрость: морфитов создал бог. И этот бог неплохо смыслил в ядерном синтезе.

Вместе с Хранителем Святыни в наблюдательную комнату вошла атмосфера холодного покоя и вечности. Разговоры разом стихли, рояне затихли, склонив головы перед Первым Мистиком. В сознание Лидера Науки проскользнуло удивление: за прошедшие после бегства Стража двое суток Первый Мистик впервые поинтересовался этим делом.

— Ваша Мудрость, позвольте побеседовать с вами.

Разумеется, он не нуждался в позволении. Оба лаборанта и дежурный офицер выбежали из комнаты, диафрагма затянулась за ними. Двое великих остались наедине, в окружении голограмм и моделей, зависших в воздухе над проекторами.

Его Светлость сел в кресло, чуть склонил голову набок, приготовившись слушать. Вопросов он не задавал.

— Ваша Светлость, как вы видите, я сосредоточил внимание на Реликвии морфитов. Есть весьма интересные наблюдения в отношении нее. Готов представить их.

Модели послушно разворачивались под его руками. В центре каждой из них была синяя световая черта — величайшая ценность Морфии. Черта медленно вращалась на проекциях, в определенной момент становилось видно, что она не имеет ни ширины, ни высоты — лишь длину.

— Начну с малого. Уже давно в лаборатории было зафиксировано нейтринное излучение. Пока там находился морфит, было неясно, является ли Реликвия источником излучения. Теперь этот вопрос решился. Реликвия излучает нейтрино чрезвычайно высокой энергии, причем крайне неоднородно — в одной плоскости. Эта плоскость поворачивается. Если бы Реликвия была некой машиной, а не одним лучом, я предположил бы, что она сканирует пространство вокруг себя.

Первый Мистик задумчиво кивнул.

— Теперь к большому. На первый взгляд Реликвия кажется двумерной — то есть отрезком линии. Я уделил много времени проверке способностей нашего зрения. С помощью мультиволновых излучателей мы поставили опыты по дифракции. Оптические волны всех длин, ультрафиолет и жесткое гамма-излучение огибают Реликвию без отклонения, что означает, что толщина ее — меньше 1 атома.

— Затем мы поместили Реликвию в энергостат и проверили испускание и поглощение ею электромагнитной и мезонной энергии. И то и другое отсутствует — Реликвия ведет себя как абсолютно холодное и абсолютно инертное тело. Результаты этих двух опытов приводят меня к единственному, но совершенно парадоксальному выводу…

Лидер Науки запнулся. Вспомнил слова, некогда сказанные ему Мистиком: «Верьте своим глазам. Мы знаем о мире не так много, чтобы перестать им верить.»

— Считайте, что я поверил своим глазам, Ваша Светлость… По вашему совету. Реликвия имеет мерность иную, нежели наш мир. Если быть точным, она действительно двумерна! В силу иной мерности она не имеет ни массы, ни объема, ни энергии в нашем мире.

— Любопытно, — отметил Первый Мистик тоном, лишенным даже намека на любопытство. Лидер Науки немного оторопел.

— То есть я хочу сказать… что Реликвия является объектом другого, не нашего мира, и мир этот имеет другое число измерений.

— Я понимаю вас, Ваша Мудрость. Двумерный мир, как плоскость, пронизывает наше трехмерное пространство. Мы не видим и не ощущаем его, поскольку в наших мерках он лишен массы и энергии. Но в одном определенном месте пространства пересекаются. В этом месте мы видим Реликвию. Я верно понял ваши рассуждения?

— Да, абсолютно верно, но разве это не удивляет вас?

Хранитель Святыни чуть улыбнулся.

— У нас с вами, как и всегда, разные поводы для удивления. Я никогда не слышал твердого доказательства того, что наш мир не пересекается с каким-то еще. Почему я должен удивляться, узнав, что они пересекаются?

— С этой точки зрения, конечно… Для меня, как ученого, поразительна сама возможность доказать, что существуют миры иной мерности. Более того, что они могут контактировать с нашим!

— Для меня же, как для главы религии Роя, важнее всего знать, что Путь будет продолжаться и прийдет к Цели. — Холодно отметил Первый Мистик. — Потому наша безопасность волнует меня больше научных изысканий.

Тонкие губы Его Мудрости сжались, на мгновение обнажив клычки.

— В таком случае Лидер Флота и Лидер Безопасности окажут вам лучшую помощь, чем я.

— Уже оказали. А теперь мне нужна помощь от вас. Если вы не возражаете, Ваша Мудрость.