Осколки тени и света (СИ) - Вересень Мара - Страница 3

Виновата была любовь. Не та восторженная влюбленность, лишившая меня трезвого взгляда на реальное положение вещей, а та, что я, взрослея, видела рядом с собой.

Я не знала никакой другой пары, что любили друг друга так же честно и беззаветно, как мои родители. Их бесконечные споры, пикировки по малейшему поводу и без и чопорное «вы» даже дома, могли создать впечатление совершенно обратное. Но помимо прочего были трогательно неловкие улыбки отца, его взгляды исподтишка и мамино горделивое и слегка снисходительное одобрении этих заметных прочим скупых знаков внимания. А главное – между ними была музыка. Тишина пела. Светом, теплом. Я слышала и ощущала это звучание, отчаянно желая того же для себя. И обманулась, приняв внешний блеск за внутренний свет.

Прозрение случилось во время приема, куда меня пригласили для знакомства с семьей. Была не только семья. Меня оценили, взвесили, определили коэффициент полезности… Вскользь, даже не особенно разглядывая. К этому я была готова.

Глава 3

Я не обладала непосредственностью матери и до невозмутимости отца мне было далеко, но полагала, что тот, на чей локоть опиралась моя рука – на моей стороне. Увы. Однако, стоит отдать ему должное, Драгон всегда был верен. Себе. И своей семье. И пусть и позволял себе перечить на словах, все равно поступал так, как велел отец, старший в стае. Иерархия, правила, главенство силы – дара и характера – являлись основными скрепами рода Холин. Думаю, как и в других уцелевших после инквизиторских чисток старых темных семьях.

Холин-мар – большое поместье. Чуть в стороне от Нодлута. Пафосное и мрачное. Слуги-зомби, или, как правильно говорить, конструкты, не добавляли уюта, хоть от живых отличались лишь застывшими, немигающими глазами, лишенными блеска. Мне стало уныло среди гостей, я пошла поискать отлучившегося Драгона и слегка заплутала.

– Ты серьезно? – урчащий голос, от которого у меня частенько подгибались коленки даже в моменты далекие от ожидающихся вот-вот поцелуев, звучал удивленно. – Жениться?

– Ты не знаешь, кем был ее отец? – не похоже, чтобы Эдер Холин спрашивал, хотя интонация была вопросительная.

Во время нашего знакомства, которое заняло минут пять, он говорил точно так же. Думаю, если бы они не заговорили об отце, я бы просто ушла, а не осталась подпирать стенку на некотором отдалении от приоткрытой, скорее всего, в кабинет двери.

– Пешта? Бывший глава надзора? – снова удивлялся мой потенциальный жених. – Он никто, воспитанник одного из сиротских домов. Все, что у него было он заработал при жизни.

– Разве этого, по-твоему, не достаточно для уважения? И это мой сын, – будто бы сокрушался Эдер. – Но его заслуги и карьера здесь роли не играют. Дело в крови. Не закатывай глаза, стервец.

– Какая кровь может быть у неизвестно чьего сына?

– Он бастард Крево, идиот, вечное пламя. И к падению Всадников Мора имеет непосредственное отношение, чтобы там не озвучивали в официальной версии. Так что ты сейчас вернешься в столовую и продолжишь ухаживать за его дочерью. Если тебе так претит ее ум, смотри на другие достоинства, коими она тоже не обделена.

– Терпеть в женах рыжую язву?

– Это легко решаемо. Краской и брачным договором. Пусть родит, а там видно будет.

– А без женитьбы никак нельзя? Можно подумать обручение – обязательный ритуал для появления детей.

Наше последнее свидание с Драгоном, после которого я получила приглашение в Холин-мар, закончилось как раз тем, после чего бывают дети. Но в тот момент мы явно не о наследниках думали. Нам в равной степени не терпелось познакомиться друг с другом и с этой стороны. И мое тело сейчас недвусмысленно напомнило о времени, проведенном в постели, волной дрожи. Но неприятный голос Эдера быстро вернул меня в реальность.

– Плодить бастардов? А потом разыскивать их по королевству? Кровь Холин должно воспитывать в доме Холин. И раз уж твой старший брат пропал, ответственность за продолжение рода лежит на тебе.

– Почему не женили Севера? Неужели не нашлось невест, достойных моего, вдруг ставшего после исчезновения идеальным, брата?

– Не дерзи, Драгон, – немного лениво протянул Эдер.

И словно темной душной периной придавило. Мне, не слишком чувствительной к магии вообще, даже дышать стало тяжело, представляю, каково было в этот момент Драгону. Впрочем, вряд ли он намного слабее отца.

– Так то, – снова заговорил старший Холин, видимо, удовлетворившись результатом демонстрации, кто в семье главный. – К слову, Север, насколько мне донесли, приглядывался к ее матери. Там тоже неплохие перспективы намечались, так что я даже подумывал дать согласие, несмотря на мутную историю с обвинением в убийстве. Вороний сын Пешта успел первым. Но так даже лучше, так сказать, два в одном. Упустишь их дочь – откажу от дома со всеми вытекающими последствиями.

– Так женились бы. У Севера и меня большая разница в возрасте, не это ли доказательство, что вы и сами в силах произвести на свет наследника с прекрасными данными, – не то неудачно пошутил, не то действительно предложил Драгон, но тогда я не думала, что он настолько предан семье, что готов уступить меня отцу.

– Между тобой и Севером действительно большая разница, – холодно произнес Эдер.

– Что вы имеете в виду? – натопырился Драгон, и моя кожа пошла мелкими колкими мурашками. Тоже тьму распустил? Обижен пренебрежением отца? Эдер снова придавил. На этот раз внезапно, рывком. Будто ударил наотмашь.

– Хорошо, я сделаю, как вы велите, – отозвался Драгон через пару мгновений.

– У тебя неделя на то, чтобы привести в Холин-мар невесту. Ее добровольное согласие обязательно.

– Ладно. В конце концов, у нее полно других, как вы сказали, достоинств, и с ней не скучно, – заключил претендент на руку.

– Надеюсь, она не девица. Если нет, исправь это. Она не должна бояться процесса во время ритуала и знать тебя достаточно хорошо, чтобы понести с первого раза.

– А если циклы не совпадут, – озаботился Драгон, а у меня кровь к щекам прилила. Кто бы знал, что темных магов может интересовать женский цикл, пусть и в другом плане, нежели целителей.

– Совпадут, – уверенно произнес Эдер, и мой стыдливый жар сменился ознобом. – Я знаю тех, кто может подготовить ее к ритуалу нужным образом в срок.

– Связались с Экхартом Нери, помешанным на выведении идеально темного универсала естественным путем? Вы с ума сошли? Нери под колпаком инквизиции!

– Один Нери другому рознь. Кстати, имей в виду, что его отпрыск тоже положил глаз на нашу девочку.

– Бернет? Он мне не конкурент. Слабак и лопух, – презрительно хмыкнул Драгон.

– О, ты плохо знаешь женщин, сын. Они способны удивлять.

– Как вы намерены скрыть эхо ритуала от инквизиции?

– Сердце Холин-мар почти на пике. Территория поместья уже сейчас практически не просматривается этими их магсканами, а в ночь ритуала будет сплошное слепое пятно…

Дальше я не стала слушать, все равно они перешли к обсуждению далеких от моего понимания вещей. Услышанного было более чем достаточно, и дожидаться, когда Драгон, обещавший отвезти меня домой, найдет и отвезет, я не стала тоже. Я бы обязательно выдала себя. Поэтому набралась мужества и, отбросив брезгливость, подошла к одному из слуг и велела вызвать мне экипаж.

Так что вот. Неделя была на исходе, темный маг прохаживался по улице перед лавкой, я следила из окна спальни на втором этаже и знала, зачем он прохаживается, а он знал, что я его заметила, и догадывался, что я знаю, зачем он тут гуляет. Сопоставил мой внезапный отъезд из Холин-мар без прощаний с тем, что я не отвечаю на звонки и носа из дома не высовываю. Он же не дурак. Просто идейный. А это, как оказалось, куда неприятнее. Причем что идеи даже не его собственные – папины.

Глава 4

Прятки не могли продолжаться вечно, и я открыла дверь.

Драгон ждал на крыльце. Другом, домашнем. Он всегда знал, с какой стороны лучше подойти, и как, и что сказать. И где. Узкий коридор был будто специально создан для того, чтобы обниматься. Я взбрыкивала, шипела, но все равно оказалась в руках темного, а в голове шумело от поцелуев.